День прошел в лихорадочной подготовке. Пока Искра, подключившись к украденному терминалу, взламывала древние схемы вентиляции складов «Дай-Тек», а Клык с остальными рисовали план на куске ржавого железа, Канэда устроил второй урок. На этот раз — по выживанию.
Он собрал их жалкий арсенал: несколько вибро-ножей с полудохлыми батарейками, ржавая труба, заточенная с одного конца, и пневматический пистолет, стреляющий шарикоподшипниками.
— Это все? — Канэда сгреб оружие в кучу. — Этим вы собираетесь воевать с корпоративными дронами и охраной в экзоскелетах?
Подростки виновато молчали.
— Ваша проблема не в том, что у вас нет оружия, — он поднял с пола обычный стальной болт. — А в том, что вы не умеете им пользоваться. Вы думаете, что сила — в лезвии или в заряде. Но настоящая сила, — он постучал пальцем по своему виску, — здесь. И здесь, — он ударил себя кулаком в грудь. — В голове и в яйцах.
Он кивнул на одного из парней, самого щуплого, по кличке Призрак.
— Ты. Иди сюда. Нападай на меня.
Призрак испуганно посмотрел на него.
— Но… Канэда-сан…
— Нападай, я сказал! Попробуй меня убить.
Парень неуверенно выхватил свой вибро-нож и сделал выпад. Движение было быстрым, но предсказуемым.
Канэда даже не сдвинулся с места. Он просто шагнул в сторону, одновременно подставляя ногу. Призрак, пролетев мимо, споткнулся и растянулся на полу. Канэда лениво наступил ему на запястье, заставляя выронить нож.
— Слишком много суеты, — сказал он, глядя на остальных. — Ты показал мне, что собираешься сделать, за секунду до того, как сделал это. Твои глаза, твои плечи, твое дыхание — все кричало: «Я сейчас ударю!»
Он поднял Призрака на ноги.
— Улица — это не ринг. Здесь нет правил. Есть только одна цель — выжить. Используйте всё. Пыль в глаза. Удар в пах. Внезапный крик, чтобы сбить с толку. Ваше тело — это оружие. Ваши мозги — это система наведения. А все эти железки, — он пнул кучу ножей, — просто расходный материал.
Он взял в руки ржавую трубу.
— Смотрите. Охрана «Дай-Тек» — это киборги модели «Цербер-3». У них усиленная броня на груди и голове. Но здесь, — он ткнул пальцем в место под коленом, — у них гидравлические суставы. Один точный удар, и эта двухметровая машина для убийства превращается в беспомощного инвалида.
Он показал им несколько простых, но жестоких приемов: как использовать вес противника против него самого, как бить по уязвимым точкам, как обезоружить врага, сломав ему пальцы. Он не учил их драться красиво. Он учил их драться эффективно. Это была эстетика насилия в чистом виде. Жестокая, прагматичная и единственно верная для выживания на дне.
— И самое главное, — сказал он в конце урока, когда подростки, покрытые синяками, но с горящими глазами, сидели перед ним. — Никогда не показывайте страх. Даже если вы обосрались до кончиков ушей. Смотрите врагу в глаза. Заставьте его сомневаться. В большинстве случаев, побеждает не тот, кто сильнее, а тот, кто наглее.
Он бросил трубу на пол.
— Вопросы есть?
— Есть, — подала голос Искра, отрываясь от своего терминала. — Я взломала их систему. Но есть проблема. Кроме киборгов, периметр охраняют дроны-снайперы. Их нельзя обмануть. Они реагируют на тепловой след. Мы для них — просто ходячие мишени.
Наступила тишина. План, который казался таким реальным, начал рушиться.
Канэда нахмурился, обдумывая это. Затем его взгляд упал на кучу старых, промасленных брезентовых тентов, валявшихся в углу.
— Тепловой след, говоришь? — он криво усмехнулся. — Значит, нам нужно стать холодными. Очень холодными. Клык, тащи сюда баки с жидким азотом из той брошенной рефрижераторной установки. У меня появилась одна грязная и очень вонючая идея.
Он посмотрел на свою новую банду.
— Сегодня ночью вы узнаете, что такое настоящий холод. И почему иногда, чтобы победить, нужно притвориться мертвецом.
Обновлено: 23.01.2026