Прошёл год.
Целый год оглушительной, почти невыносимой тишины.
Генерал Лебедев больше не звонил. [Операция "Яблочный Пирог"] стала вершиной [Кулинарной Дипломатии], и в мире наступила странная, напряжённая, но всё-таки разрядка. Леонида оставили в покое. Он стал козырем, который держат в рукаве до самого Судного дня.
Он жил. Просто жил. Ходил на службу, получил звание подполковника (Сивохин настоял, бормоча что-то про «заслуги перед Отечеством, о которых нельзя говорить»). Купил родителям дачу. По выходным ездил на ту самую рыбалку, о которой мечтал.
Но [Квест "Вернуться к Нормальной Жизни"] так и не был выполнен.
Потому что нормальная жизнь казалась ему теперь пресной. Безвкусной. Как диетический суп.
Он находился в [Экзистенциальном Тупике].
Он спас мир от Юдзиро, предотвратил войну с Беларусью, наладил отношения с Америкой. Он стал героем, легендой, мифом.
Но он не чувствовал себя героем. Он чувствовал себя пустым.
Все его «подвиги» были случайностью. Реакцией. Он никогда не действовал сам. Его всегда заставляли. Страх. Голод. Приказы.
Он посмотрел на системное окно, которое теперь появлялось в его сознании лишь изредка, как фантомная боль. [Священная Поваренная Книга].
Пять из шести блюд были готовы.
Оставалось последнее. [Котлета "Та Самая"].
И он понял, что это не просто последний рецепт. Это — последний квест. [Возвращение к Себе].
Все предыдущие блюда он готовил для кого-то. Для себя, чтобы выжить. Для [Огра], чтобы не быть убитым. Для президента, чтобы спасти мир.
Но эту, последнюю котлету, он должен был приготовить не для кого-то. А для себя.
Чтобы понять. Чтобы разобраться. Кто он такой, этот Леонид Воронин? Нелепый самозванец? Герой поневоле? Или просто мужик, который любит вкусно поесть?
Он решил, что приготовит её. Не сегодня. Не завтра. А тогда, когда будет готов.
Это должно было быть не просто приготовление еды. Это должен был быть ритуал. Финальный.
Обновлено: 16.02.2026