Глава 72 — 072

Глава 72   * * *   Хлоя застыла в комнате с балконом. За спиной слышались преследующие шаги и тяжёлое дыхание. «Как и ожидалось». Хлоя подумала, что ей наконец-то повезло. Иначе Далия всего лишь наблюдала бы за ней издалека и не подошла бы, потеряв самообладание и с таким злым лицом. Выходило, Коко в который раз ей помогла. Оказавшись в балконной комнате, Хлоя увидела, как в распахнутую дверь входит Далия. — Почему? Ты пошла за мной? — Да. Хотела понять, что вообще происходит. Я была уверена, что ты сорвёшься. Убедившись, что вокруг никого, Далия показала своё истинное лицо. Хлоя вспомнила записку, которую прислал великий герцог Ривера.   [На верхнем этаже загородного дворца, где проходит бал, есть комната с балконом. Я велю слуге оставить дверь открытой, так что заманите туда леди Далию. Этот балкон — место, где держали запечатанный сосуд древнего злого дракона. А значит, атмосфера там изначально мерзкая и тошнотворная. Если применишь там способность «обнаружение», вероятность, что Далия заметит, будет невелика. Но, прошу, будь осторожна.]   Применить к человеку способность «обнаружение» — значит с помощью тьмы проверить его душу. Глубокая тьма проникает в тело, и можно установить, есть ли на душе раны. Если на душе глубокая рана, это означает, что он убивал — духа или человека. После такого ужасающего поступка след на душе неизбежен. Но если применять способность не к неодушевлённому предмету, объект в любом случае почувствует, что на нём её используют. А самое важное… «Подходящий момент». Хлоя уставилась на Далию. Точка, в которую нужно ударить, чтобы та, не придя в себя, продолжала кипеть от отвращения. — Далия, знаешь, я всё думала: почему ты так со мной обращаешься. — …Что? — Комплекс неполноценности. Хлоя надавила на болевую точку. Одного-единственного слова оказалось достаточно, чтобы свести Далию с ума. — …Что? В ту же секунду Далия подняла руку… — Как ты смеешь. Хлоя грубо перехватила её запястье. Сейчас. Её магия тьмы тайно прощупала душу Далии. И на миг мелькнуло видение: на душе Далии зияет глубокая рана. Повреждённая душа. По форме и глубине — явный след убийства духа. Дальнейшее заключение далось легко. Большинство духов живут на окраинах. Какой дух мог быть убит самой Далией, которая всё время сидела в столичном особняке?.. — П-пусти… …Лишь один. Если Коко и правда была духом, значит, велика вероятность, что она приложила руку к её убийству. Хлоя, глядя на извивающуюся Далию, слегка выкрутила ей руку. — Далия, будь осторожна. Можешь с интересом ждать, чем закончится твоя жизнь. Ей хотелось прямо сейчас разорвать её на куски, но Хлоя сдержалась. Эта тупая бывшая подруга не была способна в одиночку убить ни духа, ни человека, ни собаку. У неё наверняка есть пособник, так что оставлять её умирать прямо сейчас нельзя. Она метнула презрительный взгляд и уже уходила, когда Далия выкрикнула: — Господин Гиллен скоро вернётся. — … — И тогда всё изменится. Рудники магических кристаллов? Плевать. Пояс потуже затянуть — и всё. Вся дрожа. — …Он меня любит. Сказал, что таких чурбанок, как ты, терпеть не может. — А, адмирал флота, маркиз Гиллен Амадеус. Хлоя холодно прошептала: — Поскорее бы вернулся. Потому что велика вероятность, что тот ублюдок тоже приложил к убийству Коко руку. Выйдя с балкона, она тут же вновь связалась с великим герцогом Риверой. И пришёл ответ.   [Маркиз Гиллен Амадеус и правда вызывает подозрения. Встретимся на ближайшем охотничьем турнире.]   Хлоя вернулась на бал. Многие к ней подходили, но в голове у неё крутилась лишь одна мысль. Как отомстить. И тут пришло ещё одно письмо от великого герцога Риверы.   [Охотничий турнир «Кэпл Карнивал». Кажется, в тот день что-то произойдёт. Подготовься как следует, чтобы не оказаться в опасности.]   13. Соперница Коко   Прошла неделя после бала. Эти дни можно было резюмировать одним словом: «мир». …Хотя Билифу пришлось немного попотеть. За завтраком в герцогском доме Ардосов Билиф взвыл от шквала предложений, обрушившихся после вчерашнего бала. — Ух! Вау! Люди всё это раскупили? — Да, выстроились в очередь. И почтовые голуби, и письма, и даже лично приходили… — Хи-хи. — Но знаешь. Это может быть использовано во вред, так что мы намерены тщательно выбирать точки продаж. Тут буркнул Рус: — Эй, вы меня совсем от всего отстранили. Только меня на бал не взяли. — Рус, ты же проспал… — …Такие штуки вообще скучные. Но если бы ты, замарашка, позвала, я бы пошёл. Я тяжело вздохнула. «Вот же несмышлёный!» И, собравшись с духом, протянула ворчащему Русу бататовую булочку. Он, жуя, кивнул. — Кстати, к Хлое, кажется, начали относиться благосклоннее. Так и было. Главный итог придворного бала! А именно… Люди перестали видеть в моей сестре «источник опасности из-за возможного срыва» и начали видеть просто «Хлою Ардос». Я, глядя на сестру, хихикнула. — Да! Я вчера говорила с людьми — все собираются прислать тебе подарки! Пока я щебетала, глядя на сестру, она сказала с видом, будто её это мало интересует: — Да? Уже приходили. — Да! И на балу его величество император очень тобой интересовался. Все меня спрашивали, что ты любишь. — И что? — Что ты очень-очень многое любишь! Меня ты очень любишь, и собак очень любишь… э-э, и ещё что-то… Сестра тихо усмехнулась и пробормотала: — По-моему, им гораздо больше интересна ты, а не я. — Хм? Да? — Ты же милая. От её спокойных слов я широко распахнула глаза. — Да это же, наверное, мой день рождения! Сестра сказала, что я милая! Считается, что мой день рождения — день, когда сестра меня подобрала. Каждый год в последний день февраля. Немного зябкий, немного холодный, но уже начинающий цвести день. — …Доедай уже. В такой день сестра пекла для меня бататовые булочки, которые могли есть и собаки. А сегодня она тоже дала бататовые булочки!.. — Ха-ам, очень вкусно-вкусно. Я слизнула языком бататовый порошок, приставший к губам, и счастливо улыбнулась. — Не пачкайся так, когда ешь. — Ням. «Мы теперь так сблизились — может, сестра поймёт наконец, что я и есть Коко?» Я стала очень-очень счастлива. «И ещё хорошо, что в последнее время совсем не слышу плохих голосов». Раньше было тяжеловато: всё время слышала мерзкий голос, называвший меня грязной шавкой. Может, потому что сестра меня любит, мне уже не тревожно? Никаких галлюцинаций, ни одной! — Коко, пока что отдыхай дома. — Ага. — Ешь вкусное у себя в комнате и хорошенько, в тепле, отдыхай. — Ага. — И ни в коем случае не вздумай увязываться за мной, куда бы я ни пошла. — Да… н-нет. Сестра тяжело вздохнула в ответ на мои слова, и я склонила голову набок. «Странно. Почему звучит так, будто отдыхать она не собирается?» Бал во дворце закончился, срывов больше не предвидится. Можно ведь какое-то время жить совершенно спокойно?