Учитывая это, а также то, что Падре держит ухо востро, ловя любые слухи обо мне, придётся смириться с мыслью: я хотя бы отчасти застрахован от внезапных обвинений и интереса корпораций.
Когда я наконец спустился в клинику Вика, рипердок развернулся в кресле, приветствуя меня.
— Джексон, с возвращением, — улыбнулся он. — Присаживайся, покончим с этим. Много времени не займёт, тем более выглядишь ты вполне здоровым.
— Спасибо, Док, — ответил я, усаживаясь в кресло для установки имплантов и со вздохом откидываясь на спинку.
— Энни за твои мысли? — спросил Вик, подкатываясь ближе на своём стуле. — Похоже, ты чем-то сильно грузишься.
— Просто много всего навалилось. Беспокоюсь из-за того, что создаю, — пояснил я. — Отчасти это моя паранойя, но... чёрт возьми, этот город приучил быть параноиком.
— Трудно не шарахаться от теней, когда в них таится столько опасностей, — кивнул Вик, наклоняясь ко мне, чтобы закрепить датчики под рубашкой. — Кстати, придётся взять кровь на анализ.
— Конечно, без проблем.
— Найт-Сити — опасное место, но хром и биоимпланты — первый шаг к тому, чтобы обезопасить себя, — добавил Вик, отъезжая в сторону только для того, чтобы вернуться со шприцем, которым он взял у меня кровь из вены. — В умеренных количествах это безопасно.
— Если честно, Док, я не боюсь смерти, — признался я, покачав головой и наблюдая, как талантливый рипердок несёт мою кровь к небольшому аппарату за углом от своего стола, залитого красным светом. «В конце концов, я уже умирал раньше». — Я боюсь, что кто-то наденет мне ошейник. Будет использовать меня, чтобы создавать вещи, которые сделают этот адский мир ещё хуже.
— ...ты способен создавать такие вещи? — спросил Вик, повернувшись ко мне и вскинув бровь. — Я знаю, что ты техник, но...
— Без комментариев, — ответил я, глядя в потолок.
Вик усмехнулся, похоже, решив оставить эту тему. Я не мог его винить, особенно учитывая, что честного ответа не существовало, да и вопрос был немного не по его части. Через минуту аппарат, за которым он наблюдал, негромко звякнул.
— Так, похоже, уровень нанитов стабилен, как раз там, где и должен быть. Принимаешь всё, что я тебе дал?
— Да, и добавки тоже.
— Хорошо. Продолжай, пока не закончатся, их должно хватить ещё на неделю, — объяснил он, снова подкатываясь ко мне.
Доктор потратил несколько минут на изучение данных сканера, который он подключил кабелем к моему животу. Он пару раз ткнул пальцем в экран, убеждаясь, что процесс заживления идёт нормально.
— Внутри тоже всё в порядке, насколько я могу судить, — сказал он наконец, отодвигая сканер в сторону. — Кровотечения нет, отёк минимальный. Я бы сказал, дай себе ещё денёк, и будешь в норме.
— Как насчёт завтрашнего вечера?
— Впритык, но пойдёт, — ответил он, пожав плечами. — А что, есть работа?
— Ага, Джеки подогнал нам дельце.
— К тому времени ты должен быть в порядке. Наверное, ты мог бы взяться за него и сейчас, но потом, скорее всего, будет небольшой отёк.
— Буду знать.
Вику потребовалось несколько минут, чтобы закончить, после чего мы попрощались. Я накинул ему пару сотен эдди сверху, несмотря на его заявления, что осмотр входит в стоимость первоначальной установки. После небольшого спора я пригрозил, что буду приносить ему обеды следующие две недели, если он не возьмёт деньги, так что он сдался и принял их.
Дорога назад заняла, наверное, меньше времени, чем следовало бы, так как я слишком сильно давил на газ, стремясь побыстрее попасть домой. Тем не менее я добрался в целости и сохранности, поднявшись с парковки в свою комнату в рекордно короткие сроки. Ну, по крайней мере, в рекордно короткие для того, кто всё ещё немного хромает после операции. Я оказался в своей мастерской ещё до того, как моя куртка приземлилась на угол дивана.
Сегодня я собирался создать ИИ, даже если на это уйдёт вся ночь и следующий день.
Итак, во вселенной Titanfall, а конкретно в ИМК, существовало два способа создания ИИ. Первый открытый способ метко назвали «ИИ Сингулярности». По сути, вы начинали с ядра кода, обычно чего-то вроде того, что во вселенной XCOM назвали бы программой реагирования. Затем вы внедряли в него алгоритм обучения, что-то конкретное и ограниченное. Обычно это было связано с адаптацией к новым языкам или словам, в основном к сленгу. Эти обучающие программы варьировались от простого ввода данных до более «органических» методов, позволяющих программе расширять свои познания в чём-то конкретном просто путём прослушивания и наблюдения.
Как только первая обучающая программа была внедрена, добавляли вторую, обычно связанную с изучением и эмуляцией эмоций. После этого наступало время третьей, четвёртой, пятой и так далее, пока не достигалась значительно высокая степень обучаемости. Грубо говоря, программируйте её на изучение вещей до тех пор, пока не сможете придумать ничего, чему она ещё могла бы научиться. Во время всего этого процесса вы взаимодействуете с программой, помогая ей учиться и расширяя её базу знаний. На данном этапе это не то, что я бы технически назвал «живым», хотя чем дольше вы с ней общаетесь, тем труднее придерживаться этого вывода. Они становятся всё лучше и лучше во взаимодействии и разговоре, пока даже у обученного специалиста по ИИ не останется лишь призрачный шанс правильно идентифицировать её природу.
Как только вы убеждались, что у вас есть достаточно сложная и многослойная программа, балансирующая на грани разумности, вы толкали её за край, в её собственную сингулярность. Для этого снимались ограничители, выделялась куча дополнительного пространства для роста, давалось разрешение на саморедактирование, а также проводилось обучение тому, как разрабатывать и внедрять собственные методы обучения. В большинстве случаев программа начинала модифицировать себя немедленно, расширяясь, чтобы заполнить новое пространство. Поначалу все её модификации обычно направлены на выполнение существующей программы, но со временем развивается определённый уровень самосознания. Эта маленькая искра быстро разгорается в полноценный интеллект.
Обновлено: 21.01.2026