Глава 3 — 3

— Ты так и планируешь провести весь день у дверного проёма, любуясь оконной рамой, или, может, всё-таки войдёшь? Я обернулся и увидел её, сидящую за столом с книгой в руках. Как всегда, она выглядела так, будто только что сошла с обложки журнала о моде. Её взгляд был направлен на меня, но в нём читалось скорее раздражение, чем интерес. — Юкиношита, — начал я, — если бы закаты были такими же холодными, как твои замечания, я бы, наверное, уже замёрз насмерть. Она слегка приподняла бровь, явно не впечатлённая моей попыткой остроумия. — Всё ещё пытаешься острить, да? — она закрыла книгу и положила её на стол. — Но, к сожалению, твои остроты так же банальны, как и твоя привычка заниматься чем угодно, только не чем-то полезным. В этот момент раздался весёлый голос: — Ой, вы опять ссоритесь? — это была Юигахама. Я повернулся и наконец заметил её, сидящую рядом с Юкиношитой. Она улыбалась своей солнечной улыбкой, а в руках у неё был стакан с чаем. — Yahallo, Хикки! — она махнула мне рукой, словно только что появилась, хотя, судя по всему, была здесь всё это время. — Юигахама, — вздохнул я, — мы не ссоримся. Мы просто... обмениваемся мнениями. — Обмениваетесь мнениями? — она удивлённо вскинула брови, явно сомневаясь в моих словах. До сих пор не понимаю, она таким жестом действительно удивляется или уже просто актёрствует? — Это твой новый способ сказать, что вы опять ссоритесь? — Ну, знаешь, иногда полезно просто остановиться и посмотреть на мир вокруг, — ответил я, пытаясь сохранить серьёзное выражение лица. — Может, тебе стоит попробовать. Хотя бы раз в жизни. Юкиношита усмехнулась: — О, как трогательно. Хикигая, философствующий о красоте мира. Юигахама засмеялась: — Ну, вы двое точно никогда не изменитесь. Хикки, садись и перестаньте спорить! А то я уже устала слушать, как вы друг друга подкалываете! Я пожал плечами и сел на своё обычное место. Юкиношита снова открыла книгу, но её взгляд всё ещё был направлен на меня. Юигахама, как всегда, сияла, словно маленькое солнце, и, кажется, была совершенно довольна тем, как всё получилось. Я снял рюкзак и достал оттуда книгу. На обложке красовалось название: "Кафка на пляже" Харуки Мураками. Я провёл пальцем по корешку, вспоминая, почему я выбрал именно эту книгу. Говорят, в этой книге есть что-то... особенное. Она как будто говорит о вещах, которые ты всегда чувствовал, но никогда не мог выразить словами. Одиночество, поиск себя, странные совпадения...Но при этом, эти странные обстоятельства так хорошо складываются,будто сон. Хм. Примерно такие же ощущения у меня были после прочтения "Замка" Кафки. Может поэтому книга так и называется? Я открыл книгу на странице, где остановился, и начал читать.  ХХХ Судьба иногда похожа на песчаную бурю, которая все время меняет направление. Хочешь спастись от нее – она тут же за тобой. Ты в другую сторону – она туда же. И так раз за разом, словно ты на рассвете втянулся в зловещую пляску с богом смерти. А все потому, что эта буря – не то чужое, что прилетело откуда-то издалека. А ты сам. Нечто такое, что сидит у тебя внутри. Остается только наплевать на все, закрыть глаза, заткнуть уши, чтобы не попадал песок, и пробираться напрямик, сквозь эту бурю. Нет ни солнца, ни луны, ни направления. Даже нормальное время не чувствуется. Только высоко в небе кружится белый мелкий песок, которым, кажется, дробит твои кости. Вообрази себе такую бурю. [...] Ты конечно же, выберешься из этой жестокой песчаной бури. Метафизическая, абстрактная, она, тем не менее, словно тысячей бритв, немилосердно кромсает живую плоть. Сколько людей истекают кровью в этой буре? Твое тело тоже кровоточит. Течет кровь – теплая и красная. Ты набираешь ее в ладони. Это и твоя кровь, и чужая. Когда буря стихнет, ты, верно, и сам не поймешь, как смог пройти сквозь нее и выжить. Неужели она и впрямь отступила? И только одно станет ясно. Из нее ты выйдешь не таким, каким был до нее. Вот в чем смысл песчаной бури... ХХХ Взяв небольшой перерыв я поднял глаза и посмотрел вокруг. Последние лучи солнца мягко освещали комнату, окрашивая всё в тёплые, золотистые тона. Юкиношита, как всегда, была погружена в свою книгу, а Юигахама, кажется, занималась чем-то на своём телефоне, изредка поглядывая в мою сторону. Всё было спокойно. Уютно. Я снова взглянул на книгу, она вызвала во мне очередной приступ неконтролируемой рефлексии: хоть меня и затащили в этот клуб насильно, сейчас я могу сказать, что это место стало для меня чем-то большим. Не просто комнатой, где мы убиваем время после уроков, а настоящим пристанищем. Местом, где я могу быть собой. И, как ни странно, это ощущение было... приятным. Я расплылся в нежной улыбке, но, чтобы скрыть её от остальных, опустил голову вниз. ....?! В этот момент я заметил, что моя рубашка в районе живота начинает краснеть. Сначала я подумал, что это просто игра света, но затем почувствовал — боль. Острая, пронзительная боль, которая заставила меня резко встать со стула. — Со мной что-то не так, — произнёс я, стараясь сохранить спокойствие, но голос выдавал мою тревогу. Юкиношита подняла глаза от книги. Её взгляд скользнул по стулу,на котором я сидел секунду назад, и вместо того чтобы сразу среагировать, она холодно произнесла: — Нет, я думаю, тебе всё-таки стоит потренироваться перед зеркалом и хотя бы попытаться улыбаться не так мерзко. — А мне даже нравится, — добавила Юигахама, улыбаясь своей солнечной улыбкой. — Она очень... искренняя. Да! Я хотел ответить, но боль становилась всё сильнее. Мои ноги подкосились, и я упал на пол. Зрение начало сужаться, края комнаты расплывались, как будто кто-то выключил свет. — Ребята, вы что, не вид...Кхарх! — Кровь начала литься сильнее, и я почувствовал, как она течёт изо рта. В голове начался гул.Последнее, что я увидел, были их лица — Юкиношита, всё ещё скептически приподнявшая бровь, и Юигахама, которая продолжала улыбаться, как будто ничего не происходит. И тогда я понял. — Точно...Я  умер.