Глава 14 — Том 1. Эпилог

**Эпилог** **1. Хранитель памяти** На фоне оранжевого неба, всё так же, на земле и в воздухе, небольшими вихрями кружили и играли разноцветные пески, образовывая разнообразные фигуры. Савжи вернулась домой. Войска сэнэков отступили, она перенесла членов своего отряда в их миры. Миссия завершена. Но Великая Матерь осталась недовольна, что было заметно по тёмно-зелёному оттенку чешуи на её теле. Матерь выдохнула, и крупный овал, словно сияющее яйцо, плавно опустился на песок. Меж тем Савжи, чувствуя настроение Матери, пыталась понять, где оступилась. Она отвлеклась, глядя на то, как душа сестры возвращается к матери. Хо не предупредил её о нулевом маге, хотя должен был предугадать тот черно-оранжевый луч, что ударил в оставшегося в сознании мужчину. Тогда, на мгновение, всё вокруг мужчины сгустилось и померкло, а после их стало уже трое. Савжи не поняла, что произошло и, следуя плану, сразу же отправила всех жителей Небытия в заранее подготовленные миры… Овал сверкнул, и магическая сила втянулась в женский силуэт внутри. Савжи обрадовалась – старшая сестра вновь жива! – Мама, спасибо! Я так рада тебя видеть! – воскликнула воскрешённая. – Не забывайся, дитя! – остерёг её суровый голос Хранителя. – Прошу прощения, Великая Матерь! – склонилась обнажённая девушка. – Во мне всё ещё живы земные привычки. – Ты исполнила свой долг? – Я помню, как нашла то, что было поручено. Но затем начали происходить несчастья, я долго болела, а затем меня сбила машина. – Избавь меня от ненужных подробностей. – Прошу прощения! В четырнадцатилетнем возрасте я умерла. И пока благословение не развеялось, я оставалась рядом с целью. Но время шло, большая часть воспоминаний утрачена, и я не уверена в успехе. Савжи стало страшно, вся чешуя Матери окрасилась в тёмно-зелёный. – Похоже, вмешались живые законы. Значит, их власть распространяется и на… Огромное тело Хранителя резко окружило дочерей, пески сгустились и накрыли их куполом. Это могло означать, что на них кто-то напал и Мать, прикрыла их от чьего-то присутствия. – Савжи, привет! – радостно воскликнула старшая.– Сколько меня не было? Ты по-прежнему терай? Какая непривычно высокая! – беспечно продолжала она. Замершие в воздухе песчинки мягко освещали полумрак, в котором оказались сёстры. Старшая, не задумываясь об угрозе, подбежала и обняла Савжи. Та вздохнула, Матерь была сурова и безучастна к ним. Другие сёстры были такими же, только с Лильсати, Савжи чувствовала узы и близость. – Почти шестьсот лет, Лиль. Я очень, очень скучала... – произнесла она и проглотила подступившие слезы. *** – Последний Хранитель Памяти. Реликт начала времён, – медленно прозвучал немужской и неженский, искажённый эхом голос. Окружённая, песчаными кольцами Хранитель молчала, ощущая незримое присутствие живого закона. – Теперь ты найдена. Теперь ты умрёшь, как и остальные, уйдёшь в забвение. Хранитель безмолвствовала, не видя смысла в споре с чем-то подобным. Они существовали в разных плоскостях реальности, и живой закон был не властен над ней. – Но, как и с остальными, я спрошу. Что ты помнишь? – Ты знаешь, что я отвечу. Это не память образов, а память чувств. Я чувствую долг и следую ему. – Да, вы все отвечали одинаково. Прощай. Когда присутствие окончательно исчезло, Хранитель Памяти развеяла укрывшую дочерей защиту. *** Весь цветной песок собирался в потоки, потянулся и стал впитываться в Матерь. А её огромное тело начало терять в размерах, пока не исчезло среди многоцветных вихрей. Когда всё закончилось, Савжи впервые за долгую жизнь увидела родительницу в человеческом облике. – Великая Матерь, – склонилась Савжи, – что же случилось? – Лильсати, оденься, – раздался скрипучий голос. Хранитель бросила ей одежды и продолжила: – Мы немедленно покидаем этот мир, пока приспешники порядка не явились. Вы отправляетесь на новое задание. Если замешаны оба закона, то случилось что-то по-настоящему плохое, – она ненадолго задумалась. – В прошлом существовал опасный Хранитель, что мог поглощать души себе подобных. Мужчина, который распался на троих, может быть им, это в духе второго живого закона. Ваша задача, убить два его воплощения и проверить, так ли это. – А прошлая миссия? Нам удалось достигнуть цели? – уточнила Савжи. – Нет, я не чувствую этого. Но сейчас это уже неважно. Я найду другое пристанище и займусь новыми планами. А вы сосредоточьтесь на миссии. Если это он, то Цепь вздрогнет вновь, этого нельзя допустить. **2. Параллельные события: две стороны одной монеты.** **2.1 Гармония** Соми-чуншо было уже семьдесят и, хотя ещё двадцать лет назад она стала совершеннолетней, у неё не имелось семьи или пары, а из близких остался лишь отец. «Сколько уже прошло времени, сколько ещё осталось?», – задумалась она. То, что называли проклятием, возникло неожиданно и, словно болезнь, стало медленно расширяться по миру, оставляя за собой лишь пустыню. Она перестала считать годы, когда в одной из битв за землю, погибли два её последних брата. Всё утратило смысл, сейчас она это хорошо понимала. Стоя на безжизненной земле, Соми-чуншо бессмысленно смотрела на отца и окружавшую его большую часть клана. Люди молились. Опустившись на колени, они поднимали над головой руки, держа тщательно спрятанные до этого момента полотна белой ткани. Сохранить что-то в чистоте, в их умирающем мире, в последние годы практически невозможно. Из заражённых проклятием растущих зон исчезали: вода, растительность, животные, оставались только затянутое почти чёрными облаками небо и пыль, много пыли, да сухой ветер. Лишь искренне верующие могли позволить себе такую заботу о простом куске белой ткани. Но в Соми-чуншо не было веры. Если бог когда-то и жил, то давно оставил их, был убит или вовсе никогда не существовал. Она перевела взгляд туда, где далеко, белой полоской сверкал свет, там находилась ещё живая земля и вода, которая подарит им время. Но перед этим им придётся сразиться за этот островок чистого мира, победить или умереть. Соми-чуншо опустила взгляд. Напротив её клана, примерно в пятистах шагах, находился другой клан, также остановившийся перед боем на молитву. После её окончания люди сойдутся в схватке. Победитель выберет сильнейших, слабые совершат самоубийство, и живые отправятся к свету. Отец медленно поднялся, то же самое сделал лидер другого клана. Раздался вой веры, соединившийся в тысячи голосов с обеих сторон. Соми-чуншо тоже завыла, теперь она делала это по привычке. Затем наступила тишина, нарушаемая лишь пыльным ветром. Воины обеих сторон выстроились и клиньями побежали навстречу друг другу, ведомые вождями. Это противостояние было не ради чести, добра или справедливости, но лишь для выживания. В надежде, что самые сильные спасутся и их народ не сгинет бесследно. Но чистые области скоро кончатся, а врата в соседний мир оставались закрыты, бежать было некуда. Полное уничтожение вопрос не долгого времени. Возможно пара лет… Бой начался. Соми-чуншо с разбега проткнула ближайшего мужчину, нанеся ему смертельную рану. Он упал на колени, и его тело покрылось коричневыми наростами, которые забирали их народ, придя вместе с проклятием. Она безразлично переключилась на другую цель и одним быстрым движением проткнула женщину. Молниеносно и чётко. Следующий противник оказался осторожней и, отступив на шаг, парировал её смертельный выпад… Неестественная золотая вспышка окрасила лица и тела окружающих. Соми-чуншо не сразу остановила следующий удар, частично вонзив клинок в тело соперника. Но мужчина из другого клана никак не отреагировал, он изумлённо смотрел в сторону, медленно опуская меч. Она обернулась. Плотный золотой свет пробил чёрное небо, опустился на землю, и из него шагнул высокий нагой человек с чистой кожей и короткими волосами. Привычное безразличие Соми-чуншо пошатнулось, и её впервые за долгие годы охватила растерянность. «Солнце сейчас должно находиться в закате, а его свет всегда был белым. Что это? Кто он?» Пыль перестала кружить в воздухе. Всё затихло. Люди из обоих кланов, бросив оружие, опускались на землю, доставая и поднимая над головами белую ткань, обращаясь в сторону обнажённого человека. Безразличие Соми-чуншо, треснув, позволило крупице гнева просочиться, оформившись в ясную мысль: «Глупцы! Бог – это сказка!» Мужчина невозмутимо оглядывал окружающих, слегка улыбаясь, а затем посмотрел на небо, и его лёгкая улыбка пропала. Он поднял правую руку в странном жесте, и в голове Соми-чуншо прозвучало незнакомое слово, заполнившее весь её разум, а следом всё пошатнулось. От мужчины во все стороны понеслась мощная, горячая золотая волна. Чернота над головой стала быстро рассеиваться, открывая белое небо и возвращая естественный свет. А прямо в воздухе, образовывались струйки воды, что сливались в ручьи и, проникая в землю, оживляли её. Повсюду быстро разрасталась зелень. – Гар-мо-ни-я, – дрожащим голосом произнесла Соми-чуншо незнакомое сочетание звуков, не веря своим глазам. Неистовый вой веры раздался вновь. Сейчас все, кроме неё, благодарно взывали к этому существу, трепетно наблюдая, как мрак рассеивается, а мир вокруг быстро возвращается к жизни. «Неужели бог – это правда?» – промелькнула робкая мысль. Безразличие разрушилось, и её охватила надежда. Соми-чуншо впервые за долгое время захотела присоединиться к общему вою, но не смогла. Горло сдавило, ей стало душно, она могла лишь прерывисто дышать. Но воздух не был отравлен, он казался чистым и сладким на вкус. Нет, ей стало душно от боли, что поднималась от груди к горлу, будто застревая в нём. «Бог – это ложь! Где он был, когда погибли все мои братья и сёстры, и миллионы других жителей?! Где он был, когда умерла мама?!» – ярость сменила надежду. Соми-чуншо хотела прокричать это, но все вокруг притихли в благоговейном ожидании, и она не могла опозорить отца или свой клан дерзкими и неблагодарными мыслями. Мужчина подошёл к центру бывшей схватки, где в разных позах замерли покрывшиеся наростом погибшие воины обоих кланов. Опустившись к одному из тел рядом с Соми-чуншо, тот коснулся его. Наросты осыпались, а смертельно раненный ожил и глубоко вздохнул, растерянно озираясь по сторонам. – Ты бог? – Соми-чуншо первой нарушила тишину изменившимся от трепета голосом. Казалось, сам мир замер от её вопроса… Мужчина лишь тепло улыбнулся. Поднявшись, он погладил её по голове, нежно задев уши. Затем оглянулся, окидывая взглядом остальные тела. И, повернувшись обратно к ней, коснулся указательным пальцем её лба. Соми-чуншо что-то наполнило и ослепило, а когда рассудок вернулся, она осознала себя рядом с другим убитым. Бог, мягко держа её руку, направил ту на мёртвое тело. Соми-чуншо ощутила что-то во лбу, словно зов и возможность и, робко коснувшись мертвеца, почувствовала, как сквозь неё льётся сила. Её глаза защипало, так как случилось новое чудо, и ещё один человек ожил. Происходящее казалось одной из маминых сказок. Может быть, она уже мертва и видит посмертный сон, где она встретила бога и исполняются все мечты? Её глаза наполнились чем-то давно забытым, и по лицу потекла вода. Соми-чуншо подскочила к другому убитому и повторила исцеляющее касание. Он тоже ожил, глаза щипало всё сильнее, она коснулась следующего… «Это не сон?! Я смогу вернуть к жизни свою семью?!» Эта мысль заставила её тело дрожать, и Соми-чуншо, опустившись на землю, стала рыдать, стараясь запомнить всё: внешний вид, запах, голос и слово бога, пока он ходил среди её народа, касаясь лбов и наделяя людей новой силой… А потом, ещё один золотой луч света забрал его на небо. **2.2 Порядок** Кенри стояла внутри защитного куба на выступе, глядя на происходящее в кратере. Огромная сфера, вокруг которой металось множество серых вихрей, пожирала всю магию мира и находилась в завершающем цикле, накрыв сумерками окружающее. Судя по заклинанию определения, ещё пара часов, и этот мир будет полностью опустошён и убит. Полученное её группой задание провалено. – Адовы копья в задницу тому, кто поставил нас на эту миссию! Здесь нужны архимаги или любые другие пыльные халаты, а не тактическая группа! – Госпожа Кенри, это что-то новое. Боюсь, управление не было в курсе, – Акисяу постаралась умерить её гнев. – Нам пришёл новый вызов, – она достала небольшой кубик из красного цилиндра. – Ты оповестила гильдию о нашем провале? – Да, и сразу получила новое задание. – Что там? – Сбежавшие заключённые. Разведка и рапорт. – Локальное место или мир-тюрьма? – Не совсем. Первозданное Небытие, империя Гэр Удта. – Какое, в бездну, Первозданное Небытие?! Что ещё за Гэр Удта? Где это вообще? Акисяу растерялась, пытаясь подобрать слова, и два усика на её голове нервно заколыхались. К ним подошёл мужчина, покрытый шерстью. Он возвышался над ними обеими. – Госпожа Кенри, вы верно заметили, Бездна – последнее из самых древних сохранившихся названий этого места. Но в наших данных чаще упоминается Тюрьма Вечности, такое же, очень древнее название, – низким голосом сказал Гугваршан. – Легендарная Бездна?! – ахнула Кенри. Это место внушало трепет. Никто и никогда оттуда не возвращался, оно было единственным в своём роде и считалось входом в ад. – Всё верно, – подтвердила Акисяу. – Разведка и поиск сбежавших, вступать в бой запрещено, только доклад о месте пребывания и внешнем виде беглецов. Кенри опустила взгляд, новое задание приятно щекотало нервы. Но то, что скоро случится здесь, рукой скорби сжимало её сердце. – Хорошо, возвращаемся к лагерю, забираем остальных членов группы и уходим, пока не поглотило и нас, – мрачно произнесла она. Кенри ещё раз осмотрела временные лагеря паломников, покрывающие долину возле кратера. – Госпожа, мы точно оставим всё, как есть? – осторожно обратилась Акисяу. – Организованная эвакуация была предоставлена всем. Если верующие хотят верить и умереть, они в своём праве, – гневно ответила она и сжала губы. На противоположной стороне кратера что-то блеснуло, и сквозь дымку созданного порочной сферой хаоса проглянули жёлтые огоньки. – Акисяу, ты видишь, что там происходит? – Вижу жёлтый свет, но слишком много помех, чтобы сказать точнее. – Гугваршан, чувствуешь что-то? – Да, на той стороне кто-то есть, но из-за возмущений сложно понять больше. – Акисяу, отправь сообщение остальным, пусть немедленно двигаются сюда. Если появился хозяин этого ужаса, нам будет, о чём с ним поговорить, – с азартом и предвкушением праведной кары произнесла Кенри. «ПОРЯДОК!» Слово незнакомого языка, прогремев в голове, прошлось по всем её мыслям гулким эхом, и следом за этим прозрачная золотая волна разошлась повсюду. Хаотично движущаяся в потоках сфера остановилась, вихри растаяли. А затем сферу начали покрывать сотни, тысячи, миллионы золотых жилок. Кенри сглотнула, понимая, что сейчас что-то случится, и на всякий случай приложила руку к камню возвращения. Сфера начала движение, и во все стороны полетели светло-жёлтые искры, которых было так много, что из поля зрения пропало почти всё. «Кем бы ни был человек внизу, он переписал код заклинания и направил его силу обратно в мир», – ошеломлённо заключила Кенри, глядя на то, как покалеченный мир восстанавливался на глазах. Сфера, возвращая выпитую из мира жизнь, сократилась в размерах, и теперь все искры по дуге летели куда-то за горизонт, а внизу, в центре кратера, скрестив ноги, сидел обнажённый человек. – Акисяу! Запомни его лицо и все внешние признаки! – не желая надолго отрывать взгляд от замершего незнакомца, Кенри быстро оглянулась назад. – Очнись! – окликнула она застывшую в тупом восторге Акисяу. – Да, госпожа, я уже успела разглядеть его! Когда взгляд Кенри вернулся обратно, от сферы уже ничего не осталось, а в кратере цвёл сад. Перед обнажённым человеком над землёй завис крупный кристалл. Чистое пурпурное небо пронзил золотой луч, коснулся мужчины и растворился вместе с ним. – Новый отчёт в гильдию! Мы возвращаемся в главное отделение, а проваленная миссия благополучно завершена. **2.3 Шаортин** Уверенно взяв рабыню за руку, Шаортин направился в сторону квартала остроухих. Небо заволокло, и первые капли дождя, дерзко и одиноко разбиваясь о мостовую, стали окрашивать её темными пятнами. Прошло много времени с момента, как он очнулся. Он по-прежнему многое не помнил, но часть воспоминаний возвращалась. Всё это время он упорно работал, чтобы обеспечить жильём и уходом других землян. Даже купил рабыню, что само по себе мерзко, но другого выхода не было. Пока он трудился, копая руду, кто-то должен был приглядывать за людьми без сознания. – Хозяин, госпожа Джессика отругала их. Может быть, вернёмся домой? – робко произнесла Фульси. Он остановил вздувшуюся ярость, сейчас не время срываться. Глупый ребёнок, выглядевший как девушка, просто не понимал, что с ней хотели сделать. – Я уже говорил, она тебе не госпожа. И нет, такие вещи не прощаются. Фульси покорно притихла, уверенней сжав его ладонь. Несчастный ребёнок и без того был проклят и отдан согласно договору в рабство. Проклятые кёширы, быстро старели и жили не более десяти лет. Он ничего не мог с этим поделать, и это бесило, жутко бесило. Однако, он мог сделать так, чтобы её не обижали. В очередной раз свернув, они вышли на нужную улицу в районе трущоб. Невысокие двух-трёхэтажные здания смотрелись жалко. Грязь, ветхость строений и мусор отлично подчёркивали характер местного сброда. Остроухие были красивы, что странно сочеталось с их нищетой и положением. Игорь называл их эльфами из-за общего сходства. Но Шаортин не помнил ничего такого. Он видел лишь проституток, бандитов и жуликов, жадными глазами пялящихся на него. – Фульси, где на тебя напали, указывай путь. И если заметишь одного из нападавших, крепче сожми мою руку. – Да, хозяин. Дождь усилился, забарабанив по крышам низких домов. Это хорошо, он скроет действия Шаортина от лишних глаз. Они некоторое время виляли в сложном переплетении узких улочек, пока рабыня не остановилась, указав на группу людей перед таверной. – Вон тот мужчина с красной повязкой на шее, он главный. Стоило им двоим подойти ближе, и остроухий нагло ухмыльнулся. Сдерживая ярость, Шаортин отпустил руку рабыни. – Она моя собственность, а ты напал на неё… – холодной сталью прозвучал его голос. Но остроухий перебил его, не дав договорить: – Мутант, мне плевать на твою собственность, иди откуда пришёл, – пренебрежительно ответил тот и рассмеялся вместе со своими товарищами. – Никто не вправе прикасаться к моей собственности! – загорелись яростью глаза Шаортина. – Согласно вашей культуре, я вызываю тебя на дуэль, ублюдок. Решим это здесь и сейчас. Как это было принято у остроухих, Шаортин сплюнул ему под ноги. Мужчина с красной повязкой ухмыльнулся шире, кивнул своим и, лениво оттолкнувшись от стены здания, сделал два шага к Шаортину, обнажив оружие. – Парень, думаешь, устроился выше нас и можешь диктовать свои правила? Мутанты – не люди, и я не обязан соблюдать традиции. Я убью тебя и буду делать что угодно с твоей рабыней, – с извращённым удовольствием произнёс он, а затем вскрикнул: – Ху! Его дружки обступили Шаортина и достали свои мечи и кинжалы. – Фульси, в сторону! – рявкнул он. Остроухие метнулись к нему, и в этот момент капли дождя слились, окружив Шаортина, и обратились в лёд, тем самым отрезав большую часть нападавших. Все на миг замерли. «Гребанная Джессика! В каждой жопе затычка!» – зло подумал он. Но в этот момент тень скользнула со стороны и, проткнув одного из нападавших мечом, заняла место рядом. Остроухий упал. – Шаортин-сэмпай, мы не могли оставить тебя, – спокойно произнёс Макото. Из таверны высыпало ещё с дюжину человек. – Трус! Прими вызов или погибнет ещё больше людей! – крикнул Шаортин. Лидер остроухих усмехнулся, ударил по тонкому льду, и тот частично осыпался. – Эта примитивная стихийная магия должна меня испугать? Убить всех! Нельзя было прилюдно использовать свои способности, однако сейчас ничего другого не оставалось. Капли дождя замедлились и зависли. Шаортин, сжав кулаки, метнулся к врагам и стал наносить несмертельные удары всем остроухим, обнажившим оружие. Много смертей привлечёт много внимания, нельзя этого допускать. Закончив с шавками, он схватил за горло лидера, и время вернулось в прежний ритм. Враги осыпались, жалко распластавшись в лужах со стонами. Лицо лидера исказилось удивлением и злобой. – Ну что теперь, остроухий ублюдок? Разорвать тебе горло? – почти улыбнувшись произнёс Шаортин. – Сдохни! – свирепо воскликнул эльф и вонзил кинжал ему в бок. В тот же момент хрустнули позвонки, и мёртвое тело упало на мостовую. «Отлично, ты развязал мне руки, дружок» – Значит так! – прокричал Шаортин. – Если ко мне не выйдет кто-то главный, я начну убивать всех участников этого боя. Вы нарушили правила поединка! Вы напали на моего раба! Он пробежался взглядом по домам. Остроухие выглядывали из ставней и приоткрытых дверей, но никто не выходил. К нему подбежала Джессика. Темнокожая девушка быстро оглядела его рану и, вытащив кинжал, прижала к ней ткань. – Владимир, ты с ума сошёл? – Он прав, у них нет чести, они все достойны смерти, – холодно произнёс Макото. – Я просил не называть меня так?! Моё имя – Шаортин, – рявкнул он девушке. – Но Игорь… – Ты тупая? Я просил тебя не лезть? Ты выдала свои способности, безголовая дура, это опасно для всех нас! – Идиот, я хотела тебе помочь! – раздражённо парировала она. – Я сказал, что сам решу этот вопрос! Давно следовало приструнить эту проблемную бабу. Она постоянно делала, что хотела, не задумываясь о последствиях и создавая проблемы. Но сейчас требовалось решить другой вопрос. Взяв за горло, он поднял ближайшего эльфа. – Последний раз говорю! Я убью этих людей, если… – грозно повторил Шаортин. В этот момент, к ним под дождь вышел и засеменил старик. – Господин! Прошу, прекратите, не надо больше смертей. Я староста Эл-миннир. Прошу пощады для молодых. – Фульси! Рабыня высунулась из своего укрытия и подбежала к Шаортину. – Этот мужчина пытался изнасиловать мою собственность, нарушил правила поединка и, имея возможность закончить все мирно, пырнул меня ножом. – Я всё видел, господин, подтверждаю ваши слова. Пожалуйста, если есть выход, давайте остановим кровопролитие. – Эл-миннир, дай мне слово, что никто и никогда больше не побеспокоит её, – Шаортин указал на девочку. – И не посмеет мстить нам. – Даю слово, я оповещу остальных старейшин, – склонился старик. Шаортин достал из кошеля на поясе несколько крупных камней силы и дал их старосте. – Это на лечение и похороны. Я не хочу с вами войны, но если случится что-то подобное, то я начну убивать без всяких переговоров. Надеюсь, мы друг друга поняли. – Безусловно, не беспокойтесь. Шаортин присмотрелся к старику, тот говорил искренне, на его лице не было презрения или ненависти. Ярость затихла. Взяв рабыню за руку, он быстро оглядел окружающие здания и, повернувшись спиной, обратился к двум другим землянам: – Возвращаемся домой. **3. Умирама** Сонласта могла бы справиться и в одиночку. Но для доверительной дружбы с местными ей требовались свидетели её победы. Да и как удобно вышло, мальчик сам напросился в ученики. Учитывая их связь с Сурифией, это может и её склонить к нужному решению. Что привяжет обоих к Сонласте. Однако имелась и другая проблема. Сонласта прожила достаточно долго и помнила, что значит предательство или ненадёжные люди. Девочка Аннет оказалась прямолинейна в своей глупости, и это упрощало задачу архимага. Она поставила Аннет на место и теперь ожидала, как та будет вести себя после, ведь враги или дураки, раскрывают свою натуру в момент опасности, надо лишь подставить им спину и быть готовой. Опасная игра, но с потоками силы Древних, Сонласте не требовалось концентрировать всё своё внимание на битве. Аннет оказалось глупой, но неплохой. Сонласта и сама до пробуждения, видела в Бездне ужасы войны и бедности, которые вынуждали детей брать в руки автоматы. И если бы она мыслила, как своё земное воплощение, то считала, что Сашу можно перевоспитать или решить проблему с психологом. Нечто подобное она уже пыталась сделать там. Но в реальном мире великой Цепи ставки слишком высоки, а развитую душу не изменить увещеваниями или наивной добротой. Это даже не маньяк-убийца, совершающий преступления раз в месяц, это организованная сущность, нацеленная на массовое истребление. Когда сфера наблюдения показала манёвр Аннет, Сонласта была к нему готова. Люди лучше всего учатся на своих ошибках, и архимаг предоставила девочке такую возможность. «Если выживет, – подумала Сонласта, – то Володя исцелит её, если нет, заплатит цену за свою глупость и родится вновь, очистившись от памяти Бездны. Учитывая живого Древнего, она переродится в Умирама, мире мягкого климата и добрых жителей». Однако случилось нечто неожиданное – они оба телепортировались, и это оказались не привычные для архимага заклинания переноса или искривляющие пространство порталы. Что-то более естественное и деликатное, уровня Древних, нечто подобное она уже видела. Перемещение светом. Удивившись глубоко внутри, Сонласта отреагировала, создав вокруг себя воздушный щит и заключив монстра в новую «сферу покорения». Основное тело из корней успело сгореть, и теперь её телепортация не должна оставить возможности для побега. Под новой сферой разорвалось пространство, из тёмно-синих и чёрных всполохов возникли безупречно белые стебли. Они беспрепятственно прошли сквозь сферу и потянули монстра в облике ребёнка вниз. Пронизывающий визг заполнил пещеру. Саша исчезла, разрыв в пространстве закрылся. – Ну, вот и всё, – с грустью в голосе произнесла Сонласта и огляделась. Вся пещера была усеяна телами монстров или частями щупальцекорней. – Точно всё? – Геронд начал рубить мечом ближайшие останки. – Да, я отправила её туда, где ей самое место, обратно в Бездну… Так было задумано. Геронд некоторое время безмолвно смотрел на неё, пытаясь понять её последние слова. – А это, её тело, лучше сжечь, а не рубить на части, – прервала Сонласта его мысли. – А где Владимир? – голос Сурифии дрогнул. Защитница сняла шлем, подойдя ближе к архимагу. Сонласта посмотрела в её слезящиеся глаза, полные тревоги, и ответила без прикрас: – Подозреваю, что их куда-то перенесло. Это похоже на сложное заклятие древних Хранителей. – Но… как мне теперь его найти? – тихо произнесла она и заплакала. – Сурифия, я уважаю твой выбор, он действительно хороший мальчик. Но сейчас тебе необходимо учиться владеть новой силой, – мягко сказала Сонласта. Вторая подошла к ним. – Сурифия, мы можем обратиться к Хранителям за советом… – она немного замялась и сказала: – А ещё он мой первый друг, и я клянусь, что помогу тебе. Вторая сложила руки поверх щупалец на груди в характерном знаке своего народа. **4. Столичный мир Гэр Удта** Новый император в третьем зале аудиенций мрачно взирал на письма, заверения, отчёты и другие бумаги. Переговорный день, наконец, завершился. Последние месяцы после террористического акта держали в тревожном напряжении не только империю, но и множество других миров, с которыми она была связана. Но ничего не происходило. Даже заказы на отлов беглецов и весть, отправленная в обе стороны Цепи, от империи, пока не принесли результатов. – Император, мы подготовили список самых опасных существ за последние три эпохи, и их особенности, разделив на категории. Позже список будет дополнен ещё двумя, – произнёс старший слуга. Император отмахнулся, и зал вновь погрузился в тишину. Сейчас самое важное остановить поток интриг, сохранить границы и порядок в стране, следовало быть полностью готовыми к любой военной агрессии. «Способность открывать разрывы и вторгаться сама по себе внушает ужас. Но зачинщики не ставили перед собой таких целей. Среди террористов были замечены терай и ханки. Это определённо саботаж, направленный против империи, но кто заказчик и почему замешан Хранитель?..» В зал вбежал посыльный в красном, что значило срочную новость. – Великий Император! Над Первозданным Небытием был открыт разрыв, стража заметила ребёнка. Он успел что-то выплюнуть и, не добравшись до поверхности Небытия, взорвался. Часть останков разбежалось… Конец первой книги цикла.