Глава 18 — Глава 18

Искусство Кулака и Ладони Благодаря заботе Чхон Мёна и Пэк Ми Рё двоим белым воинам позволили сразу отправиться в свои покои в главном здании. Такова была воля синих воинов, чья сила признана всеми и кому доверяет вся Крепость. В такие моменты особенно чувствовалось, насколько здесь всё отличается от порядков в обычной армии. — Как только вошёл сюда, так сразу все силы куда-то испарились. Поход в лучшую таверну Сянъяна придётся отложить, — шутливо протянул Хонвон Чхан. — Я тоже, лишь немного разомнусь — и сразу в постель. — То есть будете тренироваться час-другой. Достойный Чон, вы просто поразительны. Хонвон Чхан уже даже не делал утомлённого лица — лишь принимал это как должное. За время, проведённое в пути, он стал смотреть на Чон Ён Сина как на человека из иного мира. Словно тот был созданием из какого-то диковинного, отдельного мира, ещё более удивительным, чем представители Клана Мён. У него самого были свой путь рыцаря и свои боевые искусства, так что он был только рад, если его товарищ и ровня по рангу, Чон Ён Син, становился сильнее. За его легкомысленными, на первый взгляд, речами и поступками скрывался характер, у которого стоило поучиться. — Отдыхай. Чон Ён Син с лёгкой улыбкой вышел из здания. По пути на малую тренировочную площадку старшие товарищи радушно приветствовали его. Некоторые из них даже вздрагивали, отвечая на его приветственный жест. В основном те, кто обладал обострённым восприятием ци, — они, похоже, почувствовали, как снова изменилась его аура после выполненного задания. — Искусство Вспышки изменился. — По одной лишь ауре его почти не узнать. Хотя мальчишки в его возрасте быстро растут. — Это совсем другое. Слова «обновляться день ото дня» можно было в полной мере отнести лишь к нему. — Теперь и нам с ним тягаться будет непросто, а? На этот вопрос, брошенный синим воином, никто не посмел возразить. Все молчали. Ведь юноша пятнадцати-шестнадцати лет, у которого был хоть какой-то шанс на победу в бою с мастером синего ранга из Крепости, сам по себе был чудом. Чон Ён Син пропускал слова старших мимо ушей. Его восприятие времени отличалось от их. Если он хотел выжить, то к своему двадцатилетию он должен достичь уровня, сопоставимого с силой Главы Клана Божественного Меча. От белого к синему, затем к чёрному, как у Ма Чжина, и, наконец, к пурпурному, которого он ещё ни разу не видел. Вот какова была мощь Главы Клана Божественного Меча в пурпурном, повелевавшего семнадцатью отрядами, подобными Крылу Демонического Света. Времени в запасе не было. — Фух… Он незаметно дошёл до малой тренировочной площадки. Его встретило место, как всегда похожее на лабиринт в императорской гробнице. Минуя комнаты, из которых исходили волны ци, указывая на то, что они заняты, он вошёл в пустой тренировочный зал. «Кстати, ведь год сменился», — подумал Чон Ён Син. Теперь ему шестнадцать. В миру в этом возрасте юноши потихоньку женятся и обзаводятся семьёй. С Чон Ён Сином, вероятно, было бы так же. Семья Чон, в отличие от большинства кланов Мурима, не считала зазорным рано женить своих детей. Будучи третьесортным боевым кланом и одновременно крупными землевладельцами, они по своим обычаям были ближе к простому народу. *«На ком бы я женился?»* Бессмысленные фантазии. Он тут же активировал Динамическую Практику Семьи Чон, чтобы избавиться от праздных мыслей. Он начал медленно двигаться. Высвобожденная ци тотчас же пробудила Узел Демонического Света, и он начал вычерчивать в воздухе разнообразные траектории, представляя всевозможные боевые ситуации. Это была череда приёмов кулаками, ладонями и ногами. Вжик! Вшууух! Ближний бой без оружия. После мощного удара ногой он тут же топнул по земле и нанёс прямой удар кулаком. Волна яростной силы, которую он намеренно высвободил, заставила воздух содрогнуться. В битве с Кровавым Наставником-Мечом он на деле осознал учение Ма Чжина. Доведя до совершенства Динамическую Практику Семьи Чон, Чон Ён Син обрёл невероятно крепкое тело. Ближний бой отличался от искусства меча. Этот способ ведения боя позволял ему в полной мере использовать свои уникальные преимущества. *«Нужно создать полноценную технику кулака и ладони».* Со временем станет всё труднее использовать юную внешность как божественный меч. Нельзя вечно полагаться на неосмотрительность врага. Нужно было извлечь всё доступное оружие и остро его наточить. *«Где бы почерпнуть вдохновение?»* Чон Ён Син замер в позе с вытянутым кулаком, погрузившись в раздумья. В его глазах мелькнул небесно-голубой отблеск. — Каков характер Искусства Вспышки на грани жизни и смерти? Как он вёл себя с товарищами? Покои главы Крыла Демонического Света, расположенные на самом верху здания. Вернувшиеся с задания Чхон Мён и Пэк Ми Рё беседовали с Ма Чжином. — На грани жизни и смерти? — … Чхон Мён с растерянным видом переспросил, а Пэк Ми Рё промолчала. Разве такое было? На лице Ма Чжина отразилось недоумение. — Вы же сказали, что там был Кровавый Наставник-Меч? Это значит, что там скрывались силы целого филиала. Неужели вы вдвоём всё сделали, якобы защищая белого воина? В донесении, отправленном с голубем, многого не напишешь. Рассказывайте подробно. — Дело в том… Если подумать, у двух синих мастеров было не одно задание. Им было велено понаблюдать за характером Искусства Вспышки. И сейчас казалось, что этому поручению Ма Чжин придавал большее значение, чем основной миссии в уезде Чжэньпин. Пэк Ми Рё знала: причина, по которой Ма Чжин так настойчиво расспрашивал, была лишь одна. Такое было бы невозможно, не рассматривай он Искусство Вспышки в качестве своего преемника. И оттого было ещё досаднее. Сказать-то было нечего. — …Прежде чем мы успели что-либо разглядеть, он в одиночку уничтожил весь филиал Кровавого Культа. Искусство Вспышки сделал это сам. Единственное, что могу сказать сейчас, — он не забывал о вежливости даже во время утомительного путешествия. Похоже, выдающаяся сила, которой он обладает, его самого не слишком заботит. — … Ма Чжин молчал с задумчивым лицом. Новость о том, что юноша в одиночку разгромил филиал, включая Кровавого Наставника-Меча, была ошеломляющей. Это был уровень, который даже среди Девяти Великих Школ, Восьми Благородных Кланов, Тринадцати Небес и самой Императорской Крепости считался мастерским. Слово «выдающийся» не могло и близко описать подобное. — Чхон Мён. Взгляд Ма Чжина обратился к единственному представителю Клана Мён в Крыле Демонического Света. О глазах Клана Мён, способных видеть суть вещей, ходили легенды. Одна из них гласила, что императрица-прародительница, супруга основателя династии, после его воцарения приказала схватить нескольких сановников и объявила их изменниками. Говорили, что она владела одним из величайших боевых искусств в Поднебесной, как и нынешний император, который, желая познать боевые искусства Шаолиня, в одиночку выстоял против «Формации Ста Восьми Архатов». Её влияние на императорский двор ощущалось на протяжении более чем ста лет. Об этом знали даже простолюдины. Пять чувств Клана Мён от природы отличались от человеческих. Не зря ведь последним испытанием при вступлении в Крепость была личная встреча с её Владыкой. Ма Чжин же хотел убедиться в наличии качеств, необходимых не просто воину, а будущему главе боевого отряда. — Искусство Вспышки? Он превосходен для своего возраста. В нём сильна жажда крови, но он умеет превосходно её контролировать. А в его натуре есть что-то ещё более незаурядное, — с лёгкой улыбкой сказал Чхон Мён. — Жажда крови? — А разве это не естественно? За всё время пути он ни словом не обмолвился о своих родных. Но по манере речи и поведения ясно, что он хорошо воспитан. — Я того же мнения. Похоже, оба новичка так или иначе уже порвали связи со своими семьями. — Ясно. Я предполагал нечто подобное, но… Ма Чжин постучал пальцами по столу. Затем медленно кивнул. — Преемник преемником, но забота о тех, кто стал частью семьи, превыше всего. Времени у нас много. Как и в этот раз. Интересно, сколько ещё неожиданных подвигов он совершит. Будет приятно наблюдать за его ростом. — Полностью с вами согласен. — Любопытно, когда он станет синим. Чувствую, это произойдёт совсем скоро. Разговор, больше похожий на дружескую беседу, чем на отчёт, продолжался, пока над зданием Крыла Демонического Света медленно сгущалась ночная синева. На следующее утро. — Искусство Вспышки. Тебя зовёт Глава. Один из старших белых воинов Крыла Демонического Света окликнул Чон Ён Сина. Тон его голоса был не таким, как прежде. Он звучал гораздо осторожнее. После того как стали известны результаты их миссии, отношение к нему изменилось. Говорили, что теперь его нельзя было воспринимать просто как одарённого новичка. Когда он находился на большой тренировочной площадке, то то и дело слышал фразы вроде «Кровавого Наставника-Меча…». И так продолжалось до сих пор, хотя с их возвращения прошло уже три дня. Из тридцати шести воинов Крыла Демонического Света десять были белыми, и для воина такого уровня было неслыханно в одиночку справиться с целым филиалом Кровавого Культа. Дошли даже слухи, что он может стать самым молодым синим воином, добившись этого в кратчайшие сроки. — Да, я сейчас поднимусь. Чон Ён Син почтительно сложил руки. Каждый раз, когда он слышал похвалу в свой адрес, он старался держать себя ещё более праведно. Он не думал, что абсолютный мастер, не пользующийся уважением, сможет когда-нибудь занять пост Главы Клана Божественного Меча. Возможно, благодаря этому отношение к нему с каждым днём становилось всё лучше. Настолько, что он и сам порой ощущал это тепло. *«Новое задание?»* Хоть воинам Императорской Крепости, вернувшимся из дальнего похода, и полагался месяц отдыха, он не слишком верил в это правило. Разве можно предсказать, что случится в мире боевых искусств? — Входи. Как только он поднялся на верхний этаж, раздался низкий голос Ма Чжина. Он, похоже, сразу почувствовал его приближение. И это несмотря на то, что Чон Ён Син постоянно тренировался, дабы поступь ветра и древесного листа стала частью его єства. Восхитившись чутьём Главы, он открыл дверь и вошёл в комнату. И тут же слегка замер. Лицо Ма Чжина было предельно серьёзным. Казалось, шрам, пересекавший его лицо, застыл намертво. — Что-то случилось? Важное задание? — Хоть ты и добился беспрецедентных успехов, тебе ещё рано поручать по-настоящему важные задания Крыла Демонического Света. Но ожидания, конечно, велики. Шрам на его лице дёрнулся. Похоже, это была попытка Ма Чжина изобразить ободряющую улыбку. — Это не задание. Но и с обычным заданием не сравнить. Владыка велела привести тебя к ней. — Владыка Крепости?.. В его сознании возник образ абсолютной правительницы с зелёными глазами. Это было непостижимо. — Разве бывали случаи, чтобы Владыка снова вызывала белого воина, уже прошедшего собеседование? — Отсутствие прецедентов и тревожит меня. Её замыслы совершенно невозможно предугадать. Ма Чжин с мрачным лицом сделал знак рукой. — И всё же медлить нельзя. Идём. Он последовал за Ма Чжином, который шёл впереди, и они покинули здание Крыла Демонического Света. До главной цитадели, где обитала Владыка, было довольно далеко. Даже идя быстрым шагом вровень с Ма Чжином, Чон Ён Син потратил на дорогу столько времени, сколько ушло бы на то, чтобы выпить чашку чая. Всё внимание окружающих было приковано к нему. Возможно, дело было в шраме Убийцы из Преисподней (Нараксаля) Ма Чжина, облачённого в чёрную форму воина Крепости. Каждый узнавал главу Крыла Демонического Света, который, по слухам, оставлял после себя на полях сражений картины ада. И в то же время взгляды приковывал и юноша, шедший в полушаге позади него. — Это Искусство Вспышки из Крыла Демонического Света. — Тот, что убил Кровавого Наставника-Меча?.. — Он выглядит ещё моложе, чем я думал. К тому же, как говорили, юноша в белой форме воина был во всей Императорской Крепости один — Чон Ён Син. Было всё ещё непривычно, что незнакомые люди узнают его. Чон Ён Син сохранял бесстрастное выражение лица и молча следовал за Ма Чжином. Вскоре они достигли главной цитадели, где он когда-то проходил последнее испытание. — Идём. Ма Чжин без колебаний вошёл внутрь, и стража не остановила его. Было неясно, что тому причиной: авторитет чёрного мастера Императорской Крепости или же их вера в могущество Владыки. Они поднялись по длинной-длинной лестнице и оказались перед покоями Владыки. В тот же миг двери сами собой распахнулись. Прохладный ветерок коснулся щеки Чон Ён Сина. Первой, кого он увидел, была, конечно же, она. Владыка Крепости сидела, прислонившись к стволу дерева, что пронизывало кабинет, словно гигантская змея. Её тёмно-зелёные глаза, глубокие, словно вобравшие в себя все моря мира, скользнули по Ма Чжину и остановились на Чон Ён Сине. Она слегка приподняла свою мертвенно-бледную, гладкую руку, по которой и не скажешь, что она принадлежит обладательнице боевого искусства, достигающего небес. — Подойди. — Приветствую Владыку. Повторив за Ма Чжином приветственный жест, Чон Ён Син наконец заметил других присутствующих. Два человека. Первым в глаза бросился старик. Острый взгляд, могучее телосложение. Абсолютно белая борода, без единого тёмного волоска, ниспадала до самой груди. На его крепком теле было пурпурное одеяние с необычным стоячим воротником. Это очень шло к его суровому и проницательному облику. *«Мастер в пурпурном, чья сила превосходит даже мощь Главы».* Если бы не Владыка, его мощная аура, окутывавшая всё тело, казалась бы подавляющей. Рядом с ним стоял какой-то юноша. Выражение его лица было немного надменным, но он был хорош собой. Он молча смотрел на Чон Ён Сина своими яркими, выразительными глазами, и во взгляде этом чувствовался вызов. — Так ты и есть то самое Искусство Вспышки из Крыла Демонического Света. Я — Ма Ён Чжок, некогда возглавлявший Клан Божественного Меча, — произнёс старик в пурпурном. Голос его был полон мощи. Такой, что, не будь в центре Владыки, он наверняка назвал бы себя «этот достопочтенный». — Мой внук захотел увидеть мастера своего возраста, и я обратился к Владыке. Приятно познакомиться. Пропустив слова Ма Ён Чжока мимо ушей, Чон Ён Син посмотрел в другую сторону. Владыка молчала. Лишь уголки её губ слегка приподнялись, словно говоря: «Действуй сам». — *Если пожелаешь, я выступлю свидетелем.* Это была не телепатия. Не ощущалось ни малейшего потока ци. Голос прозвучал в самой глубине сознания, словно исходя из его первоосновы. Быть может, это и есть «Сердечное Слово Света Мудрости», которым, по слухам, владели величайшие буддийские святые? *«Почему она так добра ко мне?»* Чон Ён Син, озадаченный, посмотрел на своего деда по материнской линии. #