Император Юнчан, императрица Чжоу, три наложницы первого ранга, а также две принцессы, с которыми Яо Хуан кратко общалась накануне, — все были в сборе.
Новобрачным предстояло поднести три чая: императору — как отцу, императрице Чжоу — как матери, и дополнительно — приемной матери принца Хуэя, благородной наложнице Ду.
Преимущество множества «матушек» заключалось в том, что Яо Хуан получила дополнительные дары: императрица Чжоу подарила ей украшенную рубином шпильку, а благородная наложница Ду, словно стараясь не уступить, преподнесла ей парные рубиновые сережки.
Хотя оба рубина на сережках вместе уступали в размере камню на шпильке, жест благородной наложницы Ду был весьма щедрым. Получив подарок, Яо Хуан сладко называла ее «матушка».
Благородная наложница Лю и благородная наложница Жоу также преподнесли дары. Поскольку между ними не было отношений свекрови и невестки, их подарки были довольно обычными: один — изумрудно-зеленый нефритовый браслет, другой — нежный и гладкий браслет из бараньего жира*.
П.п.: *тип белого нефрита
Яо Хуан, поблагодарив их, размышляла: почему бы императору Юнчану не пожаловать еще несколько наложниц? С таким количеством браслетов она могла бы менять их каждый месяц в течение года.
Все собрались вместе, обмениваясь церемониальными любезностями. Вскоре императору Юнчану потребовалось заняться государственными делами, а императрица Чжоу предложила благородной наложнице Ду отвести молодоженов во дворец Икунь для более доверительной беседы.
В глазах окружающих, с самого рождения благородная наложница Ду забрала принца Хуэя во дворец Икунь на воспитание, и их связь должна была быть не слабее кровной, — по крайней мере, забота и воспитание, которые она проявляла к принцу Хуэю, казались таковыми.
По пути во дворец Икунь благородная наложница Ду шла между новобрачными. Зная, что Чжао Суй не расположен к беседе, она говорила только с Яо Хуан:
— Это служанка, которую ты привезла из родительского дома?
Она имела в виду А Цзи, следовавшую позади.
Яо Хуан ответила:
— Да, А Цзи с четырех лет при мне, я привыкла брать ее повсюду.
Благородная наложница Ду заметила:
— Ты смелая. Не боишься, что она может нарушить дворцовые правила?
Яо Хуан улыбнулась:
— Не беспокойтесь, я специально поручила Хуамэй целый месяц обучать ее. Хуамэй, как и следовало ожидать от вышедшей из вашего окружения, учила превосходно.
Благородная наложница Ду сказала:
— Чуньянь и Цючань — новички, я специально направила Хуамэй, чтобы та обучила их для тебя. Изначально я прочила Хуамэй в старшие дворцовые служанки, но как раз в то время Суй решил жениться, и мне пришлось с тяжелым сердцем отдать ее тебе. Используй ее с умом, помогай Сую управлять делами резиденции принца, чтобы я не волновалась.
Яо Хуан кивнула:
— Хорошо.
***
Прибыв во дворец Икунь, благородная наложница Ду, потягивая цветочный чай, расспрашивала Яо Хуан о ее семье. Яо Хуан делала вид, что не замечает пренебрежения и высокомерия в выражении лица благородной наложницы, и просто отвечала на вопросы.
Благородная наложница Ду взглянула на погруженного в себя принца Хуэя и со вздохом промолвила, обращаясь к Яо Хуан:
— Все-таки тебе повезло. Изначально у Суя должна была быть другая прекрасная судьба, но, к сожалению, небеса не позволили — он получил ранение на поле боя, и вот этот большой выигрыш достался тебе.
Яо Хуан: «…»
Пятнадцатилетняя вторая принцесса покашляла, словно желая доброжелательно напомнить матери:
— Второй брат и невестка только что поженились, зачем вы говорите такие неприятные вещи?
Благородная наложница Ду с досадой произнесла:
— Это моя вина. Хуанхуан, не принимай близко к сердцу. Я просто беспокоилась за Суя, и не имела в виду ничего другого.
Яо Хуан: «…»
Она точно сделала это намеренно — специально назвала ее «Хуанхуан»!
Говорят, когда она только родилась, родители долго размышляли и дали ей имя «Яо Хуан». По идее, «Яо Хуан» имеет репутацию царя пионов — родители надеялись, что она вырастет подобной царю пионов. Это имя полно любви и благословений.
Но когда пришло время звать ее уменьшительным именем, они обнаружили, что «Хуанхуан» и «А-Хуан» звучат как имена, которые простые люди дают рыжим собакам. Тогда они, проявив сообразительность, стали звать ее только «Яояо».
С детства все близкие подруги звали ее «Яояо», и только такие противные типы, как Ли Тинван, дразнили ее «Хуанхуан».
Благородная наложница Ду не скрывала злого умысла, но Яо Хуан не могла поправить ее насчет уменьшительного имени.
Вторая принцесса не сдержала смех и с наивным любопытством посмотрела на Яо Хуан:
— Родители невестки тоже так тебя зовут?
Яо Хуан улыбнулась в ответ:
— Иногда Яояо, иногда Хуанхуан.
Мать с дочерью хотели увидеть, как она рассердится и опозорится, но она не поддалась.
Что плохого в «Хуанхуан»? Желтый цвет не только ярок и светел, но и наделен многими императорскими династиями благородным смыслом. Если она сама не чувствует стыда, «Хуанхуан» тоже может быть хорошим именем.
Внезапно Чжао Суй произнес:
— Ваш сын устал. Если у вас, матушка, больше нет дел, ваш сын и принцесса-консорт просят откланяться.
У благородной наложницы Ду не было причин его задерживать, и она велела дочери проводить супругов из дворца Икунь.
Вторая принцесса с сияющей улыбкой вывела их наружу. Перед расставанием она намеренно приблизилась к уху Яо Хуан и прошептала:
— Невестке наверняка любопытно, кем была прежняя судьба второго брата? Скажу тебе — это Чжэн Юаньчжэнь, моя будущая третья невестка. Тетка, старшая принцесса Фучэн, была амбициозна. Три года назад она была оптимистично настроена по отношению к принцу Хуэю и хотела выдать за него дочь, чтобы та стала принцессой-консорт, а в будущем — императрицей. Но как только старшая принцесса Фучэн завела об этом разговор с матушкой, на границе внезапно вспыхнули военные действия. Принц Хуэй повел войска в поход, а вернулся инвалидом, окончательно лишившись шансов на восточный дворец.
Разве старшая принцесса Фучэн пожелала бы отдать дочь за принца Хуэя? Как раз тогда император решил проводить смотр наложниц, и старшая принцесса Фучэн воспользовалась моментом, чтобы впихнуть дочь в ряды девушек.
Обновлено: 03.02.2026