Глава 30 — Глава 30. Неизвестная сторона.

– Что ты делаешь?! Замерев на мгновение, я медленно повернул голову и быстро понял сложившуюся ситуацию. Оттолкнув руку Ао, я заправил рубашку и воззвал к его рассудку: – Посреди коридора не срывай одежду! Холодно же! – Правда, что ли? Ну, короче, ты понял. Лицо как бумага, худой, как щепка, ничего он мне не может сделать. Кога Какеру, окаменев, застыл с открытым ртом. То ли его поразила эксцентричность Ао, то ли и вправду понял, наконец, что произошло недоразумение. Впрочем, достаточно лишь на руки мои взглянуть, чтобы стало понятно, что в моих мышцах нет никакой физической силы. Рука Хачи снова взметнулась и на этот раз приземлилась на голову Ао, словно потопила корабль. Тот отстал от меня и я повернулся к Какеру: – Недоразумение разрешилось? – Да. А... – Что такое? – А Вы... чем-то больны?.. Я хотел утвердительно кивнуть, но вместо этого покачал головой. Легонько коснувшись ладонью груди, я почувствовал, как ровно бьётся сердце. – Сейчас я вроде здоров. К тому же, сегодня состояние намного лучше. И правда, просто поразительно, насколько лучше мне сегодня. Я смог бежать в точности так, как я себе это представлял. Цвет лица, который только что сравнили с бумагой, раньше назвали бы синим. Прямо загадка. Тело выздоравливает быстрее, чем можно было ожидать. – Сэ... сэнпай! Простите, меня, пожалуйста!.. – Затараторил Какеру, дрожа от осознания своей ошибки. – Кузэ-сэнпай, может, и не помнит уже, но, когда я только поступил в школу, он как-то меня выручил... Так что, когда я услышал, что ему угрожают, то мне захотелось как-то его защитить... но, сил маловато... поэтому... – Что значит «услышал, что угрожают»?.. Значит, тот, кто пустил слух о разборках с Ао – не Какеру. Получается, сплетня возникла после падения вазы, и Какеру, услышав её, отреагировал этими письмами. Другими словами... – Так это не ты, значит, бросил вазу? – Нет! Я бы... никогда не смог сделать чего-то, по-настоящему опасного для жизни! Честно! – А кнопка? – Ни за что на свете! Если Какеру написал эти письма ради Ао, то, исходя из временной последовательности событий, кнопка, ваза и слухи – не его проделки. Сплетни - это такая вещь... как испорченный телефон: чем больше их обсуждают, тем больше они обрастают несуществующими деталями. Значит, есть кто-то другой, кто бросил вазу и сунул кнопку в туфлю... – Тама, ты в порядке? – окликнул меня Хачи. – Угу... – Ты и правда согласен вот так легко простить Какеру? – Да он мне ничего толком не сделал. Всего лишь настроение немного подпортилось. К тому же, мне хотелось понять, в чём я виноват, так что теперь, когда всё прояснилось, я успокоился. Мои слова были совершенно искренними. Однако Хачи с неудовлетворённым видом хотел что-то добавить... – Я и Норе что-то похожее говорил, – продолжил я. – Я ничего не знаю о том, что за человек Какеру. Сегодня я вроде как увидел не очень приятную его сторону, но то, что он хотел защитить Ао – это его хорошая сторона. Он как следует обо всём подумает и больше такого ничего не сделает, наверное. Так что, и пусть с ним. Правда же? – Обратился я к Ао за поддержкой, но тот вдруг крепко меня обнял. – Боже, ну что за ребёнок! Просто не верится! Обожаю! Он аж потерся щекой о мою щёку, от чего у меня пошли мурашки по коже. Пытаясь вырваться из рук Ао, я краем глаза заметил, что Какеру вот-вот расплачется. Обомлев, я протянул было руку, чтобы утереть его нос платком, но он схватил эту самую руку: – Если что-то будет нужно, я всегда помогу! Сколько угодно, всегда буду помогать! – Э... что ж, спасибо. Хачи, решив, что Ао сам не отцепится, втиснулся между нами: – Итак, друг Какеру, не сделаешь ли ты для Тамы одолжение? – С радостью! – Я хочу знать источник слухов о Таме. Ведь они, кажется, ходят среди первоклассников? Не мог бы ты как бы ненароком разузнать чего? – Понял! Не беспокойтесь! Сано-сэнпай, не переживайте! Я обязательно найду источник! С этими словами Какеру умчался. Бросаясь сломя голову или слепо доверяя кому-то, легко перестать видеть то, что происходит на самом деле. – Какой преданный. Ох, прошу прощения, мне тут звонили, так что я выйду, – извинился Хачи. – А, ладно... Может, ты сначала избавишь меня от Ао, подумал я, но на сердце у меня было светло. . . . . «Подходя к лифту со свежим письмом в руке, смотрю – на полу одиноко валяется кем-то брошенный портфель. В зоне у лифта никого не видно, кажется, хозяина портфеля поблизости нет. Слишком знакомый на вид портфель, откроем-ка молнию. Так и есть, вот и тот самый чёрный органайзер. Как тут не ухмыльнёшься, когда так трудно сдержать нетерпение. Быстрее, пока никого нет...» – Эй. «Бесцветный голос из-за спины заставил окаменеть. Ладони вспотели. Что же теперь делать? И ведь не собирался же ничего такого... Что теперь? Убежать? Надо бежать. Что же?...» – Ч-то ты де-ла-ешь... – ..Ч-ч.... – ..учитель Сугино? – Спросил голос Норы.