(От лица Незуко)
Я стояла перед воротами поместья Бабочки. Плечи ощущали непривычную легкость, ведь на них не было ящика. Я слегка размяла левое плечо, а сама до сих пор не верила, что госпоже Тамае все-таки удалось создать лекарство, которое превратило Танджиро обратно в человека.
В доме госпожи Шинобу на меня обрушилась лавина из ностальгии и чувства роста. В начале моего пути истребителя почти каждый бой заканчивался больничной кроватью и набором невкусных лекарств; к счастью, рядом со мной был братик Танджиро, мои друзья Зеницу и Рюноске, госпожа Аой с девчатами, одно их присутствие чудесным образом превращало горький вкус лекарств в сладкий мед.
Не хотелось бы хвастать, ведь сейчас я почти не получаю травм на заданиях, за исключением тех редких случаев, когда судьба сталкивает меня с демонами высших лун. Я даже начала скучать по тем временам, когда я, Зеницу и Рюноске проходили восстановительные тренировки под чутким руководством госпожи Шинобу.
— Госпожа Незуко? — голос Аой вывел меня из потока мыслей, и я поспешно поклонилась.
— Добрый день. Прошу прощения за внезапный визит.
— Что вы! Вы ведь знаете, мы всегда рады вашему визиту.
Мне стало неловко, что моя подруга обращается ко мне с таким уважением, но с тех пор, как мой ранг подняли до столпа, такое происходит постоянно. Единственными исключениями остались Зеницу и Рюноске. С господином Миядзаки я с тех пор не пересекалась, и мне даже любопытна его реакция. Правда, мне сложно представить его вежливое обращение ко мне, учитывая его полное игнорирование статуса других столпов.
— Аой… Я ведь просила обращаться ко мне как раньше. — Я схватила ладони Аой в свои и посмотрела полными влаги глазами.
— Незуко… — Аой на секунду замялась, но смогла взять себя в руки. — Госпожа Незуко, вы ведь знаете, что я не могу проявлять неуважение к столпу. Лучше скажите, что вас сюда привело?
— Я слышала о победе госпожи Шинобу над Второй высшей луной, и есть раненные. Вот и решила заглянуть.
Аой встретила мою неловкую улыбку хмурым, словно туман в ночи, выражением лица. Мое тело напряглось. По опыту могу сказать, что выйти невредимым после победы над высшей луной практически невозможно, но взгляд Аой кричал о худшем из возможных исходов. Где-то на краю сознания мелькнула пугающая мысль, что сдавила мою грудь железной перчаткой. Оранжевые лучи заходящего солнца на лице Аой создавали поистине жуткую атмосферу.
— Давайте зайдем внутрь. — предложила Аой и проводила меня в здание.
***
— Вот, значит, как.
Я сидела в гостевой комнате. Между мной и Аой стоял квадратный столик, на котором остывал чай. Аой сама знала не особо много о прошедшей битве, лишь то, что Канао и какой-то паренек отделались легким обморожением. Они уже успели поправиться и даже отправиться на частную тренировку к господину Ренгоку, помнится, Зеницу с Рюноске тоже упоминали нечто подобное. Госпожа Шинобу, как и ожидалось от столпа, практически не пострадала и сейчас отправилась по делам.
— У Миядзаки глубокое обморожение рук и ног, повреждены легкие и большая часть тела. Госпожа Шинобу была шокирована тем, что он вообще еще жив, но… Истребителем ему уже не быть.
Слова Аой заставили меня сжать кружку с чаем. Мир перед глазами начал расплываться, когда я вспомнила полную уверенности улыбку Миядзаки. Почему из всех пострадал лишь он один?
Над таким очевидным вопросом даже думать не стоило, достаточно было вспомнить нашу первую встречу на финальном отборе. Тогда он тоже изображал из себя эгоиста, когда на самом деле пришел на несколько дней раньше и практически в одиночку зачистил всю гору от демонов для того, чтобы спасти как можно больше жизни молодых истребителей.
— Может… быть может, мы еще сможем что-либо сделать?
Ответом на мой наивный вопрос был лишь мрачный взгляд Аой. Девочка передо мной покачала головой. В ее глазах сияли слезы. Я сжала руку в кулак. Конечно, о чем я вообще думала, когда задавала этот вопрос? Будь хоть шанс, госпожа Шинобу с остальными сделали бы всё, что можно.
— По словам достопочтенного главы, победа над Второй высшей луной — небывалое достижение, которым стоит гордиться, и вместо слез поражения нужно лить слезы радости, но я… я…
Аой не выдержала и вытерла бегущие слезы. Мне самой с большим трудом удалось сдержать наплыв эмоций. Конечно, я понимаю, что глава прав, но, когда я услышала их, то представила ясный образ Миядзаки, который ругает главу словами типа «Бессердечный ты монстр! Люди тебе не инструменты!».
Образ надувшего щеки Миядзаки вышел настолько реалистичным, что я слегка улыбнулась. Я вытерла подступающие к глазам слезы и улыбнулась.
— Миядзаки назвал бы нас плаксами и сказал нечто вроде «Не реви, девчонка!».
Мое настроение передалось Аой, и она согласно кивнула. Видимо, тоже представила его голос и слегка улыбнулась. Поразительно, как один лишь образ человека способен влиять на решимость.
— Госпожа Шинобу верит, что он придет в себя. По крайней мере сейчас его жизни ничего не угрожает.
— Аой. Я… — комок нервов прокатился по моему горлу. — Я могу его увидеть?
— Конечно. Он лежит в отдельной палате.
Я вспомнила небольшую комнатку с одним единственным окном, выходящим в сад цветов. Прекрасный вид на кружащих там бабочек часто был причиной внимания Миядзаки. В прошлый раз он пережил взрыв огня, а теперь вот оказался прикован к кровати из-за холода и льда.
Именно так я подумала, когда смотрела на мирно спящего парня: его руки, ноги и большая часть груди были забинтованы. Я принюхалась и заметила, что от его тела исходит маслянистый аромат каких-то трав, насквозь пропитавших бинты. Наверное, это какие-то лечебные мази. Никогда не устаю поражаться глубиной медицинских знаний госпожи Шинобу.
Рядом с кроватью стояла небольшая тумбочка с цветочной вазой и стаканом молока. Судя по свежим цветам в вазе, госпожа Канао и в этот раз регулярно их меняет, а вот стакан молока показался мне странным выбором. Аой заметила мой взгляд и принялась объяснять.
— Во время своего прошлого восстановления Миядзаки отказывался встречать утро без стакана молока. — глаза Аой виновато опустились. — Вот я и подумала, что он будет рад увидеть стакан свежего молока сразу после пробуждения. И не пойми неправильно, я тщательно слежу, чтобы молоко было свежим, и не даю ему застояться.
— Пхах, ха… ничего. Это вполне в его стиле.
Я вспомнила, как близко к сердцу Миядзаки принял тот случай с молоком на кануне нашей первой встречи с достопочтенным главой. До сих пор обидно, что он смотрел таким взглядом на образ стакана молока, когда я была совсем рядом.
— Знаешь, я тут подумала, может, и мне принести ему стакан молока? — с неловкой улыбкой на лице я обратилась к Аой.
Понимаю, что прозвучало слегка по-детски, но молоко — это верный шанс. В моей голове всплыл образ первого пробуждения Миядзаки, свежий стакан молока с подписью «От Незуко». Меня в дрожь бросило от мысли, насколько это будет эффективно.
— Аой? Что все-таки думаешь?
Ответа Аой не последовало, вместо нее ответил женский голос: легкий, едва заметный, он словно сливался с ночью за окном. Я слышала его всего один раз, не так далеко от этого самого поместья, и ни с чем его не спутаю.
— Этому извращенцу больше понравится голая девушка на столе. Если вам интересно мое мнение. — демон с ярко-зелеными глазами стояла на фоне восходящей луны, видневшейся в открытом окне.
Обновлено: 08.04.2026