Нрав столичного аристократа был поистине отвратителен. Даже если не вспоминать его язвительные слова о «равном распределении благодати», которые Ли Цыин слышала столько раз, что уже воспринимала как собачий лай.
А сейчас, едва она перекинувшись парой слов с домочадцами и выйдя за ворота усадьбы, она увидела в ночном тумане несколько светящихся фонарей вдалеке. Подойдя ближе, она узнала своего старого знакомого Ци Кэ, который держал за поводья трёх рослых боевых коней у выхода из переулка.
Фонари, прикреплённые к сёдлам, отбрасывали мягкий золотистый свет, растворяющийся в ночи, и их отблески тихо ложились на чёткие складки одежды Сяо Инвэня с вышитыми журавлями. Ли Цыин опустила взгляд на собственный рукав с тем же узором, и её глаза на мгновение стали холоднее.
— Госпожа Ли, — почтительно поздоровался Ци Кэ и протянул ей какой-то предмет.
Тяжёлая бронзовая рыбная бирка! При свете фонаря она разглядела чёткую надпись: «Личный охранный знак Летящего Пера Великой Вэй — дарован императором».
Пальцы Ли Цыин дрогнули, когда она вспомнила, что, представая перед лицом государя в Зале Тайхэ, ей пожаловали лишь нитку драгоценных бус — никогда прежде она не удостаивалась императорских даров.
Всё было подготовлено заранее: одежда, кони, верительная бирка. Они изначально планировали взять её с собой, но продолжали разыгрывать этот фарс, заставляя её унижаться и льстить. Как же ему не надоедает это высокомерное позёрство!
Несмотря на то, что её негодование, казалось, окутало его с головы до ног, Сяо Инвэнь сделал вид, будто ничего не замечает. Он поправил её лицевую накидку и, глядя на её разгневанное лицо, бросил Ци Кэ:
— Отныне она — инспектор Ли Чжао, направленный из столицы. Будь внимателен и не путай имена.
— Слушаюсь, — ответил Ци Кэ.
Ли Чжао? Насторожившись, Ли Цыин подняла голову, но тот лишь равнодушно спросил:
— Что, господин посланник, у вас есть возражения?
Имя «Ли Чжаочжао» ещё не появилось в этом мире, так что это могло быть просто совпадением. Однако Ли Цыин испытывала странное, необъяснимое чувство.
Всё заставляло её чувствовать себя будто в тумане: и одинаковые узоры на их одежде, и имя «Ли Чжао» из его уст, и почтительное «господин посланник» от Ци Кэ.
Но размышлять ей не дали. Сяо Инвэнь вскочил в седло и, натянув поводья, уже собирался трогаться, когда заметил, что она всё ещё стоит на месте.
— Или господин посланник разучился ездить верхом? — язвительно спросил он. — Может, позовём префекта Пэя, чтобы он посадил вас перед собой?
Ци Кэ вздрогнул, потому что что-то было не так — наследник внезапно заговорил с необычной жестокостью. Непонятно, чем Ли Саньнян его разозлила, но ситуация становилась опасной.
Что касается Ли Цыин, она уже почти привыкла к перепадам настроения «этого человека». Теперь, когда на ней были шёлковые одежды, а в руках — поддельный верительный знак, она и без того нажила себе смертные грехи. Пусть себе Сяо Инвэнь язвит сколько угодно — главное, чтобы ей удалось сохранить жизнь.
Даже не утруждая себя ответом, она внимательно осмотрела коня. Вороной скакун, которого привёл Ци Кэ, был слишком высок. Даже встав на стремя, она не могла дотянуться до седла. Но это не стало для неё проблемой, потому что, глубоко вдохнув, она оттолкнулась от стремени и, лёгкая как ласточка, взмыла в воздух, чтобы мягко опуститься в седло. Затем она подняла голову и посмотрела на них.
Может быть, это было игрой ночного света, но ей показалось, что в чьих-то глазах на мгновение мелькнуло одобрение и снисходительность.
Но когда она прищурилась, чтобы разглядеть лучше, Сяо Инвэнь уже не дал ей шанса, развернув коня с холодным выражением лица и оставив её позади, лишь его стройный силуэт виднелся впереди.
Фу, невелика важность! Кому вообще нужно на него смотреть? Крепче сжав поводья и проверив, на месте ли рыбная бирка, Ли Цыин собралась с духом и направила коня вслед за ними.
Прибыв в Сучжоу, Сяо Инвэнь и его люди официально остановились в северном гостевом доме, хотя на самом деле Фу Сюань и другие уже отправились отслеживать Цзи Цинъяо в Долину Алых Скал на юге.
Местность здесь была необычной, представляя собой непрерывную цепь крутых скал, где на стыке холмов и горных вершин зияли внезапные обрывы. За века сотни неосторожных путников сорвались здесь в темноте и разбились насмерть.
Только благодаря тому, что «господин посланник Ли» знал дорогу как свои пять пальцев, им удалось, петляя каждые три-пять шагов, избежать всех опасных расщелин и найти временный лагерь Фу Сюаня на скале.
Увидев вдалеке палатки, спрятанные за небольшим холмом, Ци Кэ наконец понял, как мудро поступил наследник, разыскав Ли Саньнян, потому что без неё найти это проклятое место было бы куда сложнее.
Что же до Ли Цыин, то лишь спустившись с коня и войдя в главную палатку, она осознала, что имел в виду Сяо Инвэнь под словами «Чжуан Чун убил моих людей, и эту обиду нельзя оставить без ответа». Почти все, кто отправился с ними в Безбрежное Песчаное Море, погибли. Теперь здесь были в основном солдаты, которых Сяо Инвэнь тайно привлёк из лагеря Цишань — все незнакомые лица.
Появление же «ревизора» никого не удивило. Разве столица не назначала сотни таких инспекторов каждый год? Только «инспекторов по дыням» могло быть человек десять. А после происшествия с господином Фу в Лунси отправка чиновника из Западной столицы была самым обычным делом.
Обновлено: 20.01.2026