Глава 32 — 032

Глава 32   Однако… Коко не ушла. Напротив, крепко сжав его руку, она едва слышно что‑то пробормотала. Калиго вздрогнул от неожиданности. — Ты… Коко тихо прошептала, глядя на него. И их фигуры поглотила чернота, похожая на чёрную тень. На полу виднелась лишь чёрная сажа. На месте осталась одна-единственная, прятавшаяся до того, Терезия Ардос. Увидев людей, сбежавшихся на оглушительный взрыв, Терезия изобразила растерянность. Она знала: когда одарённый полностью выходит из‑под контроля, возникает маленькое карманное пространство. И что по окончании буйства карманное пространство сгорает и исчезает. Значит, те, кого затянуло внутрь, сгорают дотла вместе с ним. Иными словами — умирают. «Чёрт, старший наследник и вправду погиб». Но у неё был шанс спастись. Терезия заставила дрожащие уголки губ подняться. «Хорошо, что припёрлась эта глупая девчонка». Нашёлся тот, на кого можно свалить собственный грех. С трудом придя в себя, она поднялась. Появились рыцари и слуги, прибежавшие на звук взрыва. Она коснулась носовым платком уголков глаз, делая вид, что ей безумно жаль. — Боже мой, что же нам теперь делать? Терезия сочувственно прошептала: — Та девчонка по имени Коко, выдававшая себя за благословенное дитя. Кажется, она убила молодого господина Калиго. Врать было не страшно. В любом случае ни Коко, ни Калиго больше никогда сюда не вернутся. В этот момент раздался резкий гул, будто двери ломали. Сквозь строй множества рыцарей широким шагом вошла Хлоя. — Терезия, это твоих рук дело? Где Коко? Терезия на миг растерялась, затем фыркнула. — О чём ты. Как всегда, сестрица никак не избавится от синдрома спасительницы. Всё не можешь забыть ту Коко, верно? — Тебя это не касается. Взгляд Хлои равнодушно скользнул по сторонам. Терезия сказала так, чтобы все вокруг услышали: — Та мелкая спровоцировала буйство у молодого господина — и погибла. И Коко, и Калиго погибли, поглощённые тенью. Значит, доказать её вину было невозможно. Она отступила, бормоча: — …Как бы то ни было, я ни при чём. Живо приведите герцога, а ты, сестрица, эту мелюзгу… — Заткнись. Голова гудит. Терезия уставилась в чёрные глаза Хлои. Именно такие глаза её до дрожи пугали и бесили. Ведёт себя высокомерно, будто не такая, как все, хотя ради места наследницы готова на всё. И этот вид, будто она обязана всех спасать. — …Буйство вот‑вот рванёт, они должны быть в карманном пространстве. Даже ты их не спасёшь. — Не будь такой мерзкой и проваливай. Хлоя всегда смотрела на Терезию как на насекомое. Но чтобы сказать это вслух, да ещё так — впервые. Растерянная Терезия попятилась. Она выругалась, глядя на место, где исчезло карманное пространство. Чтобы Хлоя так растерялась… Терезия решила пока понаблюдать за ситуацией. — Что же нам делать, в самом деле. В придачу — снова промокнула уголки глаз платком, будто ей очень горько.   * * *   Карманное пространство, рождённое буйствующей тенью. Здесь царила сплошная, густая тьма. Коко, всё ещё держа за руку Калиго, была втянута в эту тьму. Калиго посмотрел на меня с упрёком. — Зачем ты так поступила? — А? Что — «так»? — …Я специально заперся в тени. Хотел умереть один. Он прижал ладонь к ноющей груди и пробормотал: — …Так что быстро убирайся. Я помогу тебе выбраться. Ему едва хватало сил просто поддерживать карманное пространство, чтобы оно не схлопнулось. Казалось, его вот-вот накроет гипервентиляция. Тут Коко прямо посмотрела на него и спросила: — Вы правда хотите, чтобы я ушла? — Да. Тогда он вцепился ей в плечи и, налившимися кровью глазами, с трудом разлепил веки: — Но сначала один вопрос. — … — Зачем… ты пришла? — Эм? Я же обещала прийти и спасти! Видимо, ты забыл. Коко чуть разочарованно улыбнулась. Глядя на неё, Калиго кое-как унял сбившееся дыхание. Нет. Он не забыл. Он помнил слова Коко — и оттого… Мальчик наугад отвёл взгляд, делая вид, что занят посторонним. Хотел сказать, что помнит каждое её слово. Но, странное дело, язык не повернулся. Уши снова загорелись, и он буркнул сердито: — …Помню. Но это ничего не меняет. Убирайся. Пауза тянулась, разговор обрывался и снова возобновлялся. Мутный свет понемногу расползалcя по тени под ногами. Калиго знал: это предвестие — вот-вот всё окрасится в совершенную тьму. — Уходи. Всё уже кончено. Коко взглянула на него вызывающе. — Руку. — …Что? — Примите последний подарок! Коко крепко взяла его за руку и надела кольцо ему на безымянный палец. Мочки ушей Калиго вспыхнули ещё ярче. — П-почему кольцо? …Такое он видел разве что в сказках. Почему вдруг кольцо… В кольце сверкал алый рубин. Разглядывая его, Калиго ощутил странное. Стоило надеть кольцо — и мутящее нутро успокоилось. Разбушевавшаяся в сердце мана улеглась. Двойное изображение перед глазами медленно слилось в одно. — Что за… И, самое главное. Тёмная тень, пропитавшая всё карманное пространство, постепенно испарялась. Буйство полностью остановилось. Коко широко улыбнулась, глядя на него. — Раз буйство остановилось — значит, всё в порядке, верно? — Ты… знала, как остановить моё буйство… — Да! В кольцо вложена древняя магия, противодействующая тени. Она усмиряет обезумевшую ману! — … — Мне друг рассказал. История до смешного подозрительная. Но она так светло улыбалась, что хотелось верить как есть. Коко хихикнула, глядя на него. — Значит, мы теперь сможем выбраться живыми? В тот миг Калиго прижал ладонь с кольцом к области сердца. На лице проступило ещё больше отчаяния. — Когда я вошёл в буйство, чтобы умереть, я своей силой запечатал вход в карманное пространство. И… Буйство угасло, но в его теле почти не осталось маны. Иными словами, ему… — Нужно время, чтобы восстановить способность… Щёлк. Раздался мелкий треск. — …А карманное пространство сузится раньше. — Ах… — Мы не выберемся живыми. Когда он издал стон отчаяния, Коко тихо прошептала: — Нет, выберемся.