Шушоу с трудом продвигалась вперёд. Ночью она спала, спрятавшись за валуном. На рассвете она снова отправилась в путь, разыскивая оставленные ею метки. Исходя из возможных предложений, словно под влиянием чей-то насмешки, она лишь удалялась от дороги.
– Каким неприятностям я себя подвергла, – пробормотала она. – Что я должна теперь делать?
Тень пересекла ей дорогу.
Она отреагировала прежде, чем её осенила здравая мысль, бросившись к ближайшему валуну и забившись в угол между скалой и землёй. Только сжавшись, они осознала вероятность возможной атаки.
Шушоу услышала необычный крик над головой и всё, что ей удалось, это посмотреть наверх. Она увидела силуэт крыльев в воздухе. Среди паломников никто не ехал на крылатых киджу. Большая обезьяна должна быть мертва. Другие йома начали стекаться в борьбе за эту территорию.
Рико указал на кое-что приметное на равнине:
– Ганкью, смотри…
Ганкью перевёл взгляд и увидел горку камней.
– Метка? Это Шушоу?
– А кто ещё? Посмотри, как последовательно они расположены. Все три метки образуют прямую линию.
Рико прошёл мимо него и указал на следующую. Он присел на корточки, чтобы получше их рассмотреть, и увидел, что камни сложены одни поверх других. Что точно не являлось природным образованием.
– Здесь метки заканчиваются. Она прекратила движение и вернулась обратно. Ещё немного, и она преодолела бы возвышенность и увидела разожжённые костры.
Ганкью посмотрел через плечо. За ним находился склон утёса. Взберись она на него, перед ней предстала бы повозка и свет огней лагерных костров. Следуя за метками вниз по склону, они обнаружили первый знак на верхушке валуна, недвусмысленно украшенный веткой с ближайшего кустарника.
– Должно быть, это отправная точка.
Ориентировочные знаки расходились лучами в пяти направлениях от валуна.
– Эта девочка не обделена умом, – Ганкью мельком взглянул на ближайший куст. – Рико.
Он устремился к зарослям. Полоска от рукава её кимоно была привязана к ветке. Ганкью огляделся вокруг и бегом направился к низине на другой стороне чащи. Во впадине на скале была небольшая расщелина. Ганкью опустился в неё. Она была тесновата для него, но он получил хороший обзор внутри.
– Она здесь?
– Нет, – Ганкью вылез из ущелья и оглядел окрестности. – Но она была здесь и выбралась наружу. Это должна быть Шушоу. Взрослый человек не достал бы до дна.
– В каком направлении она пошла?
– Трудно сказать. Ни в ущелье, ни в траве на равнине нет углублений, значит, она не искала воду.
– Сколько она сможет обходиться без воды?
– В лучшем случае три дня.
– Один день уже прошёл.
– Детскими шагами она не могла далеко уйти, принимая меры против нападений йома.
Шушоу уснула за скалой. Ближе к вечеру она снова отправилась в путь. Она проголодалась, устала и хотела пить. И, в дополнение ко всему, чувствовала себя весьма отвратительно.
Но продолжать движение лучше, чем бездействовать, хотя она не была уверена, что ей делать, куда идти и сможет ли она отыскать караван. Равнина не предоставляла многообещающих ориентиров, только обширные площади травы и кустарника, прерываемые поблекшей землёй, усеянной валунами. Полное отсутствие рельефных особенностей лишь прибавляло путаницы.
Шушоу набрала камней и нацарапала метку на скале, под которой пряталась, затем разместила камни так высоко, как только смогла дотянуться, и сломала ветку с ближайшего куста. Такое сочетание знаков, по крайней мере, послужит ей сигналом, если она начнёт ходить кругами.
Девочка вздохнула:
– Я это делаю только чтобы поднять себе настроение.
Каждый раз, когда она останавливалась, чтобы отдохнуть, она размышляла, нужно ли ей оставаться на месте и надеяться, что кто-нибудь её случайно найдёт, или двигаться дальше. Она продолжала идти, пока не истощила силы. В какой-то момент её осенило, что это лишь напрасная трата времени.
«Прежде всего, мне никогда не следовало покидать пещеру. Если там меня никто не найдёт, то не отыщет уже нигде».
Она громко сказала:
– Ничего не изменишь. Я должна перестать себя ненавидеть.
Теперь единственным приемлемым вариантом было вернуться к дороге. Но на пустой желудок и без чулок, она не горела желанием следовать этому плану. Ночью ветра стали холодными.
Шушоу отчаянно плелась по равнине, её душевное состояние омрачалось раскаянием и тревогой. Во время своих бесцельных скитаний она снова упала на землю в тот момент, когда услышала человеческий голос, который её окликнул.
– Эй!
Шушоу вскочила и осмотрела сумрачную равнину.
– Эй!
Это был человеческий голос, радостный и в то же время жалостливый. Поскольку кто-то пришёл, чтобы разыскать его.
Где-то позади неё снова донёсся крик, и она в свою очередь ответила:
– Сюда! Я здесь!
Она устремилась в направлении голоса. Вероятно, заплутавший мужчина не слышал её, отчего он лишь повторялся. Он казался ошеломлённым и одиноким. Возможно, он убегал, преследуемый шуеном и, подобно Шушоу, сбился с пути. Для неё это было бы замечательно. Пересекать равнину вместе с попутчиком гораздо приятней.
– Где ты? Я здесь!
– Где ты?
Должно быть, он услышал её. Шушоу на ходу огляделась по сторонам. Несмотря на боль в ногах и физическое истощение, ей казалось, что она летит над землёй.
– Я здесь! – прокричала она так громко, как только смогла.
Далеко впереди она мельком увидела человеческий силуэт, припавший к скале. Вероятно, он всё ещё её не заметил, поэтому его голос исходил от каменной стены.
– Где ты?
– Я иду! – ответила Шушоу на бегу.
Голова человека внезапно появилась из-за скалы:
– Я здесь!
Она не могла различить лица с такого расстояния. И не узнала его голос. Должно быть, он один из более ранних жертв шуена, который спасся и, так же, как и Шушоу, затерялся в дикой глуши.
– Ты один?
– Один.
– Я тоже потерялась.
– Я тоже.
Мужчина поднял руку из-за валуна. Глаза на незнакомом лице сузились. Он выглядел улыбающимся.
– С тобой всё хорошо? Ты не ранен?
– Не ранен.
Внезапно ударил ветер. Словно столкнувшись со встречным порывом, она замедлила шаг.
– Хм… Ты пришёл с господином Шицу?
– С господином Шицу.
Мужчина не сдвинулся с места, только выглянул из-за скалы и высунул руки.
– В чём дело? Что ты делаешь?
– Делаешь?
– Как… тебя зовут?
– Как тебя зовут?
– Ты должен это знать.
– Должен это знать.
Следующий шаг Шушоу сделала в противоположном направлении. Она начала медленно пятится назад:
– Эй, ты ведь из свиты господина Шицу?
– Господина Шицу.
– Ты знаешь имя господина Шицу, верно?
– Верно.
Шушоу отошла ещё дальше:
– Ты ведь не забыл его?
– Не забыл его.
Холодный озноб пробежался по её спине. Изогнувшись так, чтобы не потерять камень из виду, Шушоу повернулась назад. Его руки были подняты, мужчина наблюдал за ней.
– Эй!
Что-то ужасное исходило от мужского голоса. Она запнулась и упала на землю. Мужчина вытянул голову за скалу и взмахнул руками. Шушоу опёрла дрожащие руки о землю и попыталась встать.
Человек снова двинул руками. Затем его не стало, он просто исчез. Шушоу осознала это мгновением позже. Он подпрыгнул в воздух так высоко, как только смог, преодолев скалу в один прыжок, и приземлился рядом с ней.
– Эй! – воскликнуло мужское лицо без намёка на человеческие эмоции.
Он был получеловеком. Толстая шея, развитые плечи и длинные, крепкие ноги. Чешуя покрывала нижнюю часть его тела вплоть до когтистых птичьих лап. Позади него оземь ударил змеиный хвост.
Шушоу закричала. Она инстинктивно подняла руку, затем нагнулась, схватила горсть земли и метнула её в лицо хищника. А затем камень. Девочка бросилась назад, швыряя всё, что попадётся под руку.
Она поднялась и побежала. Хищник схватил её за волосы. Она отчаянно извивалась, ей удалось высвободиться и рвануть со всех ног… прямо к валуну.
Она оттолкнулась от камня, а затем обогнула его. Хищник ловко перепрыгнул и через девочку, и через скалу. Шушоу пыталась бежать, но зверь схватил её за голову и потащил назад, оторвав ноги от земли.
Большая каменная плита располагалась прямо перед ней.
Сперва Шушоу решила, что это был её собственный крик. Камень сдвинулся вперёд. Её разум замер в оцепенении. Шушоу вытянула руки. В такой ситуации внезапный удар вызвал у неё головокружение. Девочка резко упала назад. Но всё, что она ощущала в тот момент, это полное недоумение.
Ещё один крик раздался в воздухе. Земля под ней затряслась. Она побежала к валуну, когда бледный объект упал прямо с неба.
Потребовалось некоторое время, чтобы осознать произошедшее.
Бледный объект имел мускулистые руки, оголённые до локтей. Йома попытался ударить девочку той же рукой, которой держал за голову, как будто размахивал дубинкой, но тут же лишился своей руки.
Она подняла глаза. Хищник повернулся к ней спиной. Зверь скорчился от боли и пошатнулся, его быстрый хвост стегнул Шушоу подобно хлысту.
Хищник снова издал пронзительный визг. На этот раз Шушоу знала, что он исходил не от неё. Рёв, возглас ярости, который мог быть с лёгкостью принят за человеческий. Он припал к земле, размахивая оставшейся рукой. Кончик меча пронзил его спину. Лезвие выступило наружу.
В этот момент кто-то пронёсся рядом с ней и оттащил в безопасное место. Она подняла взгляд и увидела Рико, смотрящего не неё.
– А…
Она едва ощутила облегчение, когда хвост глухо ударил по скале рядом с ними, последовав за телом хищника, отскочившего от скалы и с грохотом упавшего на землю.
– Эй! – силуэт, стоявший у ног поверженного йома, окликнул её. – Ты жива?
Шушоу попыталась ответить, но не смогла выдавить ни слова и лишь кивнула в ответ.
– Небеса помогают мне, ты и впрямь самая удачливая девчонка на свете.
Шушоу не могла не согласиться, поэтому снова кивнула.
– В чём дело? Что с твоими ногами? – он взмахнул мечом, словно стряхивая росу, и вложил его в ножны.
– На самом деле, я самая глупая девчонка на свете.
На что Ганкью лишь вскинул брови.
– Я так испугалась…
Слова покинули её. Остальное свелось к рыданию. Она крепко сжала колени и закрыла лицо руками. Тяжёлые шаги достигли её. Ганкью нагнулся, схватил её за ворот со спины и поднял на ноги:
– Вставай. Мы выбирается отсюда.
«Прямо как своенравная кошка», – не могла не думать про себя Шушоу. Она широко раскрыла глаза:
– Ганкью! Твоя нога!
– Да, – сказал охотник с огорчённой улыбкой. – Я сплоховал. Эта тварь вырвала из меня кусок своим когтем.
Обновлено: 15.02.2026