Уважаемые читатели, хотелось бы обратить Ваше внимание на аудио главы. Переводчик будет их постепенно пополнять, если Вас заинтересует, можете прослушать и оставить свой отзыв. Хотелось бы обратить внимание на то, что они платные, но только исходя из того, что это не ИИ генерация, переводчик сам вручную озвучивает каждую главу, а на это уходит, к сожалению, слишком много времени. Поэтому, если будет желание, буду рада вашим ответным реакциям! Спасибо Вам за внимание, а теперь само произведение.
Приятного Вам чтения!
Ночь. Токио, префектура Тояма. Поместье семьи фехтовальщиков Кудзё. В центре двора стоял длинноволосый юноша в белом тренировочном костюме. Его глаза были плотно обмотаны черной тканью, скрывающей лицо. Он замер под деревом, вытянув перед собой бамбуковый меч обеими руками.
Высокое поместье окружали величественные гинкго. Под легким дуновением ветра ветви плавно качались, и пожелтевшие листья размером с медную монету дождем посыпались на землю. Потоки падали хаотично, без всякого ритма.
— Дыхание… — в этот миг юноша мягко втянул воздух и присел, смещая центр тяжести.
Взмах бамбукового меча, быстрые, дробные шаги – и он с невероятной скоростью принялся рассекать падающую листву. Оружие в его руках превратилось в мерцающий призрак. Казалось странным: глаза плотно закрыты черной повязкой, но ни движения ног, ни взмахи клинка не теряли точности. Спустя мгновение ветер стих, и ни один лист гинкго так и не коснулся земли целым. Когда листопад прекратился, юноша снова застыл подобно каменному изваянию с мечом в руках. Лишь изрубленные ошметки у его ног свидетельствовали о том невероятном зрелище, что только что произошло.
— Кхе-кхе… — из комнаты позади юноши донесся приглушенный кашель.
Кудзё Татибана опустил меч и развязал повязку. На его красивом лице проступили ясные глаза с отчетливыми черными зрачками, однако в их глубине таилась печаль. Справившись с эмоциями, Татибана направился в покои своего отца, Кудзё Сукэ.
В сумрачной комнате горела лишь одна короткая белая свеча. Воздух насквозь пропитался густым запахом лечебных трав. Кудзё Сукэ сидел на татами, прислонившись к стене и укрывшись одеялом. Его бледное лицо и потухший взгляд говорили о том, что он погружен в какие-то далекие воспоминания. Лишь голос вошедшего сына вернул его к реальности.
Сукэ с нежностью посмотрел на Татибану и тихо произнес:
— Татибана, я заставил тебя волноваться. Тяжело же тебе пришлось в последнее время.
Татибана молча покачал головой и поправил одеяло отца. Стояла не самая холодная погода, но даже под толстым слоем ваты руки отца оставались ледяными, а сознание порой становилось спутанным. Юноша понимал: времени осталось совсем немного. Он уже проходил через подобное когда-то, но все равно не знал, как найти слова утешения.
«Надеюсь, отец, ты, как и я, попадешь в следующий мир и проживешь там хорошую жизнь», – молил Татибана в глубине души.
Кудзё Сукэ медленно поднял руку и с трудом положил ладонь на голову сына:
— Татибана, у тебя великий талант к пути меча. Ты уже превзошел меня, и я лишь надеюсь… кхе… кхе-кхе…
Татибана поспешно приподнялся и осторожно похлопал отца по спине, с горечью ответив:
— Нет, отец! Мне еще далеко до совершенства. Я только и жду, когда вы поправитесь, чтобы продолжить тренировки под вашим началом.
— Ха-ха, — Сукэ слабо улыбнулся. Гениальность сына порой казалась ему чем-то запредельным. Еще когда Татибане исполнилось десять, Сукэ осознал: мальчик оставил его далеко позади. Нынешний уровень мастерства сына он уже не мог даже осознать.
Пусть сейчас дела семьи Кудзё шли не лучшим образом, когда-то они оставили яркий след в истории страны. Упадок произошел не из-за лени потомков – просто окружающий мир менялся слишком быстро. Для обычного человека разрыв между традиционным иайдо и современным огнестрельным оружием оказался непреодолим. С введением указа о запрете мечей и прогрессом технологий мощные пушки естественным образом заменили клинки. К поколению Татибаны от некогда процветающего рода остались лишь он сам, больной отец да это старое поместье.
Кудзё Сукэ не догадывался, что его талантливый сын на самом деле был попаданцем. В прошлой жизни Татибана был китайцем с Голубой Планеты. В двадцать семь лет, на пике карьеры, он то ли от переутомления на работе, то ли от некачественной уличной еды заработал рак желудка на поздней стадии. Отказавшись от лечения, он угас за два месяца. Переродившись в этом мире, он полностью восстановил память лишь к четырем годам.
Возможно, из-за слияния двух душ Татибана обнаружил у себя память, превосходящую прежнюю, и невероятно острое усиление пяти чувств. Даже те моменты из прошлой жизни, что он давно забыл, теперь стояли перед глазами как живые. Зрение, слух, обоняние, вкус и осязание – все эти системы восприятия у него были развиты аномально сильно.
Вероятно, именно потому, что в прошлой жизни он страдал от болезней, в этом новом мире Татибана поставил здоровье на первое место. Иметь молодое и полное сил тело – величайший дар небес. Он поклялся, что не станет снова хилым задохликом. С этой верой он год за годом упорно тренировался, постигая семейное искусство меча.
Долгое упорство принесло плоды. В десять лет, полностью освоив технику предков, Татибана ощущал всемогущество каждый раз, когда брал в руки меч – даже если это был простой бамбуковый синай. Сначала он думал, что это иллюзия, ведь он был всего лишь ребенком. Но когда в те же десять лет он с бамбуковым мечом раскидал дюжину взрослых бандитов, Татибана понял: он действительно силен. И этот мир явно был необычным.
Разве может нормальный ребенок обладать такой силой? В его глазах движения взрослых мужчин были вялыми и медленными, а любой его удар с легкостью валил их с ног. В прошлой жизни о подобном он и не слышал. Ощущение контроля над такой силой завораживало, и Татибана шаг за шагом впадал в истинную одержимость мечом.
Для обычных людей путь меча – это скука, однообразие и двойная пытка для тела и духа. Но для Татибаны это был путь наслаждения, процесс познания собственной мощи. Эта страсть в сочетании с изрядной долей таланта позволила ему завершить самый сложный метод тренировки в истории семьи.
«Усиление пяти чувств в практике меча».
Завершив эту тренировку, Татибана неосознанно обрел шестое чувство, выходящее за рамки человеческого восприятия. В семейных хрониках этот уровень назывался «Светлое Сердце Меча». Подробных записей о нем не сохранилось, упоминалось лишь, что первый предок, достигший этого состояния, был уже в почтенном возрасте шестидесяти пяти лет. Татибане же сейчас было всего четырнадцать.
Достигнув этого рубежа, Татибана мог даже с закрытыми глазами ощущать малейшие изменения в пространстве вокруг себя. Заткнув уши, он слышал звуки на огромном расстоянии. Обоняние, вкус, осязание – всё работало на пределе. Сконцентрировавшись, он мог даже почувствовать внутреннее состояние объектов. Вероятно, именно за эту мощную проницательность предки и назвали технику «Светлым Сердцем Меча». Были ли у неё другие особенности – Татибана пока не понял, это еще предстояло выяснить.
Обновлено: 10.07.2026