Все стремятся к клинку и кулаку — он же торгует тем, что другим и в голову не придёт продавать. Договор в его сознании не просит поклонов: за редкие сделки он платит чужими годами практики и сутью запретных техник. Пока соперники годами штурмуют «Созерцание бренных костей» и сходят с ума в аду оцепенения, он покупает чужой прогресс — минуя боль, минуя время. Но у любой сделки есть цена, которую называют не сразу… и однажды Договор потребует то, чем торговать нельзя.

Все стремятся к клинку и кулаку — он же торгует тем, что другим и в голову не придёт продавать. Договор в его сознании не просит поклонов: за редкие сделки он платит чужими годами практики и сутью запретных техник. Пока соперники годами штурмуют «Созерцание бренных костей» и сходят с ума в аду оцепенения, он покупает чужой прогресс — минуя боль, минуя время. Но у любой сделки есть цена, которую называют не сразу… и однажды Договор потребует то, чем торговать нельзя.