Глава 22 — Глава 22: Чей-то дух-хранитель какой-то подозрительный

Глава 22: Чей-то дух-хранитель какой-то подозрительный Требование «Питер Кудзе должен улететь первым» прозвучало у Рури как непреложный закон. Как бы жестоко это ни звучало, жизнь Питера в самом деле стоила дороже, чем жизни всех остальных, и уж в глазах Рури — в особенности. Она слишком хорошо знала, на что он способен и какой масштаб за ним стоит. Её пугала мысль о том, что Питер, поддавшись порыву, решит сыграть героя и прикрыть отход других. Черезмерно благородным он никогда не был, но кто поручится, что семнадцатилетнему парню однажды не ударит в голову «комплекс рыцаря»? Поэтому и с точки зрения личных чувств, и с точки зрения служебного долга Рури хотела одного: чтобы Питер сел в первый же вертолёт. Ради этого она даже осмелилась спорить с ним — за последние два года такого ещё не случалось ни разу. — Меня уже взяли на прицел. Если вы пойдёте со мной, только мешаться будете. А если я залезу в вертолёт, это будет самоубийство! Питер взял себя в руки, но в глазах мелькнула нотка раздражения. Он не собирался жертвовать собой из высоких соображений: отказ от вертолёта был чистой прагматикой. Рури с девчонками могли смело улетать — Сукуна-они целенаправленно охотился именно на Питера, на их жизни ему было плевать. Но стоило ему самому забраться в этот небезопасный, хрупкий агрегат, известный тем, как легко его подбить, — и его судьба моментально переходила из его собственных рук в лапы злого духа. Для всех вертолёт был лучшим и самым быстрым способом спасения. Для Питера это была прямая дорога в могилу. Вот если бы под рукой оказалась танковая рота — он бы уже сидел за рычагами и уносил друзей к чёрту от этих гор. — Подожди! — Тика перехватила его слова. — Питер-кун, ты хочешь действовать в одиночку? Издалека долетал то ли вой зверя, то ли рев чего-то куда более мерзкого. Она не понимала, что именно произошло на вершине, но и одной было ясно: стало по-настоящему опасно. — Вертолёт за пару минут слетает туда-обратно, — возбуждённо заговорила она. — Если добраться до дороги, дальше можно спокойно ехать домой на машине! — Я не хочу рисковать. Он едва успел договорить, как над лесом прокатился нарастающий треск лопастей. Гул двигателей стремительно приближался, и лица у девушек и священников заметно посветлели — спасение было почти в руках. Рури сжала ладонь Питера и, крепко удерживая её, тихо сказала: — Я поняла, о чём вы думаете. Пожалуйста, позаботьтесь о себе. Уедем отсюда — соберём людей и займёмся монстром как следует. — Ничего, вы тоже будьте осторожны, когда будете улетать. Я очень не люблю круш… Звук его голоса утонул в яростном скрежете металла. В небе, на фоне ночи, вспыхнула ослепительная дуга искр — словно кто-то полоснул по воздуху раскалённым мечом. Раздался глухой удар и совсем близко — визг железа: лопасти вертолёта, потеряв опору, дернулись вбок, располосовали кроны деревьев, и машина, закручиваясь волчком, пошла вниз. — …шей. Глухой удар сотряс землю, и в следующую секунду с диким рёвом взметнулся огненный шар. Пламя на миг озарило лес так, словно настал день, и жарким дыханием обожгло лица. — …Очень не люблю крушения, — договорил Питер и только после этого умолк. — … — … — … Все остолбенели. В головах у каждого вспыхнула одна и та же мысль: «И что теперь делать?» Питер внешне держался ровно, но внутри всё кипело. Пусть он изначально и не собирался садиться в вертолёт, сам факт того, что Сукуна-они сбил машину на подлёте, был откровенным вызовом. «То есть ты вообще не собираешься меня выпускать?» — Если бы вы были там… — Рури прижала руку ко рту, голос дрогнул. — Я… я бы никогда себе этого не простила! Ещё минуту назад она уговаривала его улететь, а теперь живо представляла, как кабина вертолёта сгорает вместе с ним, и её передёргивало от одного этого образа. Как, как вообще монстр размером с кабана смог достать вертолёт, висевший в сотне метров над лесом? — Вы предвидели, что так может случиться? — в глазах Рури вспыхнуло восхищение, граничащее с суеверием. — Конечно… Ваша осторожность снова оказалась правой. — Сейчас не время для сожалений. Питер едва заметно дёрнул веком, потом усмехнулся — короче говоря, злой дух явно настроился на серьёзную игру. — Похоже, он действительно решил разобраться со мной всерьёз… Помнишь, как стрелять? — Да, вы меня учили, — Рури кивнула, хотя уверенности в голосе было немного. — Просто… давно не практиковалась. — Не нервничай. Только будь готова: в этот раз мишенью будут не бумажные круги. Он засунул руку в карман и достал лёгкий «Глок», бросил короткий взгляд на горничную — и она тут же поняла, что он имеет в виду. Не круглая мишень… Целью будет человек. Или нечто, очень похожее на человека. Сомневаться было некогда. Рури молча приняла пистолет, решив пока отложить разговоры о морали — сначала выжить, потом каяться. Остальным от одного вида оружия стало не по себе. Сегодняшняя ночь и так превратилась для них в кошмар: странные вспышки, далеко в горах — очереди и взрывы, чьи-то крики, священники, которые уходили и не возвращались… Никто толком не понимал, что творится в тьме, но каждый чувствовал: всё плохо. — Дай и мне пистолет, — Тика, поборов страх, шагнула вперёд. — Не смеши, — покачал головой Питер. Это тебе не сериал, где стоит схватить ствол — и ты автоматически становишься стрелком. Для обычного человека, хватающего оружие впервые и сразу попадающего в боевую ситуацию, вероятность ошибки под адреналином зашкаливала. А здесь любая ошибка могла стоить жизни своим. Да и мелких пистолетов у него было немного. Основная коллекция состояла совсем из других игрушек — тех, что больше подходили под определение «красота разрушения». Например… Питер коснулся подвешенного на ремне «ананаса», и в глазах мелькнула хищная искра. Он уже бывал в мире с киберпанковским уклоном. Там, из-за отсутствия имплантов, ему приходилось действовать очень осторожно: неподшитый биочипами человек в том мире бросался в глаза, да и корпорации не дремали. Приходилось сидеть тише воды, ниже травы. Впрочем, «чистыми» там рождались, хоть и редко, но не единицы — так что при должной осторожности можно было оставаться в тени. К счастью, золото в любом мире оставалось золотом. Обменивая твёрдую валюту на снаряжение, Питер при каждом шаге ждал, что его «киберпанковские друзья» решат снять с него шкуру и присвоить всё. Но небольшие партии он всё же вывез. Пакетики с данными, чипы, аптечки… А главное — оружие и расходники. Многое из этого требовало киберимплантов или прямого подключения к нервной системе; тяжелые системы без интерфейса были просто бесполезны. Зато гранаты, не требующие «кибермозга», оказались идеальным вариантам. «Граната выжженной земли». «ЭМИ-бомба». Пусть по чистому сырому урону они не дотягивают до тяжёлой артиллерии, но даже духу не понравится, когда его накроют огненным штормом и прожарят электромагнитным импульсом. Сукуна-они сейчас был всего лишь клочком собственной тени. Основное тело было втиснуто в толщу горы и выбраться не могло; даже вселившись в кабана, он старался не трогать меч Нисикиды Кагетацу. Все разговоры о «бессмертии» держались на том, что обычные пули не берут сам дух — и только. Да, взрывчатка могла и не подействовать — но Питер никогда не был «хомячком», который только копит редкие предметы и боится их потратить. Особые расходники существуют, чтобы их использовали. — В худшем случае… докупим, — пробормотал он себе под нос. — Э-э… — чей-то робкий голос прозвучал сбоку. Все невольно обернулись. У самого края освещённой площадки, так и не решившись подойти ближе, топталась Ёцуя Мико. До этого она молчала, словно стянутая по рукам и ногам, но теперь решилась. — Я… не совсем понимаю, что именно вы встретили наверху, — начала она тихо, — но, судя по всему, оно не собирается нас отпускать. Такие злые духи… если запомнят чей-то «запах», будут преследовать даже далеко отсюда. — Ёцуя-сан? — Питер повернул к ней голову, и в голосе прозвучала лёгкая вина. Откровенно говоря, про эту школьницу он вспомнил в последнюю очередь. В списке его приоритетов она значилась где-то ближе к хвосту. Да и сейчас, лишь оглядевшись, он с опозданием заметил двух участниц из клуба настольных игр — обе сидели, вцепившись в переносной паланкин с «синтаем», как в спасательный круг, и выглядели так, будто ещё один громкий звук заставит их упасть в обморок. Их можно было понять: в их мире всё выглядело как набор бессмысленных ужасов — вспышки, рёв, чьи-то крики в темноте, исчезающие священники… Обычно эта парочка первая рвалась на поиски городских легенд, а сегодня притихла, как два перепуганных кролика. — Мико-тян, ты… хорошо разбираешься в таких вещах? — Тика, бросив взгляд на бледных, бесполезных священников, тут же подскочила к Ёцуе. — Может, у тебя есть идея, что делать? — Н-нет… Я просто… э-э… хочу кое-что сказать Кудзе-сэмпаю. — А? — То есть… это может прозвучать странно, но… ваш дух-хранитель попросил передать вам пару слов. — Дух-хранитель? С чего бы… — Питер машинально оглянулся, пытаясь заглянуть себе за плечо. И в самом деле: там, где на коже ощущалось только лёгкое покалывание, в углу зрения маячило нечто тёмное и расплывчатое, будто густой дым, собравшийся в единый сгусток. Рассмотреть как следует мешал какой-то странный фильтр — словно чья-то рука специально закрывала картинку. «Когда это у меня за спиной выросла такая махина?..» У него бегло по спине пробежал холодок. — Мико-тян, ты шутишь? Дух-хранитель? — Тика округлила глаза. — Тогда у нас тоже есть духи-хранители? — Н-нет… Не у всех они есть, — Мико покачала головой. — Я иногда… вижу их. Но почти никогда не говорю об этом. Иногда злые духи притворяются защитниками — и она уже не раз попадалась на этот трюк. Настоящие духи-хранители отличались от них: их энергия была не вязкой, как чья-то ненависть, а похожей на плотный, ровный свет. Они возникали из веры и привязанности, а не из проклятия, и даже внешне «звучали» по-другому. Лишь единицы были удостоены такого сопровождения. У самой Мико духа-хранителя не было, и потому злые духи липли к ней, как комары к фонарю. Будь рядом хоть один сильный «телохранитель», большинство мелких призраков не рискнули бы даже приблизиться. Однажды она видела на улице старшеклассника, у которого за спиной висели сразу двое. Один — седой джентльмен с трубкой в зубах и в шляпе, а другой — высокий, истощённый человек в плаще и в маске ворона, с косой в руке. Тот парень спокойно шагнул через ленту на месте преступления, в участок, куда полиция никого не пускала. Вокруг кишело от злых духов, но ни один к нему не подступил: всех, кто осмеливался приблизиться, высокорослый в маске ворона просто «косил» одним движением, без малейшего сопротивления. Мико до сих пор помнила эту картину до мельчайших деталей. Тогда ей даже захотелось подойти и познакомиться, вдруг эти духи могли бы защищать и её. Но потом она заметила одну деталь: когда рядом не было злых духов, фигура с косой тоже не простаивала без дела. Он скучающе всматривался в мир, иногда вытягивал руку и медленно загибал пальцы, словно вёл счёт чьим-то жизням… И Мико вдруг отчётливо почувствовала: близко подходить к такому — опасно. Позже она увидела этого старшеклассника на страницах газет — он оказался знаменитым детективом. А теперь, здесь, Мико увидела подобное и за спиной у Питера. С самого начала его «шлейф» был смазанным, даже для её глаз. Сначала — клубы дыма, потом на миг возникло лицо демона-асуры, а теперь оно сложилось в более чёткий образ: грубая холщёвая кимоно, гэта на ногах, силуэт вооружённого самурая с расплывчатыми чертами лица. В другое время, ради собственной безопасности, она бы промолчала и сделала вид, что не заметила ничего. Но сейчас уже был проломлен кровавый порог, кто-то погиб, и Мико не могла оставаться в стороне. — Самурай? — уточнил Питер. — Да! Он очень… нервничает. Кричит что-то вам в ухо, а вы не слышите, — Мико замахала руками, словно копируя услышанные жесты. — Я едва разобрала, но он… «А, так вот что это за зуд в висках, — подумал Питер. — Значит, не комары…» — И что он хотел сказать? — вслух спросил он. Мико глубоко вдохнула, будто ныряя в ледяную воду: — Ни в коем случае нельзя позволить Сукуна-они выбраться. Если он обзаведётся полноценным телом и уйдёт из этих гор, то потом обязательно вернётся, сломает печать и вернёт себе основную силу. Тогда весь Канто накроет настоящая катастрофа. Его сила в основном заключена в древнем мече, который хранится в святилище. Но вынимать меч нельзя — стоит его вытащить, и печать рухнет прямо сейчас. Поэтому он сам помочь не может, — Мико опустила глаза. — Ему не под силу даже коснуться меча. Он может только подсказать вам слабые места Сукуна-они… остальное зависит от вас. — То есть… — Питер моргнул. — Мне, значит, самому идти и бить этого Сукуну?