Теперь, после просьбы Цзян Сужоу о помощи, у Хан Фэна появился отличный повод сделать ей подарок. Он как раз ломал голову, как бы поизящнее преподнести ей тот самый Цветок Белого Дамаска, что зрел более тридцати лет. Отдав ей этот цветок, он получит взамен другой, с трёхсотлетней выдержкой, который можно будет выгодно продать и разжиться ещё несколькими духовными камнями. Хе-хе-хе…
Убаюканный этими приятными мыслями, Хан Фэн, лёжа в своём кресле, задремал вместе с лисёнком под тёплыми лучами солнца. Ближе к вечеру его дрёму прервал громкий окрик, раздавшийся у ворот:
– Хан Фэн, проснись! Пойдёшь с нами!
Хан Фэн открыл глаза. Снаружи, стоя на летающем мече, на него смотрел ученик из зала правосудия. Его лицо было холодным и непроницаемым.
– А, это старший брат из зала правосудия, – спокойно произнёс Хан Фэн, поднимаясь. – Осмелюсь спросить, в чём провинился младший брат, что за мной пришли?
– Травы, которые ты сдал, были использованы для создания Пилюль Концентрации Ци. Один из учеников, приняв пилюлю, получил сильнейший духовный удар, его ци пришла в хаос. Теперь он тяжело ранен. Ты должен проследовать с нами в зал правосудия для очной ставки.
– Что ж, я всё понял. Но предупреждаю сразу: я пойду только в зал правосудия и никуда больше.
С этими словами Хан Фэн подхватил лисёнка, вышел за ворота и опустил зверька на землю. Тот тут же шмыгнул в кусты и исчез. Ученик проводил его взглядом, но ничего не сказал. Он лишь с недоумением посмотрел на Хан Фэна, который протягивал к нему руку.
– Я ведь летать не умею. Может, поднимемся на гору пешком? – с улыбкой предложил Хан Фэн.
Ученик зала правосудия лишь поморщился, но, вздохнув, подхватил его и помог взобраться на свой меч. В следующее мгновение они уже неслись вверх по склону пика. По пути Хан Фэн незаметно достал нефритовую табличку и отправил сообщение Цзян Хуайяну, коротко изложив, что его подставила семья Е, и попросив его прийти в зал правосудия.
Вскоре они прибыли в отделение зала правосудия на пике Закатных Облаков. Внутри, на возвышении, сидел старейшина. По обе стороны от него стояли ученики в форме, а в центре зала — четверо. Среди них Хан Фэн узнал Е Лунъюаня и Чжан Сяна.
– Ученик Хан Фэн приветствует старейшину!
Старейшина на возвышении с силой ударил ладонью по столу.
– Дерзкий Хан Фэн! Живо во всём признавайся!
Хан Фэн с самым искренним недоумением посмотрел на него.
– Прошу прощения, старейшина, но в чём мне признаваться?
– Сегодня, – ледяным тоном начал старейшина, – алхимик с пика Алой Зари, Е Лунчжао, подал на тебя жалобу. По его словам, после того как ученик с пика Закатных Облаков, Е Юньтан, принял созданную им пилюлю, его духовная энергия пришла в беспорядок, даньтянь был повреждён, а меридианы пострадали. Всё указывало на серьёзный духовный срыв. Алхимик Е Лунчжао установил, что проблема была в одном из ингредиентов — четырёхлистной орхидее. Когда он доставил пострадавшего сюда, я лично осмотрел Е Юньтана и подтвердил его слова. После этого я отправился на пик Алой Зари и изучил записи о поступлении трав. В них значилось, что травы были доставлены распорядителем с пика Закатных Облаков, Чжан Сяном. А у него имеется расписка, доказывающая, что эти травы вырастил и передал ему ты, Хан Фэн! Это правда или нет?!
Хан Фэн сложил руки в уважительном поклоне и спокойно ответил:
– Старейшина, сегодня утром я действительно передал Чжан Сяну пять стеблей четырёхлистной орхидеи…
– Значит, ты признаёшься! Стража! Увести Хан Фэна в темницу! Обвинение — отравление трав и покушение на жизнь соученика! Суд состоится в другой день!
При этих словах лицо Хан Фэна стало холодным как лёд. Похоже, этого старейшину тоже подослала семья Е. Значит, они решили быть одновременно и истцами, и судьями.
В этот момент у входа раздался спокойный, но властный голос:
– С каких это пор наш зал правосудия вершит суд, не разбираясь в деталях дела?
Хан Фэн обернулся. В зал входили Цзян Хуайян и Цзян Сужоу, державшая на руках лисёнка. В руке у Цзян Хуайяна была нефритовая табличка, которой он, судя по всему, вёл запись происходящего. За ними следовала группа учеников зала правосудия.
– Цзян Хуайян? – мрачно произнёс старейшина. – Это отделение зала правосудия пика Закатных Облаков. Что ты здесь делаешь?
Цзян Хуайян слегка улыбнулся.
– Ученик приветствует старейшину Е. Насколько я помню, глава нашего зала, старейшина Те Лянь, лично установил правило, согласно которому любое судебное разбирательство должно быть честным и прозрачным. Любой желающий может присутствовать на нём и задавать вопросы, чтобы обеспечить справедливость процесса. Я прав?
– И что с того?
– Значит, я имею полное право здесь находиться, не так ли?
– Хмф, смотри сколько влезет, но не смей нарушать порядок!
– Порядок нарушаете вы, старейшина Е! – голос Цзян Хуайяна стал жёстким. – Во-первых, согласно уставу зала правосудия, заключить ученика под стражу можно лишь после того, как он признает вину и подпишет признание. Разбирательство только началось, доказательств недостаточно, а Хан Фэн ещё даже не начал защищаться. Вы же отдаёте приказ о его аресте. Закон нарушаете вы.
– Во-вторых, устав гласит, что старейшина-судья обязан взять самоотвод, если дело касается его родственников. Судья не должен иметь кровных или наставнических связей ни с истцом, ни с ответчиком. Это ваше второе нарушение.
– И в-третьих, каждый ученик зала правосудия имеет право арестовать любого нарушителя закона. Старейшина Е, всё, что здесь происходило, записано. Вы сознательно нарушили закон, а это усугубляет вашу вину.
Цзян Хуайян повысил голос:
– Стража! Арестовать старейшину Е и доставить к старейшине Те Ляню для личного разбирательства!
– Есть!
Группа учеников ринулась вперёд, окружая старейшину.
Тот в ярости вскочил на ноги.
– Я старейшина-судья, практик на стадии Золотого Ядра! Кто посмеет меня тронуть?!
– Сопротивление аресту усугубляет вину вдвойне! – холодно усмехнулся Цзян Хуайян. – Что, мне придётся вызывать другого старейшину Золотого Ядра, чтобы он вас арестовал?
Лицо старейшины Е побагровело.
– Хмф! За такую оплошность меня в худшем случае оштрафуют. Вы у меня ещё попляшете! И ты, Цзян Хуайян! Ты тоже состоишь в родстве с Хан Фэном и не имеешь права участвовать в суде!
– Не беспокойтесь, старейшина, – с ледяной усмешкой ответил Цзян Хуайян. – Я здесь лишь в качестве наблюдателя.
Он махнул рукой, и группа учеников стадии Создания Основы увела старейшину Золотого Ядра. Такое было немыслимо в любой другой секте, но только не в зале правосудия секты Инь-Ян, которым правил несгибаемый и беспристрастный старейшина Те Лянь.
Е Лунъюань ошеломлённо застыл. Он рассчитывал быстро, без лишних разбирательств, осудить и схватить Хан Фэна, а затем выбить из него признание под пытками. Но он никак не ожидал, что семья Цзян вмешается так стремительно. В мгновение ока они арестовали его же собственного старейшину.
Судья стал преступником?
Лицо Е Лунъюаня потемнело. Мало того что наказать Хан Фэна не удалось, так они ещё и потеряли своего человека. Какой провал. Дома его снова ждёт взбучка. Впрочем, на этот раз у них были неопровержимые доказательства. Даже если судья сменится, Хан Фэну не уйти от наказания.
Обновлено: 21.01.2026