Глава 9 — Глава 4. Шепот в Зале для Брифингов

Глава 4. Шепот в Зале для молитв Зал для молитвы на «Клинке Ультрамара» был местом священным. Здесь стратегия превращалась в догму, а приказы — в непреложный закон. В центре зала парил гололитический проектор, его изумрудный свет вычерчивал в воздухе трёхмерную карту подульевого города на Веридии Прайм. Каэлиан и сержанты других отделений стояли полукругом; их синие доспехи казались почти чёрными в приглушённом свете. Они были изваяниями, высеченными из камня долга, их лица скрывали шлемы, а внимание было приковано к фигуре капитана Валерия. Капитан, чьё лицо без шлема походило на выветренную скалу, указывал на карту силовым когтем. — Братья, наша цель — сектор Гамма-7, известный как «Ржавая Могила». Разведданные, полученные от СПО, указывают на то, что именно здесь находится главный очаг ксенокульта, — голос Валерия был подобен скрежету ледника — медленный, мощный и несокрушимый. — Согласно священному Кодексу, мы нанесём удар остриём копья. Отделения «Немезида» и «Центурион» совершат десантирование с «Громовых Ястребов» здесь, в точке Альфа, и пробьются через главный процессионный проспект. Отделения «Виктус» и «Глориам» обеспечат фланговую поддержку, подавляя огневые точки в боковых туннелях. Отделения «Новус» и «Гербер» нанесут удар по системе ПКО и сокрушат ее, чтобы мы смогли спустить бронетехнику и артиллерию на поверхность. Батальон гвардии отправится на высадку, когда будут подавлены системы ПКО и ПВО.  Мы сокрушим их в лобовой атаке, как завещал нам Примарх. План был безупречен. Он был чист. Он был взят прямо из «Тактики Астартес», том II, глава IV «Штурм укреплённых позиций в условиях ограниченного пространства». Каэлиан слышал этот план, в разных вариациях, сотни раз. Он сам десятки раз вёл своих людей в подобные атаки. Это был путь чести, путь открытой войны, путь Ультрамаринов. И он был самоубийственным. Каэлиан смотрел на карту, но видел её не только своими глазами. Он видел её и через призму серого окна, которое теперь постоянно висело на краю его сознания. [Тони Старк: Серьёзно? Просто пойти и умереть? Лобовая атака на узкий проспект, который наверняка уже пристрелян? Этот ваш капитан — гений тактики или у него просто закончились идеи после «идти прямо»?] Каэлиан мысленно приказал голосу замолчать, но тот продолжал, не обращая на него внимания.   [Тони Старк: Посмотрите на схему. Эти разведданные… Они устарели. Видите тепловые сигнатуры? Слишком слабые для промышленного сектора. Либо там все вымерли, либо они отключили основные генераторы, чтобы скрыть истинное количество бойцов и техники. А эта геотермальная вентиляционная шахта под сектором… её даже не отметили как потенциальную угрозу. Или как точку входа. Дилетанты.] Слова этого… «Старка» были как кислота, разъедающая броню его веры. Он посмотрел на капитана. Валерий был одним из лучших. Он был образцом Ультрамарина. Но он был слеп. Он видел лишь то, что позволял ему видеть Кодекс. Он доверял разведданным, потому что они были официальными. Он выбирал лобовую атаку, потому что это был путь доблести. — Капитан, — голос брата-сержанта Ликандера, командира «Центуриона», был полон уверенности. — Данные СПО. Насколько они надёжны? Прошло три стандартных терранских икла с момента их получения. Капитан Валерий медленно повернул голову к Ликандеру. Его взгляд был холоден. — Брат-сержант, ты сомневаешься в доблести Сил Планетарной Обороны? Они сдерживают эту заразу, пока мы не прибыли. Их данные — это всё, что у нас есть. И мы будем действовать согласно им. Кодекс не терпит промедления, основанного на сомнениях. Ликандер молча кивнул и отступил на шаг. Дисциплина была абсолютной. Никто больше не задавал вопросов. Но в голове Каэлиана вопросы роились, как обезумевшие насекомые. Он видел то же, что и Старк. Видел устаревшие данные. Видел очевидные тактические ловушки. И он видел альтернативу. [Тони Старк: Если бы я был на его месте… я бы не стал ломиться в парадную дверь. Я бы нашёл доступ к главной энергосети улья. Судя по возрасту этой дыры, она вся опутана кабелями, как новогодняя ёлка. Устроить локальный блэкаут в их секторе, вырубить турели и освещение. Посеять хаос. А пока они там в темноте будут тыкаться друг в друга, как слепые котята, можно спокойно войти через ту самую геотермальную шахту и ударить им в спину. Чисто, быстро, эффективно. Но, конечно, это же не так «героически», как умереть на баррикадах.] Идея была логична. Она была эффективна. И она была абсолютно еретична. Она предполагала хитрость, а не доблесть. Обман, а не открытый бой. Она ставила результат — победу с минимальными потерями — выше процесса, выше священного ритуала войны, описанного в Кодексе. Опять эти голоса в его голове говорили настолько эффективные вещи, это обескураживоло и не поддавалось анализу, но это было результативно. [Саэко Бусудзима: Лобовая атака — это не стратегия. Это массовое самоубийство. План Старка опасен, бой в темноте требует идеального контроля. Но он даёт шанс нанести один, решающий удар. Лучше рискнуть всем ради одного удара, чем гарантированно погибнуть в бессмысленной резне.] Каэлиан стоял неподвижно, его внешняя оболочка была идеальным воплощением послушания. Но внутри него шла война. Одна его часть, Ультрамарин, требовала подчиниться приказу, принять неизбежные жертвы как цену долга и умереть с честью, если потребуется. Другая часть, которая недавно появилась в его душе, и странные голоса, ставшие его тенью, кричали, что это безумие. Что жизни его братьев и союзников ценнее, чем мёртвые буквы в древней книге. — Приказы ясны? — спросил капитан Валерий, обводя сержантов взглядом. — Да, капитан! — прозвучал единый хор голосов. Голос Каэлиана был среди них, но для него самого он прозвучал как чужой. - А теперь принесем молитву и клятвы верности Ордену и императору провозгласил капитан Валерий. Все космодесантники прелконили колени и неистово молились. Каэлиан автоматически проговаривал слова молитвы, но впервые, не чувствовал внутреннего восхищения и преклонения. Он думал. Брифинг после молитвы был окончен. Сержанты начали расходиться, отдавая приказы своим отделениям. Каэлиан остался на месте на долю секунды дольше, его взгляд был всё ещё прикован к карте, к той точке, где находилась неприметная геотермальная шахта. Он впервые в жизни столкнулся с выбором. Не между жизнью и смертью — этот выбор был прост. А между двумя видами долга. Долгом перед Кодексом, который сделал его тем, кто он есть. И долгом перед своими людьми, которых этот же Кодекс вёл на бессмысленную бойню. И он не знал, какой из них важнее. Если вам понравилась глава, не забудьте поставить лайк. Если вы считаете, что ее стоит улучшить, оставьте свой комментарий. Каждый ваш голос имеет значение!