Для представителя знатного рода Лои вроде Пэй Тинханя самовольно врываться в женские покои уже было дерзостью, а прикасаться к самой госпоже считалось неслыханной вольностью. Если раньше, когда их чувства были взаимны, это ещё можно было списать на минутную слабость, то теперь, когда между ними повисло столько недоговорённостей, он не имел права даже помышлять об этом.
Пэй Тинхань поспешно отдернул руку.
— Нельзя, — пробормотал он, запинаясь. — Если тебе, Саньнян, нужна помощь, я сейчас же позову служанку.
Вспомнив, что Пянь Юй — всего лишь наёмница из Усадьбы Тяньло, он добавил:
— Если она покажется тебе недостаточно расторопной, я пришлю к тебе других, более умелых!
Он поднялся, но не решался уйти, закусив губу и напрасно ожидая ответа. Лишь после долгой паузы Ли Цыин равнодушно бросила:
— Ох уж не беспокойся, префект! Нынче ты раскрыл дело о государственной измене наместника Чу и стал приближённым самого великого воеводы, так как же я смею, вспоминая былые дела, мешать твоему восхождению?
Её колкие слова вонзились, как заточенное шило. Пэй Тинхань почувствовал, как в горле встал ком, и, отвернувшись, шумно втянул нос, прежде чем ответить:
— Я не признаю твоих обвинений, Саньнян.
— Если бы у тебя не было таких мыслей, — фыркнула Ли Цыин, — зачем тогда на Проспекте Алой Птицы ты смотрел на меня, словно на незнакомку?
— Да потому что... — Он резко оборвал себя на полуслове, затем пробормотал угрюмо: — Потому что из-за того случая у меня на душе скребут кошки.
И не просто скребут! Пэй Тинхань гневно сверкнул на неё глазами.
— Всякий раз, как вспоминаю, меня переполняют обида и досада, пропадает сон и аппетит!
Он опустил веки, и поток жалоб хлынул, как из прорванной плотины. Его тёмные глаза влажно блестели, будто на грани слёз. Ли Цыин пришлось ущипнуть себя за бедро, чтобы не рассмеяться, ведь мужчины вечно зациклены на одном и том же. Ах, если бы не это проклятое обаяние наследника Сяо с его нежными руками и сладкими речами, которые она, глупая, несколько раз позволяла себе поощрять в минуты слабости!
Но стоило Пэй Тинханю случайно подслушать эти нежности, как мир рухнул. Ли Цыин вздохнула и отвела взгляд:
— На берегу Жохо ты пожелал мне счастливого пути, и я, дурочка, поверила. А между тем ты собственными глазами видел, как я, скрипя сердцем, унижалась, будучи не в силах поступить иначе...
Голос её дрогнул, она отвернулась, не в силах сдержать рыдания. Её плечи мелко дрожали.
— Что бы я ни делала для наследника Сяо, я остаюсь всего лишь постыдной наложницей! Неужели ты, услышав пару неискренних слов, всерьёз решил, что я добровольно согласилась на эту роль?!
Её всхлипывания заставили Пэй Тинханя внутренне ахнуть, ведь он никогда не говорил ничего подобного. Но сейчас, когда она рыдала, было не до выяснений.
— Ладно, ладно, виноват, всё моя вина, — сдался он, сделав полшага назад к ложу. — Ты же больна, не стоит так волноваться.
Он достал шёлковый платок и, опустившись на колени, протянул его:
— Давай сначала успокоимся, хорошо?
Но Ли Цыин, разозлённая, лишь взглянула на платок и оттолкнула его руку.
— И как это префект удостоил свою вещицу прикоснуться к такой, как я? А, ну да, вам не жаль — сожжёте потом, и дело с концом.
Таких слов Пэй Тинхань явно не ожидал. Его лицо потемнело.
— Ругай меня, если злишься, но зачем так говорить о себе? — Он вздохнул. — Я обижен совсем не из-за этого...
— Тогда из-за чего? — Ли Цыин убрала слёзы с ресниц, насторожившись.
Пэй Тинхань горько усмехнулся.
— Я ведь подробно объяснил в письме, что имя "Ли Чжаочжао" выбрано не просто потому, что оно символизирует новую жизнь. "Минъе" — моё второе имя, а "Чжаочжао" созвучно с ним. Это была наша общая тайна.
Даже их музыкальный дуэт с наследником Сяо не ранил его так, как тот момент, когда он услышал, как она сама называет себя этим именем. Воспоминание вновь пронзило его, и Пэй Тинхань, подавив ком в горле, откинул голову, чтобы слёзы не вытекли.
— Слов в языке много — почему именно эти ты отдала ему?
Ах, вот оно что! Ли Цыин вдруг поняла. Она действительно назвалась так в тот день с наследником Сяо? Память подводила, но, быстро сообразив, она нашла выход.
— И ты действительно считаешь меня способной на такое? — возмущённо воскликнула она. — Как низко ты обо мне думаешь!
Пэй Тинхань ошалел, ведь это же чистой воды клевета! Будь на её месте кто-то другой, он бы давно развернулся и ушёл.
— Мои уши ещё не отупели, — сквозь зубы произнёс он. — Я отчётливо слышал всё под тем окном!
Ли Цыин вскочила, задыхаясь от ярости.
— Если так, зачем ты пришёл? Оставь меня умирать — какое тебе дело?!
Пэй Тинхань мрачно отвернулся.
— Да, мне не следовало приходить. Разочаровал тебя, да ещё и довёл до слёз — двойной проступок.
Она схватилась за грудь, едва переводя дыхание.
— Это ты обвиняешь меня! А знаешь ли ты, откуда наследник Сяо взял это имя? Он дал мне медную бирку для дел, и на ней было выгравировано "Ли Чжао"!
— ...Ли Чжао? — Пэй Тинхань не мог поверить своим ушам. Неужели совпадение?
Обновлено: 20.01.2026