Глава 23 — Глава 23. Тормоз прогресса

«Берлинская энерго-силовая компания». Эрнст вернулся в Берлин. В конце концов, военная академия могла работать и без него. Учебные материалы он лично проверял и участвовал в их редактировании. Пока учителя следовали программе, больших проблем быть не должно. А вот «Берлинскую энерго-силовую компанию» нужно было посетить лично. Эрнст получил известие, что в разработке четырёхтактного двигателя произошёл значительный прорыв и уже создан первый прототип. Сейчас он ждал приёмки в лаборатории. Это громоздкое и грубоватое на вид устройство и было первым в мире четырёхтактным двигателем. — Запускайте, посмотрим! — приказал Эрнст. Рабочие залили бензин, взяли с верстака рукоятку, и один из них, собравшись с силами и приняв устойчивую позу, с видимым усилием начал её вращать. Маховик завертелся, набирая скорость. «Вжик, вжик…» «Гро-хо-хо…» Из выхлопной трубы вырвался густой клуб чёрного дыма. Поршни пришли в движение, и огромный маховик, соединённый с валом и шестернями, закрутился. Комнату наполнил оглушительный рёв, но для ушей Эрнста он звучал как самая прекрасная музыка. На лицах Ленуара и его юного помощника Бенца тоже появились довольные улыбки. Это было великое изобретение, способное изменить всю механику и войти в анналы истории. Выйдя из лаборатории, Эрнст обратился к инженерам: — Я рад вашему успеху. Это великое свершение, меняющее историю. В этом месяце премия будет удвоена. А после запуска серийного производства все сотрудники, в зависимости от их вклада, получат двадцать процентов акций в качестве вознаграждения за технологию. Сделав, по его мнению, щедрое предложение, Эрнст продолжил: — Я очень доволен этим прототипом. Но он всё ещё слишком громоздкий. Вам нужно его усовершенствовать. Сделайте всё возможное, чтобы повысить точность деталей и уменьшить размеры, чтобы его можно было использовать в небольших механизмах. Это была подготовка к будущему захвату автомобильного рынка. В то время паровые и двигатели внутреннего сгорания в основном использовались на больших объектах, таких как заводские станки и корабли, поэтому требования к их размерам были не такими строгими. — Нет проблем, босс, — уверенно ответил Ленуар. С тех пор как Эрнст нашёл его, у него появились и достаточное финансирование, и подходящее помещение. Многие идеи, которые раньше казались неосуществимыми, теперь можно было воплотить в жизнь. К тому же, этот молодой человек, Бенц, был очень хорош. Хотя он и был недавним выпускником, но обладал незаурядными способностями, часто предлагал нестандартные идеи, дополнявшие его собственные, и отлично работал руками. Да и остальные сотрудники компании были в большинстве своём хорошо образованы, они прекрасно понимали и реализовывали идеи Ленуара. Будучи генеральным директором «Берлинской энерго-силовой компании», Ленуар больше интересовался исследованиями. Но благодаря людям, которых Эрнст перевёл из «Хехингенского банка» для помощи в управлении, Ленуар мог больше времени посвящать разработкам. Все эти факторы придавали Ленуару уверенности, что он сможет ускорить работу. — Что касается запуска в производство, — продолжил Эрнст, — то с этим торопиться не стоит. Я планирую сделать это примерно в семидесятом году. — Босс, не поздновато ли? — с недоумением спросил Ленуар. — Я думаю, что после некоторых доработок этот двигатель сможет завоевать рынок уже сейчас. Эрнст, конечно, знал, что чем раньше начать производство, тем раньше будет прибыль. Но четырёхтактный двигатель слишком сильно влиял на ход истории. В реальной истории Отто представил свой первый четырёхтактный двигатель лишь в 1876 году, а сейчас был только 1865-й. Главным преимуществом Эрнста как попаданца было знание будущего. Если история слишком сильно изменится, он лишится этого преимущества. А четырёхтактный двигатель напрямую влиял на развитие многих отраслей, в первую очередь — автомобильной. Что, если из-за его преждевременного появления история изменится до неузнаваемости? Хотя Эрнст уже вносил в неё изменения, пока что ход истории не претерпел кардинальных перемен. И он хотел, чтобы так и продолжалось. Даже этот четырёхтактный двигатель, который он планировал выпустить через пять лет, всё равно опережал историю на шесть лет. Поэтому нужно было быть осторожным. Если уж и менять историю, то лучше сделать это на несколько лет позже. Но свои тайные мысли Эрнст, конечно, никому не раскрывал. — Господин Ленуар, — сказал он, — это стратегия компании. Наша команда изучила рынок и пришла к выводу, что, хотя четырёхтактный двигатель и повышает эффективность, имеющиеся на рынке паровые и двухтактные двигатели пока вполне справляются со своими задачами. — Я очень верю в будущее четырёхтактного двигателя, — продолжил Эрнст, — и хочу максимизировать прибыль, развивая смежные отрасли. Поэтому я не хочу, чтобы это великое изобретение появилось раньше времени. Чтобы успокоить своих сотрудников, он добавил: — Вам не о чем беспокоиться. Патент уже у нас в руках, никто его не отнимет. Рынок, который должен быть нашим, в будущем им и станет. Мы лишь временно откладываем выход этого двигателя на рынок, чтобы лучше подготовиться к будущему. Ленуар и остальные, казалось, «поняли» идею Эрнста — закинуть удочку подальше, чтобы поймать рыбу покрупнее. — Босс, — всё же осторожно спросил Ленуар, — а что, если кто-то другой изобретёт четырёхтактный двигатель? — Не беспокойтесь, — ответил Эрнст. — Даже если кто-то его и создаст, наш продукт будет более совершенным и передовым. К тому же, у нас есть патент — это наша страховка. На рынке у нас не будет конкурентов. Чтобы окончательно всех успокоить, Эрнст сказал с серьёзным видом: — На самом деле, главная причина, по которой мы откладываем выпуск четырёхтактного двигателя, — это разработка продукта, который сможет изменить весь мир. У меня давно была идея использовать небольшой, но мощный двигатель, чтобы изменить способ передвижения людей. — И появление четырёхтактного двигателя — это как раз такая возможность, — продолжил он. — В будущем мы сможем устанавливать такие двигатели на повозки. Поскольку топливом будет служить бензин, назовём это, скажем, «автомобилем»! Подумайте только, появление автомобиля — это ведь ещё одно эпохальное изобретение! — Конечно, эти слова я говорю только вам, — подчеркнул Эрнст. — Сегодняшний разговор будет скреплён соглашением о неразглашении. В конце концов, это касается будущей стратегии развития компании. Вы должны хранить молчание. ... 13 июля 1865 года был изобретён первый в мире четырёхтактный двигатель. Об этом стало известно из рассекреченных в будущем документов финансовой группы «Хехинген». Поэтому некоторые историки будущего говорили, что Эрнст тормозил развитие эпохи. Если бы четырёхтактный двигатель появился на рынке раньше, он бы, несомненно, изменил мир. Технологический взрыв Второй промышленной революции был бы ещё более мощным. А некоторые недобросовестные СМИ будущего и вовсе выходили с такими заголовками: «ШОК! Этот человек — главный виновник того, что человечество не полетело на Марс и не вступило в межзвёздную эру раньше…» Но всё это, конечно, будет потом. И Эрнст уже не услышит этой яростной критики.