— При такой площади сбор урожая раз в неделю – самый оптимальный средний показатель, если учитывать интенсивность труда и период созревания. — Трудовая эффективность превыше всего.
Цифра в пятьдесят килограммов продукции ежемесячно не была взята с потолка.
Это было выверенное значение, результат точных расчетов и нескольких проб и ошибок. Идеальный баланс, учитывающий затраченное время, объем урожая и, конечно же, качество грибов мацутакэ.
— По четыреста пятьдесят тысяч вон за килограмм… Пятьдесят кило в месяц – это двадцать два миллиона пятьсот тысяч вон дохода. — Ха Су Ён прикинул в уме. — А если вычесть расходы на жизнь, бензин туда-обратно, траты на содержание плантации с запасом? Ну, допустим, чистая прибыль составит около двадцати миллионов. А еще подоходный налог, медицинское страхование, пенсионные взносы… Да и на личные нужды остаться должно. С такими темпами здание в Чхондам-доне мне не светит. Так не пойдет.
Ха Су Ён тут же отправился на задний двор к Серебряному Божественному Древу. Закатав рукава, он уверенно позвал:
— Отец!
— Пришел, сын мой. — Отозвалось дерево.
— Кажется, я подрос. Уверен, что смогу без проблем принимать по две капли Эликсира в день. Надеюсь на твое мудрое решение. Давай, отец, дай мне больше Эликсира!
— Похвально. Я высоко ценю твое рвение.
— Значит?
— Но нельзя, сын. Самое опасное время – когда кажется, что ты привык к боли. Стоит в такой момент допустить ошибку, оступиться – и можно уйти навсегда. — Одна из веток внезапно изогнулась, словно рука, и полоснула по воздуху, имитируя жест перерезания горла. — Одна капля ежедневно! И только раз в неделю – две! Итого восемь капель в неделю. Больше нельзя! И я говорю это только ради твоего же блага!
— Да брось, отец. Если ты действительно печешься о моем благе, не лучше ли назначить усиленный курс, чтобы я поскорее перестал быть обычным человеком? Ты что, не знаешь, что сейчас в моде опережающее обучение, раннее развитие и досрочные стажировки за границей?
— Глупец, один только прием Эликсира – это уже обучение с колоссальным опережением. Кандидат, который был до тебя, принимал всего по капле в неделю, но не прошло и полгода, как он окончательно лишился рассудка. А ведь это было всего триста тысяч лет назад.
— Что? Что ты сказал?
Ха Су Ён замер. Ему ведь не послышалось?
Одна капля в неделю? И тот бедолага сошел с ума меньше чем через полгода?
— И при этом ты с самого начала решил давать мне по капле в день?
— Я посмотрел на твою реакцию после первой дозы и решил, что одна капля в день тебе вполне по силам.
— Постойте… Так насколько же сильно страдал тот мой предшественник из прошлого?
Ха Су Ён вспомнил, как после самой первой (и пока единственной ударной) дозы Эликсира он едва не скончался от агонии. Он провалялся в беспамятстве больше полусуток, прежде чем смог прийти в себя.
И при этом отец счел нормальным давать ему по капле ежедневно?
А тот парень, что пил по капле в неделю, сошел с ума через шесть месяцев?
— Ты что же… так и оставил того сумасшедшего на произвол судьбы?
— Разумеется, я его вылечил. Хоть ему и не доставало талантов, он был милым ребенком и дерзко заявил, что хочет стать Богом Франшизы. Как я мог его бросить?
— Дерзко заявил? Значит, он мне не брат?
— Верно. Я не принимал его в семью. Я просто хотел вздремнуть пару десятков тысяч лет на планете Порог, а он оказался принцем в изгнании, бежавшим из своей страны из-за переворота. Мне стало его жаль, я немного помог, но усыновлять не стал.
— Почему?
— Как я мог его усыновить, если его мать была жива-здорова? Просто побыл немного его опекуном, вот и все.
Слыша, как отец буднично называет десять тысяч лет «коротким сном», Ха Су Ён в очередной раз осознал: его отец действительно бог.
— Но это всё пустые разговоры. В общем: по одной капле в день, и раз в неделю – две. Больше ни-ни. Понял?
«Черт, так дело не пойдет. С двадцатью миллионами в месяц о здании в Чхондам-доне можно даже не мечтать», – подумал Ха Су Ён.
Как купить недвижимость, аренда которой приносит в десять, а то и в десятки раз больше, чем он зарабатывает? С такой арифметикой справится даже детсадовец.
— Отец, а кроме Эликсира больше ничего нет? Чтобы стать великим Богом Франшизы, правящим вселенной, разве не нужно проходить какие-нибудь особые тренировки? Или, скажем, освоить учебную программу?
— Ох, какой старательный малый. Не переживай. Как только перестанешь быть человеком, сразу начнется кратчайший полный пакет обучения. Твой отец уже всё подготовил, разбив процесс на 398 112 089 761 335 этапов.
«Наверное, это чувствуют студенты-технари, когда видят план лекций в начале семестра и впадают в отчаяние…»
— Так что не беспокойся ни о чем и сосредоточься на приеме Эликсира. Все равно с твоими нынешними мозгами, что бы я ни пытался в тебя вложить, ты ничего не усвоишь и не поймешь.
— Но хотя бы вводный курс… или факультатив какой-нибудь? Просто чтобы привыкнуть, чтобы не быть совсем уж чистым листом…
— М-да… В твоем нынешнем состоянии это будет лишь бессмысленной и пустой тратой времени.
Тон голоса Серебряного Древа неуловимо изменился. Ха Су Ён узнал эти интонации – так отец звучал, когда колебался. Шанс!
— Если я получу хотя бы базовые знания о том, ради чего мне суждено стать Богом Франшизы, мне будет гораздо легче и даже приятнее терпеть боль от Эликсира. Глубокоуважаемый отец.
— Хм… Раз уж в тебе горит такая жажда знаний, я не могу остаться в стороне. Ладно. Я подумаю, чему тебя можно научить сейчас. Придется составить программу, соответствующую твоему уровню, так что это может занять время.
— Да, отец. Буду ждать с величайшей радостью.
* * *
Прошла неделя, и Ха Су Ёну удалось собрать около двенадцати килограммов мацутакэ.
Он аккуратно уложил грибы в пенопластовые коробки, пересыпав их натуральным наполнителем, и позвонил директору Чон Сон Рёлю.
— Да, это я. Есть что-нибудь? — Раздалось в трубке.
Обычно люди начинают с приветствия, но этот первым делом спросил о товаре.
«Ну и трудоголик же этот старик. Хотя так даже лучше».
— Есть двенадцать килограммов. Только что закончил упаковку. Когда встретимся?
— Я готов хоть сейчас. Где увидимся? Я могу даже в Пусан спуститься.
— В этом нет необходимости. Я сам приеду к вам. Как насчет того, чтобы провести сделку на парковке, как в прошлый раз?
— Договорились. Готовить наличку? Обязательно бумажными? Или можно переводом?
— Как вам удобно, но если будут наличные, буду признателен.
— Подготовлю наличными.
— Благодарю.
Ха Су Ён погрузил грибы в грузовик и выехал в Сеул.
Когда он въехал на парковку жилого комплекса, где жил Чон Сон Рёль, тот уже ждал на прежнем месте вместе с одним из своих сотрудников.
— Сказал, двенадцать кило? Качество такое же, как в прошлый раз?
— Да, почти один в один. Если быть точным, там двенадцать килограммов и двести пятьдесят граммов, но считайте как двенадцать.
— Разница в сто двенадцать тысяч пятьсот вон, как я могу так поступить? Я профессиональный торговец, если я буду притеснять поставщика, то долго не протяну. Выплачу ровно пять миллионов пятьсот двенадцать тысяч пятьсот вон.
При цене в четыреста пятьдесят тысяч за килограмм за двенадцать с четвертью кило выходила именно такая сумма.
Сон Рёль, даже не заглядывая в коробки, тут же вытащил пухлый конверт. Добавив туда еще три пятидесятитысячные купюры, он протянул его Ха Су Ёну.
— Вот, накинул еще тридцать семь с половиной тысяч на бензин. Итого пять миллионов пятьсот пятьдесят пять тысяч.
— Благодарю.
— Послушай, Ким. Отвези коробки в магазин и сразу можешь быть свободен.
— Слушаюсь, господин директор. — Бойко ответил сотрудник и переставил коробки из одного грузовика в другой.
Чон Сон Рёль снова повернулся к Ха Су Ёну и спросил:
— Кстати, почему в этот раз двенадцать килограммов, а не пятьдесят?
Обновлено: 23.01.2026