Вечер субботы окутал «Совёнок» теплой летней негой. Из открытых окон клуба, который днем служил актовым залом, лились звуки музыки и доносился смех. Внутри под потолком висели бумажные гирлянды и воздушные шарики, а самодельный диско-шар, обклеенный кусочками фольги, отбрасывал на стены дрожащие блики света.
Пионеры стекались к клубу со всех сторон. Девочки в своих лучших платьях, мальчики в начищенных сандалиях. Атмосфера была пропитана смущенным ожиданием и предвкушением праздника.
Иван, Алиса, Лена, Славя и Ульянка подошли к клубу своей небольшой компанией. Их появление произвело эффект разорвавшейся бомбы. Преображенные «модели» Ивана выглядели на фоне остальных как экзотические птицы в стае воробьев. Особенно выделялся сам «стилист». Он надел свою единственную белую майку, а красный пионерский галстук повязал на голову как бандану, в точности как предлагал Ульянке. Это был неслыханный акт вольнодумства.
— Персунов, ты с ума сошел? — прошипела Славя, пытаясь стащить с него галстук. — Ольга Дмитриевна тебя за это съест!
— Короли не подчиняются дресс-коду, — с пафосом ответил Иван и уверенно шагнул внутрь.
В зале уже вовсю шло веселье. У стены стоял стол с лимонадом, а на небольшой сцене паренек по имени Коля, тот самый должник Алисы, сосредоточенно менял пластинки на проигрывателе. Играла бодрая песня Юрия Антонова. Несколько самых смелых пар уже кружили девочек в танце. Большинство же, по традиции, жались к стеночкам.
— Какая скука, — вынес вердикт Иван. — Никакого движения, никакого вайба. Пора зажигать!
И он, не смущаясь, вышел в центр зала. Один.
Как только все внимание обратилось на него, он начал танцевать. Это было нечто невообразимое для пионерской дискотеки. Он делал «волну» руками, изображал робота, пытался исполнить «флосс» и несколько других движений, подсмотренных в ТикТоке. Это было неуклюже, смешно, но так заразительно и энергично, что пионеры, стоявшие у стенок, замерли с открытыми ртами.
— Что это он делает? — шепнул кто-то.
— Не знаю, но выглядит круто!
Ульянка, не выдержав, первой выскочила к нему и начала неумело, но с огромным энтузиазмом повторять его движения. Потом к ним присоединилось еще несколько ребят. Лед тронулся.
Иван танцевал, входя в свой привычный стримерский раж. Он был в центре внимания, он был шоуменом. В этот момент заиграла медленная композиция. Пары на танцполе сменились. Иван огляделся и увидел Лену, которая стояла в уголке и с восхищением смотрела на него. Он решительно направился к ней. Об этом будет следующая глава. А пока…
— Время для нашего выхода, — шепнул Иван Алисе, когда медляк закончился.
Алиса кивнула и направилась к сцене. Она что-то быстро сказала Коле, тот помялся, но, вспомнив про долг по алгебре, неохотно кивнул и остановил проигрыватель.
Наступила тишина. Все удивленно посмотрели на сцену, где стояла Алиса с гитарой.
— А сейчас, — громко сказала она, стараясь перекричать гул толпы, — для вас выступит специальный гость из будущего!
Она ударила по струнам, и зал наполнился простыми, но качовыми аккордами их первой отрепетированной песни. Иван вышел в центр и начал петь, или, скорее, читать речитатив, пританцовывая.
Эффект был ошеломляющим. Никто не понимал слов, но простой, заедающий бит и бешеная энергия Ивана делали свое дело. Сначала все просто стояли и смотрели, но потом кто-то начал хлопать в такт, кто-то — притопывать. К середине песни уже почти весь зал прыгал вместе с Иваном. Это было безумие. Это была настоящая вечеринка.
Они сыграли свой короткий сет из трех песен на одном дыхании. Когда Алиса взяла последний аккорд, зал взорвался аплодисментами и восторженными криками. Это был триумф.
Именно в этот момент триумфа в дверях клуба появилась Ольга Дмитриевна. Она пришла проверить, все ли в порядке. И то, что она увидела, повергло ее в состояние глубочайшего шока. Ее образцово-показательные пионеры скакали как дикари, в центре этого хаоса был главный нарушитель спокойствия с галстуком на голове, а со сцены на нее смотрела ее лучшая гитаристка, которая только что исполняла нечто совершенно невообразимое.
Музыка стихла. Смех и крики тоже. Все замерли, глядя на вожатую. На ее лице не было гнева. Было лишь холодное, ледяное недоумение. Дискотека была окончена. Начинались последствия.
Обновлено: 23.01.2026