Хлоп!
Доска сказителя звонко ударила по столу. Дунфан Юй, обмахиваясь веером и мерно покачивая головой, возгласил:
— И вот Ши Потянь, обвешанный десятками медных жетонов, ступил на остров Ся, само упоминание которого заставляло людей бледнеть от ужаса. Каков же облик этого места, повергшего в трепет весь мир боевых искусств? Коли хотите узнать продолжение – слушайте в следующий раз.
— Да что ж такое! Только до самого интересного дошли – и на тебе! — Недовольно загалдели посетители за столиками.
Не так давно Дунфан Юй искал, где бы перекусить, и случайно наткнулся на этот трактир. Прежний сказитель из-за преклонных лет собирался на покой в родную деревню. Дунфан Юй, не растерявшись, предложил свою кандидатуру. О чем же он рассказывал? О многом, но начал именно с «Оды странствующим рыцарям». Этот шедевр уся, разумеется, заставил слушателей внимать ему, затаив дыхание.
Не обращая внимания на ропот толпы, Дунфан Юй смахнул невидимую пылинку с полы своего длинного халата и сошел с помоста.
— Господин Дунфан, вы истинный талант! — Расплылся в улыбке хозяин заведения. — С тех пор как вы у нас, дела пошли в гору. Честно говоря, не только гости, но и я сам готов слушать вас бесконечно. Прямо сердце изнывает от любопытства!
«Ода странствующим рыцарям» лилась глава за главой, и те, кто подсел на историю, уже не могли пропустить ни дня. В трактире яблоку негде было упасть: люди теснились в углах и у самого порога, лишь бы услышать продолжение.
— Вы слишком добры, почтенный. Я лишь отрабатываю свои деньги, — улыбнулся Дунфан Юй и направился во внутренний двор.
Его работа была непыльной: ежедневно рассказывать одну главу, что занимало около получаса. Всё остальное время он проводил в уединении, упражняясь в Искусстве Божественного Северного Океана и Легких шагах над волнами.
Прошло около десяти дней. Усердно практикуя обе техники, Дунфан Юй наконец ощутил присутствие внутренней энергии. С каждой ежедневной медитацией он чувствовал, как его силы растут, и это придавало ему небывалый азарт. Пути течения энергии в Искусстве Божественного Северного Океана становились всё привычнее, а Легкие шаги над волнами – всё увереннее.
В этот день в трактире снова было не протолкнуться. Хотя до выступления Дунфан Юя оставалось еще время, достаточное, чтобы выпить чашку чая, свободных мест уже не осталось – люди спорили за право присесть, ожидая появления мастера слова.
По улице тем временем шли двое. Один, в монашеском одеянии, на вид лет сорока-пятидесяти, выглядел преисполненным божественного величия, словно истинный святой наставник. Другой был молодым князем лет двадцати, в одежде ученого-книжника, и казался весьма болезненным и хрупким.
— Великий монах, впереди трактир, там полно народу. Раз уж ты тащишь меня на могилу господина Мужуна, дай хоть поесть перед тем, как я отправлюсь в последний путь? — Обратился к спутнику юноша. Он был явно не по своей воле скован чужим мастерством – это был не кто иной, как Дуань Юй.
— Хорошо, Сей Престол исполнит твою просьбу, князь Дуань, — ответил монах. Личность его не нуждалась в представлении – это был сам Государственный Наставник Туфани, Цзюмочжи. И хотя его целью был Божественный меч Шести Меридианов, он всё же оставался высокопоставленным монахом, глубоко постигшим Дхарму, и в обычное время вел себя вполне учтиво.
Заведя Дуань Юя в переполненный зал, Цзюмочжи подошел к столу, за которым сидели люди из мира боевых искусств.
— Почтенные, — произнес он с притворной скромностью, — мы здесь люди новые, нам бы всего две чашки постной лапши. Не уступите ли место? — С этими словами он слегка прижал ладонь к столешнице, оставив на дереве четкий отпечаток глубиной в полдюйма.
Увидев этот след, воины сразу поняли, что перед ними мастер высшего разряда, и покорно освободили стол.
Когда они уселись, Дуань Юй с любопытством огляделся вокруг:
— Сколько трактиров я повидал, но никогда не встречал заведения, где дела шли бы настолько бойко.
— И впрямь, Сей Престол тоже заинтригован, — отозвался Цзюмочжи. Видя, как толпа у дверей вытягивает шеи в ожидании, он понял, что люди собрались здесь вовсе не ради еды.
— Идет! Господин Дунфан идет! — По залу прошел гул возбуждения.
Цзюмочжи и Дуань Юй обернулись на шум. На помост неспешной походкой вышел молодой человек в белом халате ученого, держа в одной руке веер, а в другой – чайник.
— Брат Дунфан? — Дуань Юй невольно вздрогнул от удивления.
— О? Князь Дуань знаком с этим господином? — Глаза Цзюмочжи хитро блеснули.
— Мы виделись лишь однажды, — ответил Дуань Юй. Он понимал, что Дунфан Юй не чета Цзюмочжи, и не хотел впутывать его в свои неприятности.
Заняв свое место, Дунфан Юй обвел взглядом зал. Его взор на мгновение задержался на Дуань Юе и Цзюмочжи, но он тут же отвел глаза, откашлялся и продолжил историю – с того самого момента, как Ши Потянь прибыл на остров Ся.
Он поведал о смертоносной каше Лаба, которую герой осушил чаша за чашей; о том, как в каменных пещерах Ши Потянь, не зная грамоты, умудрился постичь тайное руководство божественной техники «Великого Сокровенного». Затем – о том, как все вынуждены были покинуть остров, и как А Сю с бабушкой, верные клятве, решили броситься с обрыва…
— И надо сказать, госпожа Ши была женщиной непреклонной. Еще когда Бай Цзыцзай только собирался на остров, она поклялась: если он не вернется в срок, они с А Сю лишат себя жизни. Сказано – сделано. Сумеет ли Ши Потянь спасти их с расстояния в сто чжанов? Коли хотите узнать продолжение – слушайте в следующий раз…
— Да что же это! Опять на самом месте! — Посетители, как и всегда, чувствовали себя обманутыми в своих ожиданиях.
Дунфан Юй уже поднялся, чтобы уйти, как вдруг Цзюмочжи громко окликнул его:
— Господин Дунфан, не соблаговолите ли почтить нас своей беседой?
— Охотно, — с достоинством ответил Дунфан Юй. Он подошел к их столику и присел, а догадливый слуга тут же принес для него приборы.
— Брат Дуань, не виделись несколько дней, и вот ты уже в плену. Ха-ха! — Дунфан Юй приподнял кубок, подтрунивая над юношей.
— Брат Дунфан, не сыпь мне соль на рану, — Дуань Юй смущенно отвел взгляд.
— Позвольте мне поднести кубок Светлейшему Князю, — Дунфан Юй первым делом обратился к Цзюмочжи.
Тот не стал отнекиваться, мол, монахам не след пить вино, а лишь с интересом посмотрел на собеседника:
— Интересно, за что же господин Дунфан оказывает мне такую честь?
— Я пью за вас, ибо восхищаюсь вашим характером. Во всем мире боевых искусств найдется не так много людей, которых я уважаю, но вы, Светлейший Князь – один из них, — произнес Дунфан Юй и осушил кубок до дна.
— Брат Дунфан, ты ошибаешься! — Встрял Дуань Юй. — Этот монах явился в мой дом, в Дали, чтобы силой забрать Божественный меч Шести Меридианов. Какой же он хороший человек? За что тут уважать?
— Князь Дуань, Сей Престол повторял не раз: я жажду заполучить это искусство лишь ради уговора с господином Мужуном. Обещаю, что сам не брошу на него и единого взгляда, — величественно пояснил Цзюмочжи.
— Этим кубком я почтил верность Светлейшего Князя своему слову, — с улыбкой покачал головой Дунфан Юй. — Даже если вы и впрямь жаждете Божественного меча Шести Меридианов, ваша преданность покойному господину Мужуну достойна восхищения.
И это была чистая правда. Хоть Цзюмочжи и был одержим техниками, он не раз побеждал Мужун Фу, но ни разу не нанес смертельного удара, помня о доброте Мужун Бо. Более того, позже, в битве у храма Шаолинь против троих братьев Цяо Фэна и Сяо Юаньшаня, Цзюмочжи из чувства долга не побоится встать плечом к плечу с Мужун Бо. Такая верность – редкость в мире боевых искусств.
— Брат Дунфан, не дай этому бродячему монаху обмануть себя! Он лишь прикрывается именем господина Мужуна как щитом, чтобы выманить секреты моего рода, — Дуань Юй был убежден, что Цзюмочжи движет лишь алчность.
— Князь Дуань, Сей Престол был весьма учтив в пути, не вынуждайте меня прибегнуть к силе, — помрачнел монах. Он поднял ладонь, и вокруг нее мгновенно сгустилась иссушающая, яростная энергия, подобная невидимому пламени – его личная техника, Пламенный клинок.
— Светлейший Князь, прошу, не гневайтесь. Князь Дуань просто немного раздосадован, — вмешался Дунфан Юй и, сделав паузу, перевел тему:
— Как вам история, которую я рассказывал? Та, что зовется «Одой странствующим рыцарям»?
— Хоть Сей Престол услышал лишь малую часть, история весьма захватывающая. Особенно это «Тайное руководство Великого Сокровенного»… Неужто в мире и впрямь существует столь чудесное искусство? Даже тренируясь неправильно, можно стать мастером? И ведь надо же – в итоге его постиг простой неграмотный юноша. Поистине, пути небес неисповедимы, — признался Цзюмочжи, явно заинтригованный описанием техник из книги.
— Светлейший Князь, вы слишком привязаны к форме, — с улыбкой покачал головой Дунфан Юй.
— О? Что вы имеете в виду? — Удивился Цзюмочжи.
— Множество мастеров на острове Ся понимали это руководство по-разному, но каждый, кто практиковал его, становился невероятно силен. Разве можно списать это на простую ошибку? Разве бывает на свете искусство, у которого есть тысячи способов тренировки, и каждый ведет к небывалому могуществу?
— Гм, в этом есть смысл, — кивнул не только Цзюмочжи, но и Дуань Юй. Другие посетители трактира тоже стали подбираться ближе, навострив уши.
— И каково же ваше мнение на этот счет? — Спросил Цзюмочжи.
Обновлено: 02.02.2026