ГЛАВА 5. ТЕКУЩИЙ РЕМОНТ
Утро субботы началось не с привычного звона будильника, а с оглушительной тишины.
Артём открыл глаза и несколько секунд лежал неподвижно, прислушиваясь к собственному телу. Голова не раскалывалась. Температура спала. Фантомная вмятина в черепе, которая изводила его последние два дня, исчезла без следа, оставив после себя лишь неприятное, похожее на полузабытый кошмар воспоминание.
Он рывком сел на кровати и первым делом схватил телефон.
Не для того, чтобы проверить соцсети или новости.
Палец коснулся банковского приложения.
Баланс: 1153,50 ₽
Цифры были на месте. Это не галлюцинация. Вчера он действительно продал свою «спасённую жизнь» за тысячу рублей.
Виталика в комнате не было — видимо, остался ночевать у девушки. Это было к лучшему. Артёму нужно было привести дела в порядок без свидетелей и лишних вопросов.
Он встал, чувствуя непривычную лёгкость. Животный страх смерти отступил, уступив место деловитому, холодному расчёту. У него была тысяча. Для студента в конце месяца — это стратегический резерв. Это патроны в обойме.
Главное — не расстрелять их в молоко.
Артём быстро оделся и вышел на улицу.
Погода была такой же серой и унылой, как вчера, но теперь ледяной ветер не казался вестником апокалипсиса. Он шёл в хозяйственный магазин с конкретной целью.
Список покупок в голове был коротким и жёстким, как военная сводка:
клей «Момент» (обувной, водостойкий, особо прочный);
яйца (десяток, категория С2 — они дешевле);
хлеб, пакет молока, килограмм картошки;
пачка сахара (роскошь, но мозгу нужна глюкоза, иначе он откажется работать).
В магазине он долго стоял у полки с бытовой химией, вертя в руках тюбик клея. Рядом, в корзине с распродажей, лежали дешёвые китайские кеды за шестьсот рублей.
Искушение купить новую обувь, выбросить свои дырявые ботинки в первую же урну, было велико.
«Нет, — одёрнул он сам себя. — Кеды промокнут через день, да и холодно в них. А на нормальные ботинки тысячи не хватит. Клеим старые. Ресурс ещё есть».
Он бросил клей в корзину.
На кассе, прикладывая карту к терминалу, он впервые за месяц не сжался в ожидании унизительного писка: «Недостаточно средств».
Пик. Оплата прошла.
Он потратил 380 рублей. Раньше это была бы финансовая катастрофа. Сейчас — допустимые эксплуатационные расходы.
***
Вернувшись в общежитие, Артём устроил на широком подоконнике импровизированную мастерскую.
Он тщательно вымыл левый ботинок, высушил его феном, который одолжил у девчонок из соседнего блока (пришлось соврать, что сушит пролитый чай на конспектах). Подошва отходила почти до середины стопы, скалясь, как голодная пасть. Картонка внутри превратилась в грязное, бесформенное папье-маше.
Артём безжалостно выскрёб остатки картона ножом, обезжирил резину спиртовой салфеткой (осталась с доковидных времён) и густо намазал поверхности клеем. В нос ударил резкий химический запах. Для кого-то — вонь, для него сейчас — запах надежды.
Он с силой прижал подошву, замотал ботинок скотчем, чтобы не разошёлся, и поставил сверху ножку тяжёлого стула, водрузив на сиденье стопку книг по теоретической механике.
— Сопромат в действии, — удовлетворённо хмыкнул он. — Давление распределено. Пусть постоит пару часов.
Теперь — еда.
На общей кухне он сварил три яйца и картошку в мундире. Простая еда, но после недели на пустой гречке и дошираках этот обед казался королевским пиром.
Когда он сел за стол в комнате, дверь открылась, и вернулся Виталик. Вид у соседа был помятый, но довольный.
— О, Тёмыч, шикуем? — Виталик кивнул на тарелку, сглатывая слюну. — Клад нашёл?
Артём внутренне напрягся. Врать он не любил, но правду говорить было нельзя.
— Долг вернули, — коротко ответил он, очищая яйцо от скорлупы. — Старый. Я уж и забыл про него, а тут перевели.
— Повезло, — вздохнул Виталик, падая на свою кровать. — А я вот на мели. Ленка вчера в кафе потащила, цены там — космос... Слушай, у тебя до стипухи сотки не будет перехватить?
Артём замер.
Сотка. Цена одной симуляции. Цена одной попытки узнать будущее.
Раньше он бы отказал, потому что у самого в кармане звенела пустота. Сейчас деньги были.
Но теперь каждый рубль имел двойную ценность. Рубль был не просто монетой, он был шансом.
— Нет, Виталь, — твёрдо сказал Артём, глядя соседу в глаза. — Мне ещё за общагу платить в следующем месяце. Самому впритык.
Виталик горестно вздохнул, но настаивать не стал — знал, что у Артёма с деньгами всегда туго.
— Ладно. Перебьёмся как-нибудь. Слушай, а ты к зачёту по философии готовился? Там говорят, в понедельник зверство будет.
Философия.
Артём едва не поперхнулся картошкой. За этими гонками со смертью он совершенно забыл про учёбу.
— Какое зверство?
— Семёныч лютует. У них кафедра проходит аккредитацию, им надо показатели успеваемости подтянуть... или наоборот, отсеять лишних, я не понял. Короче, кто не сдаст реферат и устный ответ — сразу в списки на отчисление. Никаких пересдач до сессии. А без зачёта стипуху снимут.
Стипендия.
Две с половиной тысячи рублей в месяц.
Артём похолодел. Если он потеряет стипендию, он лишится своего единственного стабильного дохода. Это будет крах. Билет домой, здравствуй, военкомат, прощай Москва.
Он медленно перевёл взгляд на свой телефон, лежащий рядом с тарелкой.
Чёрная иконка [Черновик] безмолвно смотрела на него с экрана.
«А что, если...» — мелькнула шальная мысль.
Он может потратить выходные, пытаясь выучить весь курс философии. Но Семёныч непредсказуем. Он может спросить что угодно.
А может... спросить у Системы?
Он быстро доел, вымыл тарелку и сел за стол, открыв приложение.
Интерфейс был лаконичным, как приговор.
БАЛАНС: 773,50 ₽
(Тысяча плюс остатки, минус магазинные траты).
Артём нажал на кнопку [Новая симуляция].
Всплыло окно подтверждения:
[Цель: Академическая успеваемость.]
[Стоимость запуска: 100 ₽. Подтвердить?]
Он колебался ровно секунду.
Сто рублей — это клей, который сейчас сохнет на подоконнике. Это два дня сытой жизни.
Но потеря стипендии — это пятнадцать тысяч рублей за семестр.
Математика была на стороне риска.
— Давай, — прошептал он.
Он нажал [ДА].
Дзинь.
Уведомление от банка: «Списание 100 ₽».
Баланс: 673,50 ₽.
Экран потемнел, и по нему побежали зелёные строки.
[Загрузка сценария: Реальность.]
[Генерация временных талантов на эту ветку:]
[Язык без костей (Белый)] — «Убедительность речи +10%. Вы можете нести полную чушь с невероятно умным видом».
[Сонная тетеря (Серый)] — «Вы засыпаете, стоит вам принять горизонтальное положение или открыть скучную книгу».
[Книжный червь (Белый)] — «Скорость чтения увеличена в 2 раза, но глаза устают и болят».
— Нормально, — прошептал Артём. — Жить можно.
[ДЕНЬ 1 (Сегодня, суббота)]
«Вы решаете честно учить всё подряд, так как не знаете билетов. Открываете учебник по истории философии.
Талант [Книжный червь] помогает вам проглотить античность за три часа. Но глава про Канта идёт туго.
Из-за таланта [Сонная тетеря] вы засыпаете лицом в учебник в 16:00 и просыпаетесь только утром».
[ДЕНЬ 2 (Воскресенье)]
«Вы в панике пытаетесь доучить материал. В голове каша. Вы путаете Гегеля с Гоголем. Виталик просит помощи, вы его посылаете».
[ДЕНЬ 3 (Понедельник)]
«Зачёт. Валерий Семёнович (Семёныч) в отвратительном настроении. Он даже не открывает ваш реферат. Он задаёт один-единственный вопрос на засыпку, чтобы проверить "общую эрудицию":
"Апории Зенона. Ахиллес и Черепаха. Объясните парадокс с точки зрения математического анализа".
Вы пытаетесь использовать талант [Язык без костей] и начать рассуждать про относительность времени.
Преподаватель багровеет.
— Демагогия, Белов! — кричит он. — Вон!
Итог: "Незачёт". Вас вносят в списки на комиссию».
[МЕСЯЦ 1]
«На комиссии вас валят. Стипендия потеряна. Денег нет. Вы устраиваетесь ночным грузчиком, чтобы выжить. Из-за недосыпа проваливаете сессию по профильным предметам».
[ГОД 1]
«Отчисление. Повестка в армию. Вы попадаете в неблагополучную часть...»
[ГОД 2]
«Несчастный случай на учениях. Взрыв боеприпаса.
Смерть.»
[КОНЕЦ СЦЕНАРИЯ]
[ИСХОД: ЛЕТАЛЬНЫЙ (Социальное падение).]
Артём уставился в экран остекленевшим взглядом.
Система была безжалостна и логична. Не сдал зачёт — потерял деньги — пошёл работать вместо учёбы — вылетел — умер в сапогах. Эффект бабочки в действии.
Но сейчас его волновала не смерть в армии через два года.
Его волновало одно слово.
— Зенон, — прошептал он. — Апории Зенона.
Он потратил сто рублей.
Взамен он получил информацию, которая спасёт его от отчисления.
Артём закрыл приложение. Сердце билось ровно. Страха не было. Была уверенность игрока, который подсмотрел карты соперника.
— Виталь, — позвал он соседа, который лежал с телефоном.
— А?
— Забей на реферат. И на немцев забей. Читай про Зенона.
Виталик поднял голову от подушки, недоумённо моргая.
— Про Зенона? Тёмыч, ты чего? Семёныч же фанат немецкой классики. Хайдеггер, Ницше... Какой к чёрту Зенон? Это ж древняя Греция, пятый класс.
— Есть чуйка, — усмехнулся Артём, открывая ноутбук. — Что спросит именно про него. И про черепаху.
Он открыл Википедию. Вместо того чтобы пытаться объять необъятное, он ввёл в поиск: «Апории Зенона Элейского».
Через час он знал тему идеально. Он знал аргументы, контраргументы, математическое обоснование и философский смысл.
Вечером, когда ботинок высох, он проверил работу.
Подошва держалась намертво. Шов клея был грубым, заметным, но надёжным.
— Ещё походит, — удовлетворённо кивнул он.
Артём лёг спать с чувством странного, холодного спокойствия.
У него осталось 673 рубля.
Но теперь у него в руках была карта минного поля, по которому ему предстояло пройти в понедельник. И он точно знал, куда ставить ногу.
Обновлено: 03.02.2026