— Тсс!
Юй Сювэнь жестом призвал всех к тишине, включая лысеющего преподавателя.
Дыхание преподавателя стало прерывистым, а его лоснящееся лицо залилось румянцем. Гений! Это же гений!
Впервые за всю его практику первокурсник осмелился взяться за резец на первом же занятии.
И пусть результат был ещё неизвестен, сам факт, что кто-то начал работать, уже был событием. И этим кем-то был Цзян Линьчуань.
Студенты с ближайших парт, вытягивая шеи, сгрудились вокруг.
Но Цзян Линьчуань, казалось, ничего не замечал. Он отсёк все посторонние звуки, полностью погрузившись в процесс.
Крепко сжимая резец, он направлял в него духовную энергию, которая тонкими нитями струилась с кончиков пальцев. Лезвие медленно и плавно вело по металлической пластине, оставляя за собой чёткий, уверенный след.
Преподаватель изо всех сил ущипнул себя за бедро. От боли он скривился, но это было необходимо, чтобы удостовериться, что он не спит. Опыт подсказывал ему — первый духовный узор нанесён идеально. Стопроцентный успех.
Теперь он с замиранием сердца ждал, что будет со вторым. Справится ли этот студент?
Юй Сювэнь тем временем достал телефон и набрал сообщение в общем чате первокурсников: «Все мы вроде люди, так почему один Линьчуань — бог?»
Через две секунды чат взорвался ответными сообщениями: «+1», «+1», «+1».
Ло Цяньцянь написала: «Мой бог всегда лучший. Его явно поцеловал ангел».
Юй Сювэнь холодно усмехнулся и, чтобы её подразнить, ответил: «Не знаю насчёт ангела, а вот одна чертовка его точно целовала, да так, что следы от зубов до сих пор остались».
В ответ Ло Цяньцянь прислала целый ряд эмодзи с окровавленными ножами.
Вот теперь порядок. Удовлетворённый, Юй Сювэнь убрал телефон.
Тем временем Цзян Линьчуань уже заканчивал второй духовный узор. Оставался последний узел.
Преподаватель невольно затаил дыхание и бросил взгляд на часы. Прошло меньше пяти минут.
Он хорошо помнил, как сам впервые наносил узор для техники левитации. Тогда у него ушло на это пять часов.
В тот миг, когда Цзян Линьчуань поднял резец, преподаватель не сдержался и восторженно выкрикнул:
— Получилось!
Цзян Линьчуань резко пришёл в себя. Подняв голову, он увидел плотное кольцо из любопытных лиц и от неожиданности вздрогнул.
— Вы чего?
— Поклоняемся божеству!
— Созерцаем чудо!
— Учитель, научи!
Внезапно металлическая пластина взмыла в воздух и зависла в двадцати сантиметрах над столом.
— И правда получилось! — ахнула толпа.
Преподаватель смотрел на Цзян Линьчуаня горящим взглядом. Подавив волнение, он спросил подчёркнуто мягким голосом:
— Молодой человек, как вас зовут?
Цзян Линьчуань назвал своё имя, всё ещё не понимая, что происходит.
— Линьчуань, как ты это сделал? — Юй Сювэнь нетерпеливо задал вопрос, который мучил всех.
— Эм-м… Просто смотрел на изображение и срисовывал, — растерянно ответил Цзян Линьчуань. А как ещё? Казалось бы, любой, у кого есть руки, справится.
Лицо преподавателя внезапно стало серьёзным.
— Ты впервые имеешь дело с духовными узорами? Что ты чувствовал во время работы? Ты слышал наши голоса?
— Да, впервые. Ничего особенного не чувствовал. А вы что-то говорили? — в свою очередь спросил Цзян Линьчуань.
Преподаватель помолчал с минуту, а затем торжественно произнёс:
— Врождённая отрешённость!
— Учитель, что это значит?
— Что ещё за врождённая отрешённость?
Со всех сторон посыпались вопросы. Судя по всему, это было что-то невероятное.
Взгляд преподавателя затуманился, в нём читалась безграничная тоска. Он заговорил мечтательным голосом:
— Это особое состояние, к которому стремятся все Мастера духовных узоров. Состояние, когда ты отстраняешься от всего сущего, тебя не тревожит мирская суета, и каждое движение резца становится естественным, словно созданным самой природой.
— За все эти годы мне лишь трижды выпадал шанс ненадолго войти в это состояние. И именно в эти моменты я создал три свои лучшие работы.
— «Врождённая отрешённость» означает, что человек способен входить в это состояние по желанию. Это дар небес, недостижимый простыми усилиями.
Преподаватель говорил с такой завистью, что, казалось, вот-вот расплачется.
— Ого, как круто!
— Нужно срочно подружиться, чтобы потом не бегать по другим мастерам.
— Бог, возьми на содержание…
Если бы не присутствие преподавателя, Цзян Линьчуаня, скорее всего, снова окружили бы и начали бесцеремонно лапать.
Преподаватель, которого звали Вань Тайхэ, поправил одежду и с предельной серьёзностью обратился к нему:
— Я — Мастер духовных узоров Земного ранга. Готов ли ты стать моим учеником? Я передам тебе все свои знания без утайки. У тебя есть все шансы стать самым молодым Мастером Небесного ранга.
— Ничего себе, Земной ранг!
— Не думал, что наш препод такой крутой.
— Великий мастер был всё это время рядом с нами.
— Учитель Вань, у меня уже есть наставник. Прошу прощения, — виновато ответил Цзян Линьчуань.
Сейчас духовные узоры не были для него в приоритете. Это занятие отнимало слишком много времени, а его главной целью было как можно скорее повысить собственную силу. К тому же, у него уже был отличный наставник, который с первого взгляда увидел все его слабости. Менять его он не собирался.
— Это не проблема, — уверенно заявил Вань Тайхэ. — Скажи, кто твой нынешний наставник, я поговорю с ним. Думаю, моё слово чего-то да стоит. Ты — необработанный алмаз, нельзя губить такой талант. Я уверен, на поприще духовных узоров тебя ждёт великое будущее!
— Мой наставник — проректор академии, — с улыбкой ответил Цзян Линьчуань.
— Кхм. Прошу прощения за беспокойство. Занятие окончено! — Вань Тайхэ резко развернулся и вышел.
Он практически выбежал из аудитории и, оказавшись в коридоре, утёр со лба холодный пот. Какое счастье, что он не успел ляпнуть что-то вроде «твой нынешний наставник только губит твой талант».
— Эх, поделился бы ты со мной хоть капелькой своего таланта, — с сожалением протянул Юй Сювэнь.
— Талант — не главное, куда важнее усердие. Возвращайся, я тебя всему научу, — ответил Цзян Линьчуань, собирая свои вещи.
— Подари мне эту пластину, — попросил Юй Сювэнь, глядя на левитирующий предмет. — Отцу покажу, пусть похвастается.
— Держи, — Цзян Линьчуань без колебаний сунул пластину ему в руки. — В следующий раз я подготовлю для дяди подарок посерьёзнее.
Тао Жу погладил живот.
— Пойдёмте есть. Раз уж занятие закончилось раньше, а после обеда у нас рукопашный бой, нужно как следует подкрепиться.
— Сразу на пятый этаж, я угощаю! — Юй Сювэнь получил безделушку и был в прекрасном настроении.
— А как мы объяснимся с крёстной? — с тревогой спросил Дин Цзи.
— Через стену полезем.
Чтобы не попасться на глаза Ван Сюэцин, четверо бравых парней тайком перелезли через ограждение сбоку столовой, поднялись на второй этаж, а оттуда уже с самым важным видом направились на пятый.
Юй Сювэнь шёл первым и внезапно замер на лестничной площадке.
— Ты чего встал? Иди давай, не загораживай проход, — поторопил его Тао Жу.
Юй Сювэнь обернулся; на его лице было сложное выражение.
— А может, сегодня поедим не на пятом?
Тао Жу оттолкнул его в сторону.
— Уже пришли, а ты в кусты? Не хочешь угощать — так и скажи, я запла… А знаешь, я тоже думаю, что сегодня не лучший день для обеда на пятом этаже.
Но было уже поздно. Дин Цзи и Цзян Линьчуань один за другим поднялись по лестнице.
Взгляд Цзян Линьчуаня замер на паре, стоящей в нескольких метрах от них. Это были парень и девушка.
Парнем оказался Лу Юйцзэ, которого он видел в поместье семьи Шэнь. Его чертовка шла чуть поодаль, со скучающим видом вертя головой по сторонам.
Юй Сювэнь достал телефон и, склонив голову, спросил:
— Братву позвать? Прикончим ублюдка на месте.
— Слишком шумно будет. Лучше сразу отравить, — прищурился Тао Жу, положив правую руку на свой пространственный браслет.
— Я пойду первым, вырублю его, — Дин Цзи размял кулаки.
Цзян Линьчуань с улыбкой покачал головой.
— Да не стоит. Синьтун держится от него на расстоянии. Ничего страшного в этом нет.
Юй Сювэнь шагнул вперёд и громко крикнул:
— О, какими ветрами молодого господина Лу занесло в наши края?
Лу Юйцзэ обернулся и любезно улыбнулся.
— А, это молодой господин Юй. Решил вот отведать деликатесов вашей академии «Тяньу».
— Повара в вашем доме куда лучше наших. Неужели пришли к нам поживиться на дармовщинку? — слова Юй Сювэня прозвучали весьма язвительно.
— У каждого свои достоинства, — невозмутимо ответил Лу Юйцзэ, сохраняя улыбку.
Шэнь Синьтун вприпрыжку подбежала к Цзян Линьчуаню и ослепительно улыбнулась.
— Почему вы так рано закончили? Я как раз собиралась зайти за тобой, чтобы вместе пообедать.
— У преподавателя, видимо, были дела, вот он и отпустил нас пораньше, — тихо ответил Цзян Линьчуань.
Шэнь Синьтун тут же принялась объяснять:
— Этот тип заявил, что хочет попробовать нашу еду от лица своих младших товарищей. У него нет карты для столовой, вот он и попросил меня заплатить.
Она достала свою карту и бросила её Лу Юйцзэ.
— Вот, плати сам. А я иду обедать со своим парнем. Потом просто оставишь карту у администратора.
Затем она повернулась к Цзян Линьчуаню и сделала самое жалкое личико:
— Я вообще-то хотела угостить тебя и потому не отдала ему карту сразу. А теперь я без неё. Так что тебе придётся меня кормить.
— Хорошо, как скажешь, — мягко ответил он.
Пальцы Лу Юйцзэ, сжимавшие карту, побелели, но он тут же сделал вид, что ничего не произошло, и направился к раздаче.
— Сам напросился на унижение, — холодно хмыкнул Юй Сювэнь, а затем, расплывшись в широкой улыбке, громко крикнул: — Госпожа, чего изволите? Сегодня гуляем на широкую ногу, угощаю!
— Раз уж сегодня грабим богатея, то будем есть самое дорогое! — это обращение было для Шэнь Синьтун слаще мёда. А этот парень, оказывается, весьма сообразительный.
Их весёлая компания из пяти человек направилась в другую сторону зала.
Обновлено: 22.01.2026