Начало этой истории — абсолютная тьма: не просто отсутствие света, а отсутствие всего сразу — пространства, времени, памяти о себе. Герой приходит в себя именно в такой пустоте, не помня ни своего имени, ни того, кем он был и откуда взялся. У него нет ничего, кроме первобытного страха перед этим небытием, — пока где-то во мраке не загорается слабый лучик света. Свет постепенно разрастается, разгоняет тьму и мягко окутывает тело теплом, и вместе с этим теплом уходит и сам страх, оставляя после себя лишь тихое, почти уютное спокойствие. Название истории обещает встречу с иными, незнакомыми божествами по ту сторону этой темноты, но пока читателю доступен лишь самый первый вдох — момент пробуждения то ли новой жизни, то ли старой души в неизвестном мире, где ничего ещё не объяснено и всё только предстоит узнать. Короткое, но плотное по атмосфере вступление задаёт тон истории о рождении из ничего и первых, самых пугающих секундах существования, за которыми должен раскрыться куда больший и подробный мир.

Начало этой истории — абсолютная тьма: не просто отсутствие света, а отсутствие всего сразу — пространства, времени, памяти о себе. Герой приходит в себя именно в такой пустоте, не помня ни своего имени, ни того, кем он был и откуда взялся. У него нет ничего, кроме первобытного страха перед этим небытием, — пока где-то во мраке не загорается слабый лучик света. Свет постепенно разрастается, разгоняет тьму и мягко окутывает тело теплом, и вместе с этим теплом уходит и сам страх, оставляя после себя лишь тихое, почти уютное спокойствие. Название истории обещает встречу с иными, незнакомыми божествами по ту сторону этой темноты, но пока читателю доступен лишь самый первый вдох — момент пробуждения то ли новой жизни, то ли старой души в неизвестном мире, где ничего ещё не объяснено и всё только предстоит узнать. Короткое, но плотное по атмосфере вступление задаёт тон истории о рождении из ничего и первых, самых пугающих секундах существования, за которыми должен раскрыться куда больший и подробный мир.