Том 2 Глава 78 — Глава 77

Глава 77 — Я слышал, что благодаря второй принцессе королевство Тилмун продолжает побеждать! — Шут преувеличил позитивные слухи о второй принцессе, ходившие в народе. Но принцесса не улыбнулась. Не выдержав, шут показал трюк, который заставил бы даже самого угрюмого человека загореться восторгом. Все аплодировали и смеялись, глядя на его выступление. Но в королевском дворце, где смех не смолкал, вторая принцесса, Серафина, была единственной, кто не улыбался. Как будто она не знала, как это делать. В конце концов шут спросил: — Почему вы не улыбаетесь, Ваше Высочество? Шут хорошо знал о дурной славе второй принцессы. Говорили, что она жестокая и бессердечная злодейка. Ей нравилось жестоко убивать людей, а выдающихся личностей превращала в оружие. Но шута не волновали эти слухи. Для него важно было лишь то, что перед ним стояла принцесса, которая не улыбалась, и его трюки не принесли ей радости. На вопрос шута принцесса ответила: — Я не заслуживаю улыбки. — Улыбка не требует заслуг! Попробуйте улыбнуться, вот так. — Шут натянуто поднял уголки губ. Принцесса лишь спокойно смотрела на его странное лицо. — Что может заставить вас улыбнуться? — Мне хочется услышать твою историю. — Мою? — Шут удивился. До сих пор никто не интересовался им. — Я обычный человек. Он мог преувеличивать в десять раз, рассказывая забавные истории, но когда дело касалось его самого, он терялся. Ему было любопытно, почему это ее интересует. Но раз принцесса хотела услышать, он постарался рассказать как можно веселее. Когда шут закончил, в глазах принцессы вместо улыбки была лишь печаль. — Я могу дарить радость многим людям! Я доволен этим. Может, его история была слишком скучной. Шуту не давал покоя тот факт, что он так и не увидел улыбку принцессы. Однажды он случайно стал свидетелем сцены, где вторая принцесса была со своим единственным рыцарем. — Я постоянно отправляю тебя на поле боя. — Я не против. — Но… — Благодаря другим я занят мелочами, и у меня больше времени служить вам. Этого достаточно. Серафина сжала губы, слушая прямолинейного рыцаря. — Что ты от меня скрываешь? — Ах. — Икар, прятавший одну руку за спиной, смутился. Он неловко засуетился, но, поняв, что не сможет сохранить секрет, осторожно протянул руку. — Я сорвал это, думая о вас. Это был маленький полевой цветок. — Когда я увидел его впервые, он казался красивым, но вернувшись во дворец, я понял, что здесь много более прекрасных цветов. — Икар сжал руку с подарком. Он не мог смотреть Серафине в глаза и опустил взгляд. На его лице было написано смущение. — Это моя ошибка, что я не рассмотрел его должным образом. На лепестках была кровь. Даже если он был маленьким и невзрачным, на поле боя не было ничего более живого, чем этот цветок. В тот момент Икар, должно быть, считал его достойным подарка для Серафины. Девушка осторожно взяла слегка увядший цветок. — Он скромный и грязный. — Нет, совсем нет. Ты всегда даришь мне что-то ценное. — Принцесса, которая не улыбалась ни на какие трюки или лесть, подняла уголки губ на скромный цветок. Ее легкая улыбка была для кого-то самым ценным в мире. «Принцесса любит цветы!» — Шут, наблюдавший за этой сценой, решил, что нашел ответ на свой вопрос. Он посчитал, что для счастья принцессы нужны цветы, и сразу же приступил к действиям. «Но какой цветок подарить?» Рыцарь принцессы подарил обычный полевой, который можно встретить на дороге. «Но если я подарю особенный цветок, она будет вдвойне рада!» — Взволнованный шут отправился на поиски особенного цветка. Он случайно услышал разговор служанок: — Ты знаешь? Сад третьей принцессы украшен редкими цветами, привезенными из других стран. — Я видела их, проходя мимо! Принцесса, конечно, собирает только самое красивое, как и она сама. Шут направился в сад третьей принцессы. У нее было много красивых цветов, и он решил, что одна веточка для второй принцессы не будет проблемой. «Третья принцесса всегда кажется счастливой, а вторая — нет!» Прокравшись в сад, шут протянул руку к самому красивому цветку. Всего один, и этого будет достаточно. Но в этот момент… — Ааа! Служанка, заметившая его, закричала. Третья принцесса, прибежавшая на шум, не смогла сдержать гнева. — Как этот грязный крыс осмелился войти в мой сад! Сломайте ему запястья, чтобы он больше не мог трогать чужие вещи! — Третья принцесса была возмущена тем, что низкий шут посмел прикоснуться к ее собственности. — И цветок, который он тронул, тоже выбросьте! Принцесса приказала слугам избить шута. За попытку сорвать один цветок шут стал калекой. Хромая, он направился ко второй принцессе. — Ты… тот самый шут. — Серафина на мгновение удивилась его ужасному виду. — Принцесса, возьмите это… «…» — …Пожалуйста. — Дрожащей рукой шут протянул Серафине цветок. Она сразу поняла, что он из сада третьей принцессы. — Зачем ты даешь мне это? — Я хотел увидеть вашу улыбку. Но вы не улыбаетесь. С момента прихода в цирк шут считал своей миссией дарить радость другим. Возможно, поэтому он не мог пройти мимо печальной принцессы. — Я видел, как вы радовались, получив цветок. Поэтому… — Шут не смог больше держаться и рухнул на землю. Его затуманенный взгляд упал на лицо принцессы, которая не выглядела счастливой. — Икар, немедленно позови Типерит. — Она сейчас отсутствует по приказу короля. Как раз в такой момент. Типерит, благодаря своим редким способностям к исцелению, была особенно занята. — Тогда я позову врача. — Принцесса. — Икар остановил Серафину, которая хотела пойти за врачом. — Ваши отношения с королем в последнее время натянуты, и врачи могут отказаться лечить. Тем более, если пациент - преступник, разрушивший сад младшей принцессы. После последней встречи с Нечаком Серафина часто шла против воли короля. Из-за этого между ними возникли напряженные отношения. — Даже если вы позовете врача, уже слишком поздно. — Икар, видевший множество смертей, знал, что у шута осталось мало времени. — Но… — Он просто получил наказание за свои преступления. Рыцарь сказал это, чтобы облегчить чувство вины Серафины. Но она не могла не переживать. Девушка посмотрела на шута, чье дыхание было едва заметным. — Ты дарил улыбки многим, но никогда не заботился о своей собственной. — Я… всегда улыбаюсь. — Но это тоже для других. Тебе следовало найти способ быть счастливым самому, а не стараться ради меня. Глупый. Ужасный конец заставил Серафину непроизвольно упрекнуть шута. Цветок, за который он заплатил жизнью, лежал на полу, запачканный кровью. Его вид был слишком ничтожен по сравнению с жертвой. — Я же сказала, что не заслуживаю этого. — Нет, каждый заслуживает быть счастливым. «…» — Мы живем не для того, чтобы страдать. Мы живем ради радости… Вы тоже, принцесса. Серафина, обдумывая его слова, сказала: — Ты сделал мне подарок, и я должна отплатить. Скажи, чего ты хочешь. — Вы… не сможете дать мне это. — Все равно скажи. Возможно, я смогу. После паузы шут едва прошептал: — Я хочу семью. «Принцесса, вы отняли у меня семью». Ей показалось, что она слышит эти слова. Серафина сглотнула. — Я слышал, что вы собираете особенных людей и превращаете их в оружие. «…» — Я тоже хочу стать особенным. — Ты уже особенный. Шут слабо покачал головой. — Я стану особенным… и сделаю многих людей счастливыми. Шут, смотрящий вдаль, закрыл глаза. Его время подошло к концу. — Ты хотел того же счастья, что и я. Но… Говорили, что в деревнях много детей, потерявших семьи, ставших сиротами и бродягами. Правильна ли эта война? Мы не знаем поражений, но почему счастливы лишь те, кто во дворце? Серафина знала ответ. Но у нее не хватило смелости, которая была даже у простого шута. — Икар. Девушка позвала его. Рыцарь, поняв ее намерение, кивнул. С тех пор Ход стал оружием. В королевстве Тилмун, где все умели использовать магию, Ход был практически бесполезным. На самом деле, он не интересовался убийством людей. Его желанием всегда было счастье других. Перевод: Капибара