С приближением Дня благодарения Михаил должен был вернуться в резиденцию великого герцога примерно на три недели.
Поскольку он — наследник дома, ему следовало находиться в великогерцогстве в этот период.
Он с явным сожалением попрощался с семьёй.
— Я обязательно вернусь ко дню рождения Дамиана.
— Не перенапрягайся, Михаил.
— Всё в порядке. Дедушка тоже сказал, чтобы обязательно пригласили его на день рождения Дамиана в этот раз.
— Великий герцог?
Михаил уверенно кивнул, как бы подтверждая, что это правда.
— Тогда мы скоро отправим приглашение. Но, пожалуйста, передай, чтобы он не переутомлялся.
— Понял, герцог.
Михаил с серьёзным лицом поклонился на прощание, а затем бросил в мою сторону озорную улыбку.
Это была улыбка с посланием: «Я скоро вернусь».
Обычно я отворачивалась, но в этот раз этого не сдеЛара.
Я просто встретила его взгляд и слегка кивнула, отчего глаза Михаила на миг расширились.
Затем он широко улыбнулся и, махнув рукой, сел в карету.
Когда карета отдалилась и превратилась в едва различимую точку...
— Наша младшенькая такая очаровательная— просто беда, — пробормотал отец себе под нос загадочную фразу.
***
День благодарения отличался по атмосфере от весеннего фестиваля.
Нельзя сказать, что родители и вассалы герцогства были свободны от дел, но, в отличие от апрельского праздника, этот больше ощущался как народное торжество, сосредоточенное на простых жителях.
Некоторые из раннего урожая также поступили в особняк, и благодаря этому стол стал более богатым — что приносило мне тихую радость.
«Даже если я ещё младенец, фрукты и овощи есть можно».
Может, потому что они были только что собраны, даже слегка припаренные длинные кусочки овощей сохраняли характерную сладость.
«Жаль только, что зубов пока мало».
Если бы они были, я могла бы наслаждаться не только мягкой текстурой, но и хрустящей.
Пока я понемногу грызла овощные палочки и смотрела наружу, вскоре показалась деревня, в которой мы были во время весеннего фестиваля.
— Уааа! — первой вскрикнула сестра.
Нет, не только она — у меня самой рот сам собой приоткрылся от удивления.
«Во время весеннего фестиваля всё было таким разноцветным...»
Я до сих пор отчётливо помнила ту яркость: молодой зелёный цвет и весенние цветы всех оттенков.
Для меня, у которой большинство воспоминаний серые, это было особенно незабываемо.
Но теперь всё было...
— Вкусно выглядиит! — радостно закричала сестра.
Как и всегда, её слова были полны обаяния — и в самом деле, всё вокруг было «вкусного цвета».
Начиная от румяно подрумяненного хлеба, прилавки фестиваля были уставлены всевозможной вкусной едой.
Но не только приготовленные блюда — даже груды собранного урожая с их золотыми и оранжевыми оттенками ещё сильнее возбуждали аппетит.
— Лара хочет кушать быстрее!
— Моя милая девочка, мы ведь только что позавтракали, — с лёгкой насмешкой сказал отец.
Но сестра не заметила этой шутки.
— Да!! Лара хочет кушать!! Я не буду есть до боли в животе! Лара теперь большая сестра и так не делает!
С гордостью расправив грудь, сестра воскликнула.
От этой милой сцены смех прокатился по всей карете.
Даже родители и старший брат тихо засмеялись, и сестра с удивлением посмотрела на них.
— Почему?
— Потому что старший брат должен скорее взять Лауренсию за руку и повести её есть вкусности.
— Правда?! Братишка, ты лучший!!
Сестра радостно завизжала, подпрыгивая от восторга.
Это была сцена, от которой становилось тепло на душе. Я с мягкой улыбкой смотрела на неё.
И тут сестра, словно что-то вспомнив, испуганно воскликнула:
— Конечно, мы возьмём с собой Асю! Она же моя сестрёнка! Правда же?
На её слова брат с улыбкой протянул руки к нам обеим.
Когда дверь кареты распахнулась, рыцари помогли сестре, брату и мне выйти. А отец сзади пробормотал с легкой горечью:
— Мои милые дочери — и тех у меня Дамиан отобрал.
— А моя рука вам уже не мила?
— Ни в коем случае.
Голоса матери и отца, полные нежности, звучали позади нас.
Услышав их привычный, тёплый разговор, я с облегчением решила насладиться праздником урожая по-своему.
Когда я вышла из кареты, на нас обратили внимание все жители.
— Вы прибыли?
— Подойдите, попробуйте вот это, этот господин в этом году превзошёл себя!
Лица людей были радостными, и, увидев нашу семью в простой одежде, они тепло нас приветствовали.
— Юный господин, юные леди. Я испек вкусный хлеб специально для вас.
— Эти фрукты с нашего сада, они очень сладкие и вкусные.
Даже по сравнению с сестрой и братом, мои ручки всё ещё были слишком маленькими, но вскоре они оказались полны угощений, которые с радостью вручали жители.
И даже удивительно — никто не дал мне того, что детям есть нельзя!
«Как они это узнают?..»
Если родители не останавливали, когда мне что-то давали, значит — всё это можно было мне есть.
Когда мы проходили мимо одной лавки, откуда доносился острый аромат жареной еды, у сестры вспыхнули глаза.
И продавец, готовивший еду, с лёгкой хитринкой предложил:
— Вот, для вас, юная леди.
— Лара может это съесть?!
— Конечно, разве я стал бы готовить что-то, что вы не сможете даже попробовать?
— А Ася тоже может?
На этот вопрос продавец, даже с учётом своей находчивости, на миг растерялся.
Поэтому я сама покачала головой.
— Я сыта.
— Ася, ты уже сыта?! — сестра удивлённо посмотрела на меня.
Я кивнула, и Дамиан, брат, погладил меня по голове и сказал:
— Анастасия ведь ещё совсем малышка, у неё животик маленький.
— А!
Сестра, услышав это, быстро взглянула на меня.
Моя добрая сестра всегда выглядела виноватой, когда ела одна.
«Я не могу не дать ей поесть».
Поэтому я быстро схватила брата за руку.
— Анастасия?
— Воооон туда!
Я изо всех сил вытянула руку и показала в случайную сторону.
Туда, где большущие гладкие тыквы были сложены в виде башни.
Не зная ещё, к чему это приведёт...
***
Дамиан был немного напряжён.
На праздник урожая в деревне собиралось слишком много людей.
К тому же родители, говоря, что в деревне безопасно, взяли с собой на удивление мало рыцарей.
«Я-то справлюсь...»
Через два месяца ему исполнится восемь, и он был уверен, что даже если заблудится, легко найдёт дорогу обратно в поместье.
Но его младшие сестрёнки были слишком малы.
Даже сейчас...
«Лауренсия ест что-то вкусное, а Анастасия вдруг захотела пойти к башне из тыкв...»
Конечно, рядом с Лауренсией была одна из горничных, но всё равно это вызывало у него беспокойство.
Но и отказать своей младшей сестрёнке он тоже не мог.
«Наша Анастасия ведь почти никогда не просит о чём-то сама...»
А тут вдруг сама схватила его за руку и показала, что хочет пойти туда.
Наверняка это зрелище показалось ей необычным и интересным.
«Родители тоже говорили, что наша младшенькая редко выражает желания...»
Поэтому они просили особенно внимательно следить за ней.
Хотя прямо так Дамиану они этого не говорили ни разу.
«Но я должен. Я ведь самый старший брат.»
Однако, в отличие от своих слов, родители, похоже, наслаждались своим временем и выглядели более расслабленными, чем обычно.
«Пусть рядом и горничная, и один рыцарь... всё равно как-то слишком спокойно...»
Дамиан начал беспокоиться — не слишком ли родители полагаются на безопасность в поместье.
—Б-братик?
Но Дамиан не мог долго колебаться.
Малышка Анастасия посмотрела на него с выражением: «Ты не пойдёшь со мной?»
Хотя её лицо оставалось, как обычно, спокойным — Дамиан знал.
«Потому что я — её брат.»
И когда их взгляды снова встретились, Дамиан уже не мог отказать.
Несмотря на то что они были одеты просто, как и положено гостям на празднике урожая, его сестрёнки всё равно выглядели невероятно мило.
Особенно Анастасия, на чьей голове была шапочка с двумя круглыми пушистыми помпонами.
При каждом её движении помпоны подпрыгивали, и Дамиану хотелось гладить её по голове снова и снова.
Шапочка была крепко завязана под подбородком, поэтому её мягкие, пухлые щёчки были особенно заметны.
Дамиану приходилось сдерживаться, чтобы не начать щекотать её щёчки — ведь так и тянуло.
«Ну что поделаешь... наша кроха захотела посмотреть.»
Он крепко взял крошечную ладошку Анастасии и, встретившись взглядом с горничной у Лауренсии, слегка кивнул, будто передавая её под заботу.
Дамиан внимательно следил, чтобы Анастасия не споткнулась о какой-нибудь выступающий камень или не столкнулась с кем-то в толпе, пока они шли к башне из тыкв.
Несмотря на возраст, младшая сестрёнка не капризничала, а просто смотрела на всё с любопытством и удивлением.
И Дамиан, наблюдая за тем, как её глаза цвета граната сверкают, вдруг подумал, что не хочет упускать этот момент.
«Было бы здорово, если бы она спрашивала, если что-то интересно...» — подумал заботливый брат.
— Это ты хотела посмотреть, Анастасия?
— Угу.
Когда они подошли к башне из тыкв, Анастасия запрокинула голову и уставилась вверх.
«Она ещё маленькая, с земли ей, наверное, не видно...»
Сразу подумав об этом, Дамиан поднял её на руки.
Малышка сначала удивилась, но потом взглянула на брата и радостно улыбнулась.
Уголки её губ чуть приподнялись — значит, точно.
Пока они вдвоём рассматривали башню из тыкв, неожиданно сзади раздались голоса родителей.
— Похоже, всем нашим деткам нравится эта башня из тыкв.
— Да, точно.
И в тот же миг Дамиан ощутил тревожное предчувствие.
— Когда Дамиан был маленьким, тоже...
Вот оно!
«Если родители начинают с этого, значит, сейчас расскажут что-то стыдное про меня!»
Старший сын герцогского дома ЭндеБланг почувствовал надвигающуюся катастрофу и понял: срочно нужно остановить родителей.
В последнее время они почему-то особенно любили рассказывать малышам неловкие истории о детстве Дамиана!
Огромная благодарность моим вдохновителям!
Спасибо Вере Сергеевой, ,Анастасии Петровой, Вильхе,Лиса Лисенок и Марине Ефременко за вашу поддержку! ✨Ваш вклад помогает создавать ещё больше глав, полных эмоций, страсти и неожиданных поворотов!
Вы — настоящие вдохновители!
Обновлено: 15.02.2026