Глава 53 — 53 глава.

53 глава   — Тайное желание оказаться взаперти… От этого внезапного вопроса Нобана я подскочила на месте. — Да откуда у меня такое?! — Тогда, пожалуйста, следи за своими поступками! — взволнованно воскликнул он. — Почему ты вечно выбираешь самые опасные и подозрительные пути? То внезапно создаёшь астрономическое количество коинов, то связываешься с заместителем управляющего, чтобы занять кресло менеджера башни. Ты всё время несёшься вперёд, словно тебе плевать на будущее! В его голосе слышалась не злость и не досада на мою глупость. Это был страх – скорбный ужас, рождённый глубокой тревогой. — Ох, Нобан… — Я знаю, что ты стараешься ради восстановления Башни Сумерек и её постояльцев. Но… ты должна подумать и о себе. Его тёмные глаза смотрели с нескрываемой печалью. Мне нечего было возразить. «Он прав, я и вправду вела себя так, словно последствия меня не касаются». У меня имелась функция сохранения, и в случае «Гейм Овера» я всегда могла вернуться в прошлое. Я верила: пока следую сюжету, ничего по-настоящему страшного не случится. Потому и действовала так смело, но для Нобана, не знающего правды, каждый мой шаг напоминал поездку на американских горках. Я легонько похлопала по его холодной руке, сжимавшей моё запястье. Как трогательно: даже разволновавшись, он держал меня осторожно, боясь причинить боль. — Послушай, Нобан. Да, я часто рисковала, но я всё обдумываю заранее. С коинами ведь все согласились, с должностью менеджера тоже всё вышло удачно. Ты, похоже, испугался из-за поля Цветов Грёз, но и это… — Цветы Грёз и коины – вещи разные, Алиса. Нобан отпустил моё запястье и перевёл взгляд на самодельную удочку, лежавшую на верстаке. — Цветок Грёз – растение особенное. Он не растёт где попало, и вырастить его нелегко. При этом для отеля это жизненно важный, невероятно ценный ресурс. В отделе производства даже существовала специальная команда по их выращиванию, но во время Великой реформы её уничтожили под корень. — …Что? — Понимаешь теперь, Алиса? Насколько странно и опасно само наличие поля Цветов Грёз в Башне Сумерек. Печальный взгляд Нобана снова обратился ко мне. — Сейчас этих цветов не хватает ещё сильнее, чем денег. Что будет, если узнают о нашем поле? — …У нас отберут башню. — Думаешь, только башню? Сейчас здесь нет ничего примечательного, кроме тебя самой. Ты — единственная особенность этого места. Нобан опустил глаза и едва коснулся кончиков моих пальцев. Его рука мелко дрожала. — Ты не знаешь, на что способен Луэль… Я молча смотрела на его руку. Слишком многого я ещё не понимала: и мотивы генерального директора, уничтожившего целую команду из-за важного ресурса, и жёсткие ограничения игровых функций… «Может, всё дело в том, что я не просто играю, а попала внутрь?» Неизвестно. Мы долго стояли в тишине, просто держась за руки. Спустя время Нобан заговорил снова: — К тому же, верстак для Цветов Грёз создан специально для облегчения работы с ними. Его выдают лишь избранным отельерам под строгим контролем. И вдруг такой верстак появляется у нас. А ты, бывшая стажёрка, мастерски с ним обращаешься. — А… — В тебе слишком много подозрительного, Алиса. Как мне это объяснить? Нобан уже не сомневался, что поле и верстак – моих рук дело. Отпираться бессмысленно. Но что, если я не дам внятного ответа? Он разозлится? Разочаруется во мне? Это чувство отличалось от страха во время допроса у Тарка. Тогда я боялась «Гейм Овера», а сейчас… «Что, если я навсегда испорчу отношения с Нобаном?» Да, я боялась потерять его — моего первого друга в этом мире, моего главного помощника. Похоже, уровень симпатии вырос не только у него. «Но как признаться, что я попала в игру?» Для него эта реальность – единственная. Сказать, что его мир лишь программный код, значит разрушить сами основы его существования. Я медлила, и Нобан, заметив моё замешательство, вздохнул. Он мягко, утешающе похлопал меня по плечу. — Алиса, я не требую ответов прямо сейчас. — …Что? — Мы ведь договорились тогда в 603-м номере: пока я молчу о своём прошлом, ты можешь молчать о своём. — И ты… правда не станешь спрашивать? Ты же сам сказал, что я подозрительная. — Ты ведь тоже поверила мне и позволила остаться рядом, хотя я выглядела не менее подозрительно. Я просто возвращаю тебе это доверие. Я знаю, что у тебя нет дурных намерений. Он на миг замолчал, а затем добавил: — Какие бы невероятные вещи ты ни творила, я буду верить тебе и следовать за тобой. Поэтому, пожалуйста, делись со мной своими планами. Нобан покосился на верстак, и его глаза сузились, как у учителя, смотрящего на несносного ученика. — …И хватит нелепых отговорок вроде того, что ты «случайно нашла» это поле или верстак. — Ха-ха… — Я ведь обещал помочь тебе достичь цели. Я не шутил, Алиса. Его большая тёплая ладонь легонько погладила меня по голове. — Если станет тяжело — обопрись на меня. Ты сама меня этому научила. Мы подумаем вместе. Нежные слова проникали в самую душу, и в горле внезапно защекотало. Так бывает весной, когда вдыхаешь пыльцу, или когда случайно съешь персик, на который у тебя аллергия. Как когда ешь тирамису и делаешь слишком глубокий вдох. Стало душно, неловко и обременительно. От этого чувства хотелось немедленно сбежать. — У-ха-ха! — я всё-таки увернулась от его руки и залилась громким, нарочитым смехом, заполняя дистанцию. — Спасибо, что сказал! Мне и самой надоело постоянно выкручиваться! — … — У меня правда нет злых умыслов, просто обстоятельства такие… сложные. Надеюсь, когда-нибудь я смогу всё рассказать. Спасибо за понимание! — …Хорошо. Нобан убрал руку за спину. Я сделала вид, что ничего не произошло, и подошла к верстаку, подхватив удочку. — Итак, что будем делать с верстаком и полем? Глупо их не использовать, раз уж они есть. — Придётся придумать подходящую легенду. Нобан задумчиво провёл рукой по краю верстака. — Скажем, что он принадлежал бывшему менеджеру Башни Сумерек, а мы нашли его в тайнике. — Бывшему менеджеру? — До Великой реформы он слыл большим чудаком. Утверждал, что в каждой башне должен быть мастер, умеющий работать с Цветами Грёз. Так что никто не удивится, если у него в закромах нашлось бы пару верстаков. Рука Нобана, ощупывавшая верстак, замедлилась. Я, поколебавшись, спросила: — А бывший менеджер, он, случайно… — Был уничтожен. Во время Великой реформы. Спокойный ответ прозвучал особенно трагично. Нобан на миг уставился в пустоту. — С полем поступим так же. Сообщи Тарку, что в тайниках бывшего менеджера мы нашли запас срезанных цветов. Про само поле – ни слова. К счастью, при правильном хранении они не вянут. Когда он снова повернулся ко мне, его лицо приняло обычное выражение. Я поддержала игру. — А если я сообщу, не придётся ли отдать всё? — Половину точно заберут. Сразу скажи, что остальное оставишь на нужды Башни Сумерек. И намекни: мол, из-за того, что генеральный директор пошёл на поводу у Ланса, башня сейчас в упадке. — А если он разозлится? — Получив такое количество Цветов Грёз, даже генеральный директор проявит великодушие. К тому же, он любит демонстрировать особое отношение к своим приближённым. Если ты прямо выразишь своё огорчение, он сделает вид, что заботится о тебе, как о своей новой приближённой. Я и раньше замечала, что Нобан, кажется, очень хорошо знает генерального директора. «Если Нобан и вправду был учителем, то, возможно, он учил и генерального директора». Каково это, когда твоей жизни угрожает собственный ученик? Даже не спрашивая, я могла это представить, поэтому и не решалась расспрашивать Нобана о генеральном директоре. Я молча кивнула. — Так и сделаю. Спасибо за совет. — Хорошо. Но, — Нобан, проверив пустой ящик верстака, спросил: — Одними лишь Цветами Грёз особые предметы не создашь. Где ты собираешься брать другие материалы? А, точно. Я ждала этого вопроса. Обрадовавшись смене темы, я закинула удочку на плечо. — Нобан, а здесь есть что-то вроде свалки?