Глава 6 — Глава 6 Похороны Учиха Обито.

Глава 6. Похороны Учиха Обито. Деревня Коноха. Хоть её и называли деревней шиноби, процветание этого места затмевало даже столицу Страны Огня и дворец Даймё. Лишь в последние два года из-за затянувшейся войны Коноха начала понемногу пустеть. По улицам и переулкам разлилась мрачная, гнетущая атмосфера. Если не считать невинных детей, всё ещё способных звонко смеяться, лица большинства прохожих были скованы напряжением. Годы непрерывных сражений. Бесконечное кровопролитие. Пусть не над каждым домом в Конохе висел белый траур, панихиды проходили чуть ли не в каждом квартале. Почти каждый житель потерял знакомых, родственников или друзей, навеки оставшихся на передовой. Домой возвращались либо тела – либо вовсе ничего. Рицу едва успел вернуться в деревню и не прошёл ещё и пары кварталов, когда ветер донёс до него чьи-то причитания. Свернув за угол, он увидел редких прохожих в черных официальных одеждах. На каждом лице застыла тяжелая скорбь. Несколько женщин тихо плакали, и их горе было настолько заразительным, что невольно погружало в меланхоличную печаль. «Неужели чьи-то похороны только что завершились?» – Рицу невольно задался этим вопросом. И в этот самый миг… — Рицу-кун, — раздался впереди знакомый голос. Рицу сфокусировал взгляд. Перед ним стоял мужчина с жёлтыми волосами, голубыми глазами и настолько безупречными чертами лица, что в них невозможно было найти ни единого изъяна. — Минато-сэмпай, — Рицу опешил. Он никак не ожидал встретить Намикадзе Минато здесь и при таких обстоятельствах. Почему знаменитая «Жёлтая Вспышка» посещала похороны в деревне, вместо того чтобы сражаться с ниндзя Камня на севере? Внезапно в его голове всплыла зловещая догадка. Эти похороны… неужели они по Учиха Обито? — Могу я спросить, кого оплакивают? — Тихо проговорил Рицу. — Обито, — выражение лица Минато стало скорбным, а голос – слегка хриплым. Это и впрямь был Учиха Обито. Значит, битва на мосту Каннаби уже завершилась, а Обито попал в руки Учиха Мадары и Черного Зецу. Рицу поджал губы и негромко произнёс: — Минато-сэмпай, прими мои соболезнования. — Рицу-кун, почему ты вернулся? Война с ниндзя Тумана на Восточном фронте ведь ещё не закончилась, верно? — Минато явно не желал больше обсуждать гибель своего ученика и вместо этого поинтересовался делами собеседника. Если кто-то спросил бы, как Рицу познакомился с Намикадзе Минато, то ответ был бы прост. Учителем Рицу был Хируко. Наставником Минато – Джирайя, один из Саннинов. Этот Жабий Мудрец с Горы Мьебоку обладал самым легким характером среди троицы и поддерживал неплохие отношения с Хируко. Так Рицу и Минато узнали друг друга через своих учителей. Вопрос Минато заставил Рицу внутренне расслабиться. Похоже, Минато только что вернулся с северного театра военных действий и ещё не знал о происшествии на Восточном фронте. — Война с Туманом затянулась, — мягко ответил он. — Я вернулся из-за дел клана, требующих моего личного присутствия. Как только всё уладится, я тут же отправлюсь обратно на передовую. — Понимаю, — Минато кивнул. — А как вы, Минато-сэмпай? Война с ниндзя Камня окончена? — Камень отступил, но Четвертый Райкаге из Облака недавно занял свой пост, и в последнее время они ведут себя неспокойно. Возможен новый удар. Пару дней отдохну и, скорее всего, снова выдвинусь на север, чтобы приглядывать за ниндзя Облака. — Облако снова мутит воду. Обменявшись ещё парой любезностей, они разошлись. Их отношения были скорее приятельскими, нежели по-настоящему дружескими. Проводив взглядом фигуру Минато, скрывшуюся в конце улицы, Рицу запрыгнул на крышу и поспешил к поместью клана Хьюга. Встреча с Минато, пребывающим в неведении о событиях на Востоке, была удачей. Столкновение с кем-то, кто знал детали, могло бы помешать его планам. Вскоре он добрался до ворот поместья клана Хьюга. Будучи одним из величайших кланов Конохи, Хьюга жили обособленно, занимая огромную территорию внутри деревни. В этом квартале обитали только члены клана. Здесь были свои улицы, лавки, парки – соплеменники могли купить всё необходимое, даже не выходя за пределы поместья. Владельцами магазинов были те же члены клана – те, чьи глаза так и не пробудились. Пробудить Бьякуган было не в пример легче, чем Шаринган клана Учиха. И всё же не каждому Хьюга это удавалось. Многие проживали жизнь, так и не активировав додзюцу. Родители Рицу были тому примером – ни один из них не пробудил глаза по сей день. Рицу же – возможно, из-за того, что его душа переродилась в теле младенца – пробудил силу очень рано, заслужив репутацию гения. Будучи своим, Рицу без труда проник на территорию, не привлекая внимания стражи из Побочной ветви. Перемахивая через стены и петляя по переулкам, он ворвался в один из домов. — Рицу-аники, — юноша, усердно отрабатывавший приемы Мягкого Кулака на тренировочной площадке, в шоке уставился на нежданного гостя. — Как ты вернулся? Глава клана и старейшины схватили тебя? — Арима, за кого ты меня принимаешь? — Рицу сурово взглянул на болтливого паренька. — Но ведь глава, старейшина Даичи и старейшина Хишо отправились на фронт со словами, что покарают тебя! Я уже думал, если эти ублюдки из Главной ветви и впрямь навредят тебе, Рицу-аники, то я обвешаюсь взрывными печатями и… — Хватит, хватит! Арима, кончай молоть чепуху. Живо позови Такуму и Акибу. Мне нужно вам кое-что сказать. — О! Понял. Хьюга Арима согласился без малейших колебаний. Даже не спросив «зачем», он сорвался с места, словно спущенный с цепи конь. Рицу остался один в просторном доме. Арима, член Побочной ветви, в свои четырнадцать был лишь на год младше Рицу. Недавно он получил звание специального джонина. Оба его родителя погибли, и сейчас он жил один. С самого детства Арима был одним из самых преданных последователей Рицу. Во время своей первой миссии на поле боя он едва не пал от рук ниндзя Тумана. Рицу буквально вырвал его из лап смерти. С тех пор Арима ловил каждое слово Рицу. Прикажи тот убить самого Третьего Хокаге – он бы ринулся вперед, не задумываясь. Рицу уселся на веранде, скрестив ноги, и стал терпеливо ждать. Прошло минут восемь, прежде чем Арима вернулся, таща за собой мужчину и женщину и громко выкликая: — Рицу-аники! Я привел Такуму и Акибу! — Ах ты мелкий паршивец, Арима! Рицу у тебя «аники», а меня по имени зовешь. — Семнадцатилетний Хьюга Такума раздраженно отвесил парню подзатыльник. Затем он перевел взгляд на Рицу и с явным беспокойством спросил: — Рицу, что там на фронте? Как ты здесь оказался? Неужели не встретил главу и старейшин?