Глава 30 — Глава 30

Глава тридцатая Перевод и адаптация с китайского языка: Шу Ин (书影 - Shū Yǐng) "Все должно быть просто" - это было единственное требование Фу Исяо. Однако, учитывая, что это была первая свадебная церемония принца-регента, даже недовольный император Фэн Цишань вынужден был соблюсти все традиции и устроить пышное торжество. В резиденции принца сияли роскошные фонари, звенели бокалы, звучала музыка и танцы. Мастерски поставленные групповые танцы вызывали восхищение гостей. Искусные музыканты играли на шэнах, флейтах, цитрах, пипах, конхоу, барабанах и хуцзя, исполняя радостные дворцовые мелодии. Ловкие акробаты представили захватывающий танец пяти львов, вызвав бурные аплодисменты среди знатных гостей. Благодаря стараниям некоторых "доброжелателей", главными темами пересудов стали добрачная нецеломудренность наложницы принца и ее низкое происхождение. Одна знатная дама громко заявила: – Из постели зятя императора - прямо в объятия старшего принца! Такую бесстыдную девку, наверное, только раз в десять тысяч лет рожают! Фэн Цишань, сидевший на почетном месте, отчетливо слышал все слова. Он лишь презрительно усмехнулся, делая вид, что поправляет рукав. Хотя он и уступил, согласившись на статус наложницы для Фу Исяо, он прекрасно знал, что эта мелкая вояка из низов никогда не справится с дворцовыми интригами за власть и влияние. Пусть пока порадуется. Наконец церемония началась. Хотя пересуды не доходили до ушей Фу Исяо, идя по красной ковровой дорожке, она отчетливо чувствовала завистливые и ненавидящие взгляды. Особенно пронзительным был взгляд Фэн Цишаня, который, казалось, хотел проткнуть ее насквозь. Она внутренне усмехалась. Все считали, что она осталась в Суша только из-за власти и положения Фэн Суйгэ. Интересно, не начнет ли он сам так думать со временем? Наверное, в глазах мира только такая небожительница, как Фэн Сиян, достойна стоять рядом с Его Высочеством. Когда они покидали Цзиньсю, Его Высочество уже отправил Сю Му известить дядю Лина о свадьбе в Лучэне. Наверное, Нин Фэй уже попросил руки Сюэин у отца, и тот, без сомнения, с радостью согласится - только со стороны было видно, как этот грозный воин совершенно таял перед своей, казалось бы, хрупкой дочерью, мечтая поскорее выдать ее замуж. – Сюэин, ты должна запомнить меня счастливой. Я уже не смогу вспомнить, но ты должна помнить за меня. Ты обязана помнить... Ее левая рука внезапно сжалась. Фу Исяо машинально посмотрела вниз - правая рука Фэн Суйгэ крепко сжимала ее пальцы, передавая свое тепло. Он уверенно держал ее за руку, вместе с ней встречая колючие взгляды. Заметив ее взгляд, он повернулся и улыбнулся. В глазах Фу Исяо мелькнуло что-то, но она тут же равнодушно отвернулась, наблюдая, как утешение в его глазах сменяется разочарованием. Даже в день свадьбы Фу Исяо лишь воткнула в волосы одну жемчужную шпильку в форме пяти фениксов. Если бы не золотая фата с вышитыми драконами, никто бы не догадался, что она - главная героиня этого торжества. Но это не имело значения. Церемония проходила гладко - по крайней мере, внешне. Это было странное празднество. Знатные гости Суша, демонстрируя должное уважение, восхваляли своего величественного принца, но в то же время с презрением косились на женщину, которая должна была стать его наложницей. После множества сложных ритуалов Фу Исяо наконец услышала долгожданное "Церемония завершена" и с облегчением вздохнула. Эта гнетущая атмосфера сама по себе не слишком ее беспокоила, но когда Фэн Суйгэ взял ее за руку, пытаясь поддержать, ее сердце внезапно забилось чаще. Все ее хладнокровие и мужество, которые она так тщательно сохраняла в последние дни, вдруг исчезли. Подавляя желание бежать, она медленно последовала за церемониймейстером в брачные покои. Внезапно раздался резкий женский крик: – Постойте! Шум гостей мгновенно стих. Фу Исяо остановилась. Все взгляды устремились на красивую женщину в желтом платье, которая встала среди гостей. Фу Исяо слегка нахмурилась, но спокойно встретила ее ненавидящий взгляд. "А, - мысленно усмехнулась она, - знакомое лицо. Интересно, как она сюда пробралась?" Фэн Суйгэ гневно воскликнул: – Юньи, что ты делаешь? Та фыркнула, яростно посмотрела на Фу Исяо, затем гордо заявила: – Разве принц забыл свое обещание Юньи? Принц обещал дать Юньи статус! Фэн Суйгэ сквозь зубы произнес: – Даже если ты не знаешь, что здесь происходит, ты должна понимать, где находишься! Кто позволил тебе устраивать здесь сцены? Пока он говорил, четверо стражников уже схватили Юньи, закрыли ей рот и потащили прочь. И без того напряженная атмосфера после этой сцены стала еще более гнетущей. Гости разинули рты, забыв о приличиях и статусе принца, и начали бурно обсуждать произошедшее. Фу Исяо же не проронила ни слова, лишь спокойно наблюдала за происходящим, как за представлением. Увидев Юньи, она уже была готова ко всему. С детства занимаясь стрельбой из лука, она выработала железную выдержку. Чем сложнее была ситуация, тем хладнокровнее она становилась. Поэтому еще до того, как Юньи вывели, ее смятение чудесным образом сменилось полным спокойствием. Фэн Суйгэ сначала выглядел смущенным, но, видя ее невозмутимость, начал нервничать еще сильнее. Услышав насмешки в адрес Фу Исяо, он в гневе нарушил все приличия, обнял ее и холодно заявил: – Я знаю, что среди вас есть тот, кто подговорил Юньи устроить этот скандал. Сегодня я не стану разбираться, но вам лучше поскорее оставить свои грязные замыслы. Если это повторится, я заставлю вас пожалеть, что вы вообще родились на свет. Его слова, произнесенные с врожденной аристократической надменностью, заставили замолчать всех, включая самого Фэн Цишаня. В полной тишине Фэн Суйгэ обнял Фу Исяо за плечи и уверенно повел ее из зала. В алых брачных покоях, отослав служанок и сваху, Фэн Суйгэ стоял в стороне, нервно наблюдая, как Фу Исяо снимает украшения и стирает румяна. Наконец он не выдержал: – Если бы я знал, что она придет, я бы приказал усилить охрану... Фу Исяо тяжело вздохнула и равнодушно сказала: – В чем ее вина? Она просто любит тебя. Фэн Суйгэ усмехнулся: – И что с того? Это ее выбор. Даже если я и обещал ей статус, это не повод устраивать сцены в такой день. Спокойный тон Фу Исяо вдруг стал жестким и резким: – Вообще-то, меня это не касается. Может, ты считаешь, что если она полюбила тебя, то сама виновата? Ты не просил ее любить тебя. Но можешь ли ты сказать, что не поощрял ее чувства? Разве любить кого-то - это преступление? Говоря это, она словно обращалась к кому-то другому. Ее голос дрожал, будто кто-то вскрыл старую рану в ее душе и выпустил скопившийся там гной. Неосторожные слова принца "это ее выбор" разорвали едва затянувшуюся кожу. Фэн Суйгэ не заметил ее душевной бури. С досадой он объяснял: – Я знаю, что поступил неправильно и заставил тебя страдать. Я обещаю, что такого больше не повторится. Фу Исяо холодно усмехнулась: – Зачем обещать? Я всего лишь гостья здесь. Какое право я имею вмешиваться в личные дела великого принца регента? – Фу Исяо! - сквозь зубы прошипел Фэн Суйгэ, и в его голосе прозвучала боль. - Что ты хочешь сказать?! – Ничего особенного, - в ее улыбке сквозила насмешка. - Просто напоминаю: не влюбляйся в меня и не жди, что я полюблю тебя. Это всего лишь игра, не имеющая ничего общего с чувствами.