Том 2 Глава 61 — Глава 60

Глава 60 — Икар. — ласково окликнула Серафина. Его глаза покраснели, и он с тоской посмотрел на неё. Вид рыцаря, всегда твёрдо стоявшего рядом, но сейчас выглядевшего таким уязвимым, растрогал её сердце. Девушка осторожно провела рукой по его щеке, где уже успела проложиться дорожка слёз. Почувствовав её тепло, Икар опустил взгляд, и слёзы снова потекли по его лицу. Она бережно вытирала каждую слезинку, словно это был дождь, и тихо сказала: — Как я могу радоваться смерти? Я проживу столько, сколько мне отведено, так что не печалься слишком сильно. — ...Разве вам не хочется большего? «....» — Когда кто-то оказывается на краю смерти, все начинают бороться за жизнь, даже если это бессмысленно. — Голос Икара дрожал, а его лицо исказилось от боли. — Мне кажется, вы уже готовы уйти в любой момент, будто у вас не осталось никаких сожалений. Серафина вздрогнула, словно её задели за живое. — Я... — девушка не смогла как-то опровергнуть это перед тем, кто плакал, и замолчала. Когда она попыталась убрать руку, Икар схватил её за запястье. — Вы сказали мне найти кого-то дорогого. Для меня достаточно просто времени, чтобы помнить вас. «......» — Одного раза потерять дорогого человека достаточно, так что я сделаю вид, что не слышал, то, что вы только что сказали. Серафина не смогла сомкнуть слегка приоткрытые губы. Ей показалось, будто её ударили по затылку. — Я не до конца поняла тебя. Она просто хотела, чтобы Икар был счастлив. Если бы он забыл её, но при этом улыбался, она бы радовалась. Но так же, как Серафина ценила Икара, он тоже считал её драгоценной. Настолько, что она была для него всем миром. И в глубине его чувств образовалась огромная пустота. — Прости. Когда Серафина впервые открыла глаза, она была одна. Воспоминания и люди, которые были ей дороги, остались только с ней, и она легко могла отпустить нить жизни. — Тогда всё было настолько плохо, что смерть казалась лучшим выбором. Но теперь, оглядываясь назад... — Возможно, я забыла о самом важном. Она хотела проявить заботу, но не подумала о чувствах Икара. — Ты жил ради меня, и я тоже могу жить ради тебя хотя бы на день дольше. Любая разлука всегда сопровождается печалью. Серафина с сожалением осознала, что была слишком безразлична к тому, кто уже однажды пережил эту боль. — Возможно, я боялась желать большего, потому что это никогда не было моей ролью. — Вам не нужно бояться. Я хочу, чтобы вы жили. Услышав верный ответ Икара, Серафина опустила взгляд с тяжёлым сердцем. — Но даже если я начну желать большего, ничего не изменится... — Есть способ. — Икар перебил её, говоря с нетерпением. — Если его нет, мы найдём его. Если его не существует, мы создадим. «......» — Так что дайте мне шанс. Его взгляд был полон мольбы. Серафина почувствовала дежавю. — Ты всегда превращаешь невозможное в возможное. Наверно, и в этот раз у тебя получится. — Серафина кивнула. — Я тоже постараюсь. Но, как я уже говорила, не ставь мою жизнь выше своих страданий. Вместо ответа Икар опустил лицо, ещё мокрое от слёз, и почтительно поцеловал её ступню. Это был поцелуй клятвы. *** — Все поймут, что ты плакал. Если вернёшься в таком виде, тебя назовут не Чудовищным герцогом, а Плаксой. — Всё в порядке. Серафина достала платок и вытерла его глаза. Икар, молча принимая её заботу, сказал, что всё в порядке, но, смущаясь, слегка отвернулся. — Глаза слегка покраснели, но, думаю, никто не придерётся. Сложив платок, Серафина поднялась. Они не могли оставаться здесь вечно. — Мы слишком долго отсутствовали. Ночной воздух холодный, пора возвращаться. Ей предстояло снова танцевать с мужчиной, которого она знала только по документам, и повторять одни и те же разговоры. Она уже чувствовала усталость. «Но придётся потерпеть». Рана на её ноге ещё не зажила, но она с невозмутимым видом вместе с Икаром вернулась в зал. Как только Серафина появилась, люди тут же окружили её, будто ждали этого момента. Она отвечала каждому, но, встретившись взглядом с кем-то, замерла. — Леди Рубия? — Минутку, я вспомнила кое-что важное. — Она не могла это игнорировать. Серафина направилась в ту сторону, где только что исчезла тень. Человек, с которым она встретилась взглядом, словно бежал, исчезнув на балконе. Он, казалось, запаниковал, не подумав, что так только загнал себя в тупик. Серафина, избегая людей, вышла на балкон. Там она увидела человека, стоящего спиной к ней. — Отец. Услышав её голос, мужчина медленно обернулся. — Вы пришли повидаться со мной. Герцог Рубия, который не появлялся всё время подготовки к её дебюту, заметно похудел. Его одежда была по-прежнему безупречна, но под глазами появились тёмные круги, и он явно потерял в весе. — Я прогуливался поблизости и заметил, что тебя нет, так что пришёл сюда. Мне не стоило приходить... Прости. — Герцог выглядел растерянным, не ожидая так близко увидеть Серафину. Сказав это, он снова попытался уйти. Серафина, видя, как он проходит мимо, невольно заговорила. — Вы уйдёте вот так? Вы ведь пришли, чтобы что-то мне сказать. Только тогда герцог внимательно посмотрел на свою выросшую дочь. После паузы он произнёс: — Ты прекрасна. «...» — Поздравляю с совершеннолетием. Когда ты родилась, я молился, чтобы ты росла здоровой, и вот ты стала взрослой. — Давно я не слышала от вас комплиментов. — Серафина улыбнулась, услышав его слова. Её улыбка была печальной. — И ещё, отец, я хочу кое-что сказать. Герцог напрягся, не зная, что она скажет. Между её словами возникла короткая пауза, за которую его ум наполнился мрачными мыслями. Серафина, не подозревая об этом, спокойно сказала: — Если вы хотите избегать меня, это ваше право, но, пожалуйста, поймите, что из-за этого другим членам семьи становится некомфортно. «......» — Я ведь не единственный ваш ребёнок. Эрез и Джошуа, казалось, не приходили ему в голову, и герцог Рубия выглядел озадаченным. — Вы можете относиться ко мне, как раньше. Я уверена, что смогу вести себя так, будто ничего не произошло. — ...Серафина. — Просто ведите себя, как обычно. Единственное, что изменилось, это то, что я больше не буду искать вас. «...» — Вы можете продолжать относиться ко мне так, будто я существую, но при этом, словно меня нет. Вы ведь уже привыкли к этому. Как обычно. Это слово, произнесённое спокойно, резко пронзило сердце герцога Рубия. — Но всё равно спасибо, что пришли поздравить меня с дебютом. Я думала, что, возможно, никогда больше вас не увижу. У герцога были слова, но он не мог их произнести. Он уже однажды отверг её, и теперь не мог подойти к своей дочери. — Если вам больше нечего сказать, я пойду. После долгого молчания Серафина первой покинула балкон. Девушка шла всё быстрее, словно бежала, и в конце концов вышла из зала. Остановилась она только тогда, когда оказалась в месте, где её никто не знал. И тут же опустилась на пол - её ноги подкосились. Нет, не только ноги - всё её тело потеряло силы. Тело, которое до сих пор держалось на силе воли, наконец сдалось. Холод от пола начал подниматься вверх. Но прежде, чем она успела это почувствовать, её скрутила тошнота. «Не могу дышать». Дышать было трудно. В мучительной боли она первым делом проверила состояние своих крыльев. К счастью, никаких признаков их появления не было. Над Серафиной, которая задыхалась, словно её душили, нависла большая тень. — Леди Серафина. Её сознание затуманилось. Даже голос, звавший её, звучал, как эхо из пещеры, но её тело точно знало, что делать. Серафина обняла мужчину за шею, когда он попытался её обнять. Это был рефлекс. Она прижалась лицом к его шее и начала тяжело дышать. Перевод: Капибара