Вместо того чтобы надеяться на четкое определение «расточительства» в правилах Аномалии, что снизило бы риск жертв, он предпочел поверить, что восприятие Отца ограничено человеческими возможностями.
Иными словами, пока расточительство не происходит у Отца на глазах, он вряд ли его заметит, а значит, и не разозлится.
Мать готовила еду либо до того, как Отец уходил, либо после того, как он возвращался. В будние дни Отец вообще не видел, как она готовит.
Даже стирка была организована так же: их графики не пересекались. Более того, кормление… усопшего — это уже не то, что можно описать простым словом «расточительство».
В выходные все повторялось: Мать заканчивала готовить чуть раньше прихода Отца, а мыть посуду и подметать пол начинала только после того, как он с ненормальной скоростью поглощал еду и уходил.
Единственным исключением стал случай, когда Бай Уи сам разозлил Отца. Но ту ситуацию спровоцировал он сам, и гнев Отца был направлен именно на него.
Получается, если избегать встреч с Отцом, то даже расточительство не вызовет проблем.
Конечно, все это лишь закономерности, выведенные из ненадежных наблюдений, и не факт, что они абсолютно верны. Бай Уи прекрасно понимал, насколько рискует.
Но теперь, когда комната Дедушки потеряла статус убежища, путей к отступлению не осталось.
«Была не была, двум смертям не бывать».
Глубоко вздохнув, Бай Уи взял нож. Тук-тук-тук — раздался стук лезвия о доску. Затем он плеснул масла в сковороду и начал обжаривать салат латук.
Звук шкворчащего масла показался ему слишком громким, словно мог привлечь нежелательное внимание. Впрочем, Бай Уи уже не паниковал: с того момента, как он зажег огонь во второй раз, акт расточительства по всем стандартам уже свершился.
Даже раньше, когда он включил свет в комнате средь бела дня, ожидая, пока Отец закончит трапезу.
Этот поступок не имел никакой ценности, кроме проверки, но Отец, вернувшись, не напал.
По комнате поплыл аромат еды. Не слишком сильный, но достаточный, чтобы заявить: здесь готовят. Если бы Отец вздумал проверить, он бы уже пришел.
Но даже когда Бай Уи поставил тарелку на стол, со стороны Отца не донеслось ни звука. Зато Мать ободряюще похлопала в ладоши.
— Молодец! Не ожидала, что ты умеешь готовить в таком возрасте. Дашь маме попробовать?
— …Если не возражаешь. Вряд ли это будет очень вкусно.
Смущенный такой похвалой, Бай Уи кивнул, сел в сторонке и молча принялся за еду.
По сравнению с ужинами в присутствии Отца, этот прошел в удивительно теплой атмосфере, хотя разговоров почти не было. Мать подцепила палочками пересоленный ломтик латука и съела его с видимым удовольствием.
— Мам… как ты себя чувствуешь?
— А? Да ничего, здорова как бык.
— Мне кажется, ты очень устаешь.
Бай Уи вгляделся в ее изможденное лицо и мягко намекнул:
— Если тебе нездоровится, можешь мне сказать.
— Ой, да толку тебе говорить. Не волнуйся за маму, главное, сам за собой следи.
— Может, сходим к врачу? Это ведь не займет много времени.
— Говорю же, за твоей бабушкой нужен уход.
Лицо Матери становилось все более озадаченным, и в конце концов она легонько стукнула его палочками по голове.
— Что с тобой сегодня? Опять странные вопросы задаешь, как и раньше… Ты хочешь выйти на улицу?
Бай Уи, чью скрытую цель так внезапно раскусили, неловко почесал затылок и через силу объяснил:
— Ты выглядишь неважно, да и мне не по себе. В последнее время постоянно вижу какие-то странные тени, слышу звуки…
— Нет никаких теней. Может, Отец твой шумит, когда возвращается посреди ночи. А звуки… в туалете и на кухне мыши завелись, все никак руки не дойдут разобраться. Дверь не закрывается, вот они и пролезли, наверное.
Первая часть фразы была проверкой: видит ли Мать призраков.
— Возможно. Но солнце полезно всем. Мы ведь давно никуда не выходили вместе?
Вторая часть касалась поиска истины и статуса ребенка, чью роль исполнял Игрок.
Если правила не появились только с приходом Игрока, то ребенок, чье место он занял, не выходил с матерью на улицу уже очень давно.
— Да.
Ожидаемый ответ.
— Но мама правда не может уйти… дома всегда так много дел.
Когда Мать говорила это, ее взгляд остекленел. Это не было похоже на взвешенное решение, скорее на какую-то абсолютную установку подсознания.
Казалось, спрашивать дальше бесполезно. Бай Уи перестал допытываться и перевел разговор на бытовые мелочи — отчасти чтобы разрядить обстановку, отчасти чтобы узнать больше о семье.
Все временно затихло.
* * *
Игрок из Страны Коал был в панике.
Он сидел дома уже долгое время. С тех пор как он уложил Мать спать, она так и не проснулась и начала гнить с пугающей скоростью.
Поначалу он перепугался, но, поразмыслив, решил: раз правила запрещают выводить Мать из комнаты, пусть гниет в кровати, невелика беда.
Однако с тех пор, как Мать заснула, он боялся готовить и есть сам, поэтому голодал уже двое с половиной суток.
От этого не умирают, но голод чувствовался остро.
А голодный человек всегда эмоционально нестабилен. Он не был уверен, что в таком состоянии сможет пережить ночное вторжение. Если сегодня не будет прогресса, он планировал перебраться на ночь в комнату Дедушки.
В реальном мире жители Страны Коал клевали носом, глядя на своего Игрока. По сравнению с захватывающими (или фатальными) приключениями участников из других стран, его игра была скучнейшей.
Этот Игрок был крайне осторожен: чем меньше исследований, тем лучше. Даже его способность замедляла действия других, что давало ему в кризисных ситуациях гораздо больше времени на раздумья, чем остальным.
Самым удивительным и жутким его решением было то, что он буквально намотал на себя одеяло, избежав таким образом конфликта во вторую ночь. В остальном же — он не ел, не готовил, а значит, и не «расточительствовал». Он даже смастерил себе утку, чтобы лишний раз не ходить в туалет.
— Это же просто стрим для сна.
— Точно. Я раньше из-за этой Аномалии уснуть не мог от страха, а тут смотрю и глаза слипаются.
— Ну и ладно, зато безопасно, правда?
— Безопасность превыше всего.
Стрим шел ни шатко ни валко, но зрителей это устраивало. Жители Страны Коал заглядывали на другие трансляции: пока никто не прошел игру, а больше половины участников уже погибли.
На этом фоне осторожность их соотечественника казалась вполне разумной, и народ Страны Коал пребывал в радостном возбуждении.
Это веселье испарилось в тот момент, когда их Игрок, проведя еще один день в голоде, жажде и безделии, вернулся в спальню.
На кровати Мать, спавшая уже целую вечность, раздулась. Теперь это было не просто тело, похожее на труп, а настоящий раздувшийся труп, оскаливший желтые зубы.
Несмотря на сильное разложение, трупного запаха не было. И все же Игрок из Страны Коал поморщился, решительно закрыл дверь и направился в комнату Дедушки.
Войдя туда и увидев раздувшееся тело старика, он тоже скривился, но все же лег спать.
Поэтому он не увидел слез, медленно стекающих из глаз старика на кровати.
И, естественно, не увидел момента, когда в соседней комнате тело Матери окончательно разложилось.
Трансляция Страны Коал больше не менялась.
* * *
Обновлено: 22.01.2026