Эхо докатилось до Москвы.
В одном из самых секретных кабинетов на Лубянке на стол [Генералу Лебедеву "Скале"] легла тонкая папка. Лебедев возглавлял [Отдел по Изучению Аномальных Явлений (ОИАЯ)] — подразделение, которое официально не существовало. Они занимались всем, что не укладывалось в рамки привычной науки: от контактов с НЛО до полтергейстов в подмосковных дачах.
В папке была распечатка статьи Алины Соколовой, рапорт участкового Петровича и докладная от начальника областного УВД, который был очень обеспокоен слухами про секретный эксперимент ФСБ, проходящий на его территории без его ведома.
— Итак, — сказал Лебедев своему аналитику, молодому лейтенанту в очках. — Что мы имеем? Майор полиции из провинциального городка. Внезапно обзаводится тридцатью «японскими стажёрами». Организует из них сверхпроизводительную строительную бригаду. Ставит на уши местного олигарха. Пугает до полусмерти журналистку, пробив при ней бетонную стену. А потом все тридцать японцев бесследно исчезают. Я ничего не упустил?
— Никак нет, товарищ генерал, — ответил лейтенант. — Есть ещё показания соседей про «странное фиолетовое свечение» из окон его квартиры в ночь исчезновения.
Генерал Лебедев побарабанил пальцами по столу. За двадцать лет службы в ОИАЯ он видел всякое. Но эта история была… вычурной. В ней не было логики. Но в ней был стиль.
— Этот Воронин… — задумчиво произнёс генерал. — Либо он гениальный организатор преступной группировки, наладивший канал нелегальной миграции из другого измерения. Либо он — сам аномалия. Либо он просто сумасшедший, которому феноменально везёт. В любом случае, — он поднял глаза на лейтенанта, — этот человек представляет для нас оперативный интерес.
[Вызов на Ковёр (Федерального Уровня)] был неизбежен.
Через два дня, когда Лёня, как обычно, сидел на работе и перебирал бумажки, в кабинет вошли двое. Невысокие, крепкие, в идеально сидящих гражданских костюмах. От них веяло такой уверенностью, что даже полковник Сивохин, вышедший из своего кабинета, инстинктивно вытянулся в струнку.
— Майор Воронин? — спросил один из них.
— Я, — ответил Лёня, чувствуя, как его [Предчувствие Апокалипсиса] снова оживает.
— Пройдёмте с нами, — сказал второй. Это была не просьба.
Его вывели из РОВД, посадили в чёрную «Волгу» без номеров и повезли в неизвестном направлении.
Лёня смотрел в окно. Он думал, что его приключения закончились.
Как же он ошибался. Они просто перешли на новый уровень. Федеральный.
Пред-гла-вный Глоссарий: Глава 93
Навык (социальный): [Легенда Психически Нестабильного] — Новая, отчаянная тактика Леонида.
Концепция: [Управляемый Абсурд] — Стратегия ФСБ по использованию аномалий.
Состояние (Статус): [Профессиональное Замешательство] — Состояние генерала Лебедева после разговора.
Глава 93. Допрос с пристрастием к котлетам
Кабинет генерала Лебедева был аскетичен и внушал трепет. Лёня сидел на стуле в центре комнаты. Напротив, за массивным дубовым столом, сидел сам генерал.
— Итак, Леонид Аркадьевич, — начал Лебедев спокойным, почти отеческим голосом, который был страшнее любого крика. — Рассказывайте.
Лёня понял, что его [Милицейская Легенда] здесь не сработает. Эти люди видели ложь за версту. Врать им было бессмысленно.
Говорить правду? Про другой мир, про Баки, про котлеты? Его тут же упекут в закрытую лечебницу до конца жизни.
Оставался только один выход. Говорить правду, но так, чтобы она звучала как бред сумасшедшего. Он решил применить новую тактику: [Легенду Психически Нестабильного].
— Всё началось с котлеты, товарищ генерал, — начал он тихим, вкрадчивым голосом. — Она… она пела мне.
Генерал Лебедев не моргнул.
— Пела? И о чём же?
— О [Принципе Пустоты], — ответил Лёня, глядя в одну точку. — О том, что мир — это большой мясной фарш. А мы в нём… просто специи.
Он рассказал всё. Как было. Про Арену. Про бойцов. Про драники и голубцы. Про Юдзиро. Про возвращение и про своих культистов. Но он рассказывал это не как очевидец, а как визионер. Как человек, которому всё это привиделось в серии ярких, реалистичных галлюцинаций.
— …а потом Баки, понимаете, он проломил паркет, потому что его Ци не смогла синхронизироваться с гравитационным полем хрущёвки, — закончил он свой безумный монолог.
В кабинете повисла тишина.
Генерал Лебедев долго смотрел на него. Его аналитический ум работал на пределе.
Этот майор либо гениальный актёр, либо он действительно поехал крышей. Но… факты. Дыра в стене. Исчезнувшие японцы. Сверхчеловеческая производительность на стройке. Всё это было.
И Лебедев пришёл к выводу, который мог прийти только в голову руководителю [Отдела по Изучению Аномальных Явлений].
— То есть, — медленно сказал он, — вы утверждаете, что являетесь спонтанным контактером-медиумом, способным материализовывать свои галлюцинации и влиять на реальность через… кулинарию?
Лёня молча и скорбно кивнул.
Генерал впал в [Профессиональное Замешательство].
В его практике были люди, которые гнули ложки силой мысли. Были те, кто видел будущее. Но человек, который мог устроить локальный конец света, неправильно пожарив котлету… это было что-то новое.
Это было опасно. И это было… перспективно.
Они не могли его изолировать. Потому что, судя по всему, его сила была неконтролируемой и срабатывала от стресса. Запереть его — значит, спровоцировать появление ещё какой-нибудь орды бойцов из другого измерения.
Нужен был [Управляемый Абсурд].
— Леонид Аркадьевич, — сказал генерал, меняя тон на деловой. — Ваше… состояние… представляет большой интерес для нашей страны. Мы не будем вас изолировать. Наоборот. Мы хотим, чтобы вы продолжали жить своей обычной жизнью. Но… под нашим ненавязчивым наблюдением.
Он нажал на кнопку селектора.
— И ещё. У нас для вас есть небольшое… задание. Раз уж вы так хорошо находите общий язык с нашими азиатскими партнёрами.
В кабинет вошёл лейтенант. В руках он держал новую папку. На ней было написано: «Дело о „Триадах“. Владивосток».
Лёня посмотрел на папку. Потом на генерала.
Он думал, что избавился от своих проблем.
А ему только что выдали новые. С грифом «Совершенно Секретно».
Его [Квест "Вернуться к Нормальной Жизни"] только что был провален. С оглушительным треском.
Обновлено: 16.02.2026