Улыбка на лице Ван Мо не дрогнула.
Как только за Хэ Чжи закрылась дверь, он перевел спокойный взгляд на оставшихся кандидаток — Ли Ятин и Чэнь Иин.
— А что скажете вы, дамы? Каково ваше решение?
Честно говоря, он был готов к тому, что они, следуя примеру более именитой коллеги, тоже откажутся от унизительной процедуры прослушивания. В таком случае ему пришлось бы искать обходные пути.
Но реальность преподнесла приятный сюрприз.
Ли Ятин шагнула вперед первой:
— Я попробую.
Не тратя времени на лишние слова, она начала петь а капелла:
— «Каждый раз я становлюсь сильнее в одиночестве... Каждый раз, даже если больно, я не позволяю слезам блестеть...»
Она исполнила всего несколько фраз, когда Ван Мо поднял руку, призывая остановиться.
У Ли Ятин был отличный голос, технически безупречный и приятный на слух.
Проблема заключалась в тембре. Он был слишком... сладким. В нем не было той пронзительной, почти стальной силы и звенящей чистоты, которой обладала Анджела Чжан в его памяти. Этот голос не мог передать ту самую «крылатую» мощь.
Ван Мо с сожалением покачал головой:
— Прошу прощения, но эта песня, вероятно, вам не подойдет.
Ли Ятин восприняла отказ с достоинством, не выказав ни капли обиды:
— Ничего страшного. Видимо, мне просто не хватило мастерства.
— Не принижайте себя, — мягко улыбнулся Ван Мо. — Ваше мастерство на высоте. Просто ваш голос и эта конкретная песня — не идеальная пара. Если вы мне доверяете, то в будущем, когда у меня появится трек, подходящий именно вам, я обязательно приглашу вас на пробы. Договорились?
— Конечно! — лицо девушки просияло.
Обменявшись контактами с композитором, она покинула переговорную.
Ван Мо посмотрел на последнюю оставшуюся певицу, Чэнь Иин.
Девушка поднялась со стула и горько усмехнулась:
— Мой тембр очень похож на голос Ли Ятин. Если она не подошла, то и мне ловить нечего. Боюсь, вам придется искать кого-то другого.
Ван Мо не стал настаивать:
— Хорошо. Спасибо, что пришли.
Когда все три певицы ушли, Лю Чжэнвэнь посмотрел на Ван Мо с выражением глубокой скорби, словно родитель на непутевое дитя.
— Эх, парень, ну что ж ты такой упрямый? — простонал директор. — Тебе нужно было просто согласиться на условия Хэ Чжи! Она же звезда второго эшелона! Пойми ты, с её статусом и фан-базой эта песня в следующем месяце имела бы пятьдесят процентов шансов войти в топ-10 чарта новинок! Ты только что своими руками выбросил золотой лотерейный билет!
Если бы Хэ Чжи исполнила «Невидимые крылья» и вывела их в топ, Ван Мо стал бы композитором, чьи песни два месяца подряд штурмуют десятку лучших.
Это была бы слава, о которой другие могли только мечтать!
— Директор Лю, — спокойно возразил Ван Мо. — Хэ Чжи отказалась от прослушивания. Я не мог убедиться, что её голос сочетается с песней. Как я мог отдать ей свое творение вслепую?
— Ох, ты и... — Лю Чжэнвэнь лишь махнул рукой, не находя слов.
Трое кандидатов отпали.
Оставались только Чжэн Ваньжу и Су Сюэяо.
На третий день Чжэн Ваньжу вернулась из командировки и согласилась на прослушивание.
К сожалению, результат снова не удовлетворил Ван Мо.
Ситуация становилась критической. Су Сюэяо оставалась его последней надеждой.
Ван Мо решил: если и с ней ничего не выйдет, придется снизить планку. Он позовет обратно Ли Ятин, заставит её перепевать сотни раз и будет полагаться на магию пост-продакшна и тюнинга вокала. Результат будет не идеальным, но приемлемым.
Один день.
Два дня.
Время утекало сквозь пальцы.
До конца августа оставалось всего три дня. Ван Мо уже собирался звонить Ли Ятин, когда пришла новость: Су Сюэяо вернулась в компанию.
Не теряя ни секунды, Ван Мо назначил встречу.
Когда Су Сюэяо вошла в кабинет, даже Ван Мо, привыкший к красоте шоу-бизнеса, на мгновение замер.
В жизни девушка оказалась куда симпатичнее, чем на фото в базе данных. Невысокая — около ста шестидесяти двух сантиметров, — она излучала ауру свежести и деловитой энергии. Особенно запоминались её глаза — удивительно чистые и ясные.
— Брат Мо, простите! Тысячу раз простите! — с порога начала кланяться она. — Этот месяц был сумасшедшим, я задержалась и вернулась в компанию так поздно...
Извиняясь, она украдкой бросала взгляды на легендарного «падшего идола».
«А он и правда красавчик!» — пронеслось у неё в голове.
Ван Мо внимательно осмотрел её и спросил:
— Ты ведь всё ещё числишься новичком, верно? Откуда столько заказов и плотный график?
Су Сюэяо смущенно улыбнулась:
— Да какие там заказы... Это просто «чёс» по коммерческим мероприятиям.
— «Чёс»? — переспросил Ван Мо.
— Ну да. В вокальном отделе конкуренция — просто жуть. Если компания дает тебе одну-две песни, а они не выстреливают, то всё, пиши пропало. Шанс на дебют закрыт. Такие, как я — кто в отделе уже больше года, но хитов не имеет — находятся в самом дурацком положении. Вроде и не новички уже, но и до «старичков» не доросли.
Голос у Су Сюэяо был звонким и приятным. Даже рассказывая о грустных вещах, она умудрялась не звучать жалобно.
— Вот и приходится крутиться, чтобы выжить в компании. Беремся за любую работу. Сейчас лето, сезон свадеб, открытий магазинов, банкетов в честь поступления в вузы... Везде нужны певцы, чтобы развлекать гостей и создавать атмосферу. Вот я и моталась по таким халтурам.
Ван Мо кивнул.
Всё как всегда.
Пока ты не стал звездой, твоя жизнь в шоу-бизнесе далека от глянцевых картинок.
Вскоре они перешли к делу.
— Основную ситуацию я тебе обрисовал, — сказал Ван Мо. — Демо-версию ты получила заранее. Что скажешь?
— Песня мне очень нравится, — честно призналась Су Сюэяо. — Но я не уверена, смогу ли спеть её достойно.
— Попробуешь пару строк?
— Хорошо.
Девушка сделала маленький глоток воды, прочистила горло и начала петь.
Уже после первых двух фраз глаза Ван Мо загорелись.
Эта девчонка... Она пела не просто ноты. В её голосе звучала та самая несокрушимая воля, то упрямство ростка, пробивающего асфальт, которое было заложено в песне. Тембр был чистым, узнаваемым. Да, пробивной мощи пока немного не хватало, но это было лишь а капелла. Студийная обработка добавит недостающий объем.
Вскоре она добралась до кульминации.
Высокая нота взмыла в воздух, пронзая барабанные перепонки, и в этот момент Ван Мо поймал себя на мысли, что она звучит почти на равных с оригиналом из его памяти.
Но больше всего его подкупила эмоциональная подача. Казалось, все те трудности, через которые прошла эта девушка, все эти бесконечные свадьбы и открытия магазинов, закалили её голос, наполнив его искренним чувством.
На лице Ван Мо расцвела улыбка.
Нашел!
Десять дней ожидания окупились сполна.
Когда Су Сюэяо закончила петь, она с тревогой посмотрела на композитора:
— Брат Мо?
Ван Мо не стал сразу выносить вердикт, а задал вопрос:
— Су Сюэяо, сначала я должен спросить одну важную вещь. Ты согласишься на равное разделение прибыли между певцом и авторами?
Су Сюэяо опешила:
— Вы имеете в виду, что после вычета доли компании, певец получает 50%, и композитор 50%?
— Нет! — покачал головой Ван Мо. — Равное разделение на троих: певец, автор текста, автор музыки. Поскольку текст и музыку написал я, то расклад такой: после доли компании ты получаешь только одну треть от оставшейся суммы.
Ни в прошлой жизни на Земле, ни здесь, на Голубой Звезде, аранжировщики и продюсеры обычно не получали роялти, довольствуясь разовым гонораром. Даже если аранжировка была гениальной, в авторские отчисления она не входила.
Су Сюэяо помолчала, обдумывая услышанное, а затем подняла голову:
— Скажите, брат Син... Хао Минсин тоже работает на таких условиях?
— Да.
— Тогда я согласна.
Улыбка Ван Мо стала ещё шире:
— В таком случае, песня твоя. Сейчас я перешлю тебе полную партитуру. Потрать несколько дней на то, чтобы идеально её выучить. Как только будешь готова — сразу в студию. Постараемся выпустить её как можно скорее.
— Есть! — лицо девушки залил румянец восторга. — Спасибо за доверие, брат Мо! Я пойду репетировать прямо сейчас! Я вас не подведу!
— Жду с нетерпением, — кивнул Ван Мо.
Су Сюэяо, кланяясь на ходу, поспешила к выходу, направляясь в вокальный отдел.
Но, пройдя всего несколько шагов по коридору, она вдруг замерла.
В её голове мелькнула мысль: «Подождите-ка... Сейчас уже конец августа. Если я буду учить песню несколько дней, август закончится. Потом запись, сведение, мастеринг... Готовый трек будет у нас на руках только в первых числах сентября».
А ведь в битве чартов каждый час на вес золота. Песни обычно выпускают ровно в полночь первого числа.
Если они опоздают на несколько дней, о какой конкуренции может идти речь?
Тогда почему Ван Мо сказал: «Постараемся выпустить как можно скорее»?
Что это значит?
Су Сюэяо окончательно запуталась.
Обновлено: 23.01.2026