Том 1 Глава 5 — Глава 5: Что такое «донат»?

После обеда, который состоял из горохового супа и компота из сухофруктов, что само по себе стало для Ивана культурным шоком, наступило время, которое в расписании дня было обозначено как «Свободное время. Кружки по интересам». Пионеры разбрелись кто куда: кто-то пошёл гонять мяч на футбольное поле, кто-то — в библиотеку, а кто-то просто сидел в тени деревьев. Иван же, которого Ольга Дмитриевна после короткого и бесплодного разговора в своем кабинете отпустила с миром, велев «подумать над своим поведением», решил не терять времени даром. Раз уж он застрял в этом «симуляторе», пора было начинать прокачивать отношения с ключевыми NPC. Он обнаружил небольшую компанию, собравшуюся на траве возле одного из домиков. В центре, разумеется, была Алиса со своей гитарой. Рядом с ней сидела неугомонная Ульянка, которая пыталась сплести венок из одуванчиков. Неподалеку расположились еще несколько ребят, включая того самого веснушчатого паренька, который стоял рядом с Иваном на линейке. Золо с видом победителя плюхнулся на траву рядом с ними. — Ну что, подписчики, не скучаете? — бодро начал он. — Король на месте, готов генерировать для вас эксклюзивный контент. — Опять ты со своими словами непонятными, — фыркнула Алиса, не отрываясь от настройки гитары. — Ты бы лучше по-русски говорить научился, «король». — Это и есть русский. Версия 2.0. Улучшенная и дополненная, — невозмутимо ответил Иван. — Вот скажите мне, чем вы тут вообще занимаетесь? В свободное время. — Чем обычно, — пожал плечами веснушчатый парень. — В речке купаемся, в футбол играем. Вчера вот в «Зарницу» играли. — «Зарница»… Футбол… Скукота, — вынес вердикт Золо. — Это всё прошлый век. В моем мире… эм… там, откуда я приехал, всё гораздо интереснее. У нас есть стримы. — Стри-мы? — с любопытством переспросила Ульянка, отвлекшись от венка. — Это что-то съедобное? Иван усмехнулся. Благодарная аудитория, чистый лист. Идеальные условия для проповеди. — Не совсем. Смотрите, объясняю на пальцах. Представьте, что я — артист. Я сижу у себя дома и играю в компьютерную игру. А тысячи, нет, миллионы людей со всего мира смотрят на это в прямом эфире на своих… ну, скажем, телевизорах. И общаются со мной в специальном чате. Пионеры переглянулись. Идея того, что кому-то может быть интересно смотреть, как другой человек играет, казалась им дикой. — Зачем? — искренне удивилась Алиса. — Почему бы им самим не поиграть? — Потому что я — профессионал! Легенда! — с пафосом произнес Иван. — Я делаю это красиво, с юмором, с эмоциями! Это шоу! Люди приходят, чтобы посмотреть на меня, послушать меня. Они мои фанаты, мои подписчики. И если им особенно нравится то, что я делаю, они могут меня поддержать. — Как? Похлопать? — предположил веснушчатый. — Лучше! Они могут задонатить! — торжественно объявил Золо, будто открывал им величайшую тайну вселенной. Слово «задонатить» повисло в воздухе. — За-до-на-тить? — по слогам повторила Ульянка, нахмурив маленький лоб. — Это как? — Ну, это когда тебе зритель присылает деньги. Прямо во время эфира, — с энтузиазмом пояснил Иван. — На экране появляется сообщение от него, я его зачитываю, благодарю. Чем больше донат, тем круче реакция. Иногда люди присылают столько, что можно купить… ну, например, «Москвич». Просто вот так, за один вечер. На несколько секунд воцарилась тишина. Пионеры пытались осмыслить услышанное. Первой не выдержала Алиса. Она громко расхохоталась, откинув голову назад. — Ты серьезно? Люди платят тебе деньги за то, что ты просто играешь и болтаешь? Да ты либо гениальный мошенник, либо самый большой выдумщик, которого я видела! — Это не выдумки! Это моя профессия! — начал закипать Иван. — Это называется «монетизация контента»! — А можно мне тоже «задонатить»? — внезапно спросила Ульянка с хитрым огоньком в глазах. — У меня есть три копейки. Я их нашла вчера возле столовой. Если я тебе их отдам, ты что сделаешь? Иван растерялся. Он привык к четырех- и пятизначным суммам в рублях. Три копейки… — Ну… эм… за три копейки я могу сказать тебе «спасибо за поддержку, Ульянка, оставайся с нами на канале», — пробормотал он. — И всё? — разочарованно протянула девочка. — Не-е-ет, неинтересно. За три копейки в автомате с газировкой можно стакан с сиропом купить. Это выгоднее. Даже веснушчатый парень смотрел на Ивана сочувственно. — Странная у вас там жизнь, — сказал он. — Получается, ты как… клоун по вызову? Тебе деньги кидают, а ты кривляешься. Это был удар ниже пояса. Его, короля Твича, сравнили с балаганным шутом. — Да вы ничего не понимаете! — в отчаянии воскликнул Иван. — Это целая культура! Это комьюнити! Это… это… Он запнулся, поняв, что все его аргументы, вся его привычная система ценностей здесь превращались в пыль. Он пытался объяснить идею цифровой экономики людям, для которых вершиной технологий был катушечный магнитофон. Это было безнадежно. Алиса, отсмеявшись, снова взяла гитару. — Ладно, «король донатов», хватит нам сказки рассказывать. Лучше послушай, как настоящие артисты работают. Бесплатно, заметь. И она заиграла какую-то простую, но на удивление душевную мелодию. Ульянка снова принялась за свой венок. Веснушчатый парень достал из кармана перочинный ножик и начал выстругивать что-то из веточки. А Иван сидел посреди них, чувствуя себя абсолютно опустошенным. Он впервые в жизни столкнулся с миром, где его суперспособности не работали. Где его статус был равен нулю. И где три советские копейки ценились больше, чем тысячи виртуальных донатов. Это был самый провальный стрим в его карьере.