На улице было гораздо громче, чем казалось сверху.
Какофония звуков обрушилась на него стеной — резкие гудки машин, нетерпеливо требующих освободить дорогу, болтовня десятков голосов, смешивающихся в неразборчивый гул, топот сотен ног по асфальту, редкий вой далекой сирены, заставляющий людей оборачиваться с любопытством.
Воздух был пропитан запахами: выхлопные газы с кисловатым металлическим привкусом, аромат жареной еды из ближайшего кафе, парфюм проходящей мимо женщины — сладкий, почти удушающий.
Какаши сохранял расслабленную, непринужденную позу — плечи опущены, руки свободно покачиваются в такт шагам, голова слегка наклонена, словно он о чем-то размышляет. Его глаза были полуприкрыты, излучая спокойное, почти ленивое безразличие, которое он оттачивал годами.
Эта маска безмятежности обманывала противников снова и снова, заставляя их недооценивать его, а затем жестоко расплачиваться за эту ошибку.
«Первый шаг: собрать информацию», — методично думал он, сканируя окружение периферийным зрением, не привлекая к себе внимания прямыми взглядами.
Ему нужно было знать критически важные вещи: где он находится, что это за мир, каковы его законы и порядки, и — самое главное — как, черт возьми, вернуться в свой собственный мир, к своей команде, к своим ученикам, которые сейчас сражаются с богиней без него.
Но спрашивать напрямую — «Извините, где я?» или «Что это за место?» — было бы катастрофической ошибкой. Такие вопросы немедленно вызвали бы подозрение, привлекли бы внимание, которое ему совершенно не нужно. Люди могли бы подумать, что он псих, или наркоман, или опасный преступник.
Ему нужна была тонкость. Ему нужен был способ слиться с толпой, стать невидимым на фоне сотен других людей, одновременно прощупывая почву, собирая крупицы информации, которые в итоге сложатся в полную картину.
Его взгляд остановился на мужчине, стоявшем на углу улицы, прислонившись к стене здания. Мужчина средних лет, около сорока, с редеющими волосами и озабоченным, усталым выражением лица. Он был погружен в свое маленькое прямоугольное устройство, которое светилось ярким белым светом даже на солнце.
Пальцы мужчины быстро, почти лихорадочно бегали по гладкой поверхности устройства, выстукивая что-то. Его брови были сведены, губы сжаты в тонкую линию — явно что-то важное или срочное.
Какаши неспешно подошел, сохраняя нейтральное выражение лица. Он откашлялся — негромко, но достаточно, чтобы привлечь внимание — и, когда мужчина поднял голову, заговорил, сохраняя вежливый, но нейтральный тон.
— Простите, не могли бы вы мне помочь? — Его японский был безупречен, четок, с легкой формальностью, которая подходила для обращения к незнакомцу.
Мужчина поднял голову, отрываясь от своего устройства. Его лицо выразило легкое раздражение от того, что его отвлекли, но затем он слегка нахмурился, глядя на Какаши с недоумением.
— Uh, what'd you say? — Его слова были резкими, отрывистыми, с твердыми согласными и странными дифтонгами. Совершенно, абсолютно непонятными.
Какаши почувствовал, как его собственные брови слегка поползли вверх под иллюзией. Язык был не просто незнаком — он был совершенно чужд. Не похож ни на наречие Страны Огня, ни на диалекты Страны Ветра или Воды, ни на какой-либо другой язык, с которым он сталкивался за годы миссий по всем Странам Шиноби.
«Другой язык. Полностью другой», — осознание ударило его с силой физического удара, как точный бросок кунаем.
Этот мир отличался не только архитектурой, технологиями и одеждой людей. Он был разделен фундаментальным барьером коммуникации — барьером языка.
«Это усложняет задачу», — мысленно отметил Какаши, уже перебирая варианты. Гендзюцу могло заставить человека подчиняться, но не могло преодолеть языковой барьер. Ему нужен был другой подход.
Прежде чем Какаши успел ответить или хотя бы жестом показать, что не понял, выражение лица мужчины неожиданно смягчилось. Раздражение исчезло, сменившись чем-то вроде понимания, словно он внезапно осознал проблему.
— Подождите, — сказал мужчина на своем языке, снова склоняясь над устройством. Его пальцы забегали по поверхности, нажимая на невидимые кнопки с удивительной скоростью.
Он нажал что-то, и, к искреннему шоку Какаши — редкая эмоция, которую он обычно тщательно контролировал — устройство заговорило.
Заговорило на его родном языке.
Голос был механическим, немного роботизированным, с неестественными паузами между словами, но японский был абсолютно четким, разборчивым:
— Это должно помочь. Вам стоит носить с собой Google Переводчик. Не многие здесь понимают японский. Хотя в таком большом городе, как Нью-Йорк, есть японские районы и люди, которые говорят на вашем языке.
Глаза Какаши едва заметно расширились — это был единственный признак его удивления, который он не смог полностью скрыть. Он наклонил голову в легком, почтительном жесте, давая себе секунду, чтобы собраться с мыслями.
«Японский?» — слово прокрутилось в его сознании. Так здесь называли его язык?
Термин был совершенно незнаком — в Странах Шиноби не было такого понятия. Там были диалекты, наречия, но не отдельные названия для языков как таковых. Все говорили на одном основном языке, с небольшими региональными вариациями.
Но это подтверждало смутное подозрение, которое начало формироваться в его голове: у этого мира были параллели с его собственным миром. Отдаленные, искаженные, но существующие. Может быть, давным-давно эти миры были связаны? Или это просто совпадение?
Устройство, однако, было совсем другим делом. Оно мгновенно, за долю секунды, перевело слова мужчины, преодолев языковой разрыв, которого Какаши даже не ожидал встретить.
«Инструмент для общения. Технология перевода», — его вечно тактический, аналитический ум немедленно ухватился за потенциал этого открытия. «Если я смогу научиться пользоваться таким устройством, я смогу узнать гораздо больше об этом мире, не привлекая внимания к своему невежеству».
— Японский, значит? — произнес Какаши спокойным, почти ленивым тоном, словно это открытие не было для него неожиданностью, словно он всегда знал, как называется его язык. — Благодарю за совет. Этот… Google Переводчик, вы сказали? — Он сделал паузу, давая устройству время перевести его слова. — Как он работает? Мне было бы интересно узнать.
Мужчина усмехнулся, и в его глазах мелькнуло что-то вроде снисходительного веселья — он явно был позабавлен невежеством Какаши, принимая его за туриста или недавнего иммигранта.
— Вы не из этих мест, да? — Он снова постучал по устройству, набирая текст, и оно послушно перевело: — Это просто приложение на моем телефоне. Мобильный телефон — это... ну, думаю, вы уже видели такие. Печатаешь или говоришь в него, выбираешь языки — с какого и на какой переводить — и оно делает все остальное. Мгновенно. Вот, позвольте, я покажу вам более подробно.
Любопытство Какаши возросло многократно — это была ценная информация, ключ к пониманию этого мира. Но одновременно он почувствовал возможность, которую нельзя упускать.
Этот человек был открыт, разговорчив, явно не видел в нем угрозы. Он был беззащитен, ничего не подозревал — идеальный источник информации, который сам тянется помочь.
Но задавать слишком много вопросов было рискованно. Один-два вопроса — нормально, десять-двадцать — и мужчина начнет подозревать, что что-то не так.
«Мне нужно больше контроля. Мне нужно, чтобы он отвечал на все мои вопросы, не задавая своих собственных».
Какаши сделал небольшой шаг ближе, сокращая дистанцию, и поднял голову, встречаясь взглядом с мужчиной. Его глаза — скрытые под иллюзией трансформации — вспыхнули.
Шаринган активировался бесшумно, без малейшего колебания чакры, которое мог бы почувствовать сенсор. Красное свечение залило его зрачки, три томоэ закружились в синхронном танце в обоих глазах.
— Смотрите сюда, — мягко произнес Какаши, и в его голосе не было угрозы, только спокойная уверенность.
Взгляд мужчины встретился с взглядом Какаши — роковая ошибка. Его зрачки расширились, радужка потускнела, и все выражение лица обмякло, ставя вялым и пустым, словно кто-то выдернул шнур из розетки.
Гендзюцу было легким, поверхностным — Какаши не хотел причинять вреда. Достаточно, чтобы обеспечить подчинение и стереть воспоминания после, но не настолько глубоко, чтобы повредить разум.
«Мир не кажется враждебным. Нет нужды калечить невинных людей», — подумал он с долей облегчения. В некоторых мирах, куда забрасывала Кагуя, приходилось убивать просто чтобы выжить. Здесь пока такой необходимости не было.
— Расскажите мне об этом устройстве подробнее, — спокойно приказал Какаши, указывая на телефон в руке мужчины. — Что это такое, как им пользоваться, и что еще оно может делать, кроме перевода?
Мужчина механически кивнул, его движения были слегка дерганными, неестественными — характерный признак контроля гендзюцу. Его пальцы снова забегали по устройству, печатая ответ, который затем озвучил переводчик:
— Это мобильный телефон. Карманное устройство для связи и доступа к информации. Он служит для множества целей: звонков — голосовой связи с другими людьми на любом расстоянии, сообщений — текстовой переписки, доступа в интернет — глобальную сеть информации. Интернет — это как огромная библиотека, в которой можно искать что угодно, из любого места, в любое время. Приложение Google Переводчик — одно из многих приложений. Оно позволяет переводить языки в режиме реального времени. Вы печатаете текст или говорите, выбираете исходный язык и язык перевода, и оно мгновенно переводит. Есть даже режим камеры — наводишь на текст, и он переводится прямо на экране.
Какаши внимательно слушал, его Шаринган вращался, автоматически запоминая каждую деталь — каждое слово, каждое движение пальцев мужчины, каждый элемент интерфейса устройства.
Копирующий Ниндзя не зря получил свое прозвище. Его Шаринган мог скопировать дзюцу противника с одного взгляда, запомнить миллион деталей, воспроизвести сложнейшие последовательности движений. Освоить устройство — пусть и незнакомое — было детской игрой по сравнению с этим.
Мужчина послушно продемонстрировал, его пальцы двигались медленно, чтобы Какаши мог видеть каждое действие. Он набрал текст на своем языке — английском, как он его назвал, холодным, монотонным голосом — затем нажал на выпадающее меню и выбрал «японский» из длинного списка языков.
На экране мгновенно появились знакомые кандзи, прекрасно читаемые, абсолютно понятные Какаши.
«Библиотека информации, доступная в любой момент...» — мысль прокатилась в его сознании, и он почувствовал что-то похожее на трепет.
Последствия были просто ошеломляющими. В Странах Шиноби знания охранялись ревностно, почти фанатично. Секретные техники запечатывались в свитках, которые хранились в защищенных хранилищах. Клановые дзюцу передавались устно от учителя к ученику, от отца к сыну. Даже базовая информация о других деревнях или странах была ограничена, доступна только шиноби определенного ранга.
Здесь же, судя по всему, информация была доступна по нескольким нажатиям на экран. Любому. В любое время. Свободно.
«Хотя, зная человеческую природу, наверняка не вся информация столь доступна. Должны быть секреты, закрытые базы данных, засекреченные материалы», — скептично подумал Какаши. Даже в мирном мире люди скрывают вещи. Это в природе человека.
— Покажите мне больше, — приказал Какаши, и его голос был спокоен, но в нем звучала неоспоримая твердость. — Как мне найти информацию в этом… интернете? Как получить доступ? Какие есть ограничения?
Обновлено: 19.01.2026