Ночь перед «ужином» Леонид не спал. Но он и не паниковал. Его [Оцепенение Обречённости] перешло в новую, стабильную фазу — [Спокойствие Обречённого]. Это было состояние человека, который уже смирился со своей участью и теперь просто ждёт конца, без страха и без надежды.
Он методично готовился. Не к бою. К работе. Он составил список. Мясо (говядина и свинина, идеальная пропорция), лук, чеснок, хлеб, молоко, яйца, специи. Передал его через Кендзи, который караулил у двери с лицом человека, чей бог готовится к последней битве. Через час ему принесли всё, что он просил. Продукты были лучшего качества, какие только можно найти за деньги. Токугава не поскупился.
Утром его повели на главную арену.
И он остолбенел.
Это была больше не арена. Это была [Арена-Кухня].
За ночь рабочие сотворили чудо. В центре, там, где раньше был песок, теперь возвышался огромный кухонный «остров» из нержавеющей стали. Профессиональная плита, духовой шкаф, мощная вытяжка, мойка с подводом воды. Вокруг были расставлены столы с идеально разложенными ингредиентами, наборами ножей, кастрюлями и сковородками всех мастей.
Трибуны были полны. Но на них царила не обычная кровожадная тишина, а напряжённое, недоумённое молчание. Люди пришли посмотреть на бой века, а попали на съёмки кулинарного шоу.
Лёня прошёл к своему «рабочему месту». Он оглядел предоставленное оборудование. Всё было первоклассным. Он мог бы приготовить здесь банкет на тысячу персон. Но ему нужно было приготовить всего один обед. Для одного-единственного, но самого важного «гостя».
Он встал в центр, сложил руки и стал ждать.
В полдень на противоположном конце арены появился он.
Юдзиро Ханма.
Он был в простом чёрном костюме, без галстука. Он не шёл. Он плыл по воздуху, и земля под его ногами, казалось, прогибалась от уважения. Он не смотрел на Лёню. Он осматривал арену с видом хозяина, который пришёл принять работу у прислуги.
Он подошёл к краю кухонного острова. Для него был поставлен один-единственный стул и стол, накрытый белоснежной скатертью. Он сел.
— Я голоден, — произнёс он. Голос у него был тихий, но его услышал каждый на стадионе. — Удиви меня, повар.
Это был не приказ. Это был рёв хищника, который разрешил своей жертве сделать последний ход.
Лёня посмотрел на Юдзиро. Их взгляды встретились. В глазах [Огра] была лишь пустота и безграничная, скучающая сила. В глазах Лёни не было ничего. Вообще ничего. Он был пуст.
Он молча кивнул. Надел фартук. Вымыл руки.
[Ужин для Демона] начался.
Обновлено: 22.01.2026