На следующее утро, едва рассвело, Ма Юйтен уже сидел в отцовском «Крауне». Машина держала путь в район Баоань, поселок Лунхуа, где располагался завод «Рэйтэн Бэттери».
Чем ближе к цели, тем ниже становились здания, уступая место бесконечным рядам цехов и промзон. Наконец автомобиль остановился перед воротами с четырьмя золотыми иероглифами названия компании. Выйдя из машины, Юйтен впервые в полной мере оценил масштаб империи Ма Голяна.
Территория почти в сто му: отдельные офисные здания, общежития для рабочих, столовая. Это был не кустарный цех, а полноценный индустриальный парк.
一 Молодой гендиректор Ма, прошу сюда, 一 дядя Чэнь быстро догнал его, взяв на себя роль гида. Он работал на Ма Голяна почти десять лет и знал подноготную завода как свои пять пальцев.
一 Шеф закончил колледж в конце семидесятых, пошел в государственный аккумуляторный завод в Гуанчжоу и быстро стал там ведущим спецом, 一 в голосе дяди Чэня слышалась гордость. 一 В начале восьмидесятых, когда подул «ветер перемен», он взял деньги за снос старого жилья, воспользовался льготами спецзоны и ушел в свободное плавание. Начал с сухих батареек. Многие мастера тогда ушли за ним от государства.
Юйтен молча шел следом. Офисное здание выглядело старомодным: полы из каменной крошки, на стенах – красные кумачовые лозунги про «безопасность производства». Дух девяностых здесь застыл в самом воздухе.
一 Самые золотые времена были лет семь-восемь назад, 一 голос дяди Чэня окреп, будто он сам вернулся в те годы. 一 Тогда в Японии ввели новые экологические нормы, и себестоимость никель-кадмиевых батарей у них взлетела. Ваш отец рискнул, вложил всё в разработку и умудрился сбить цену до одной пятой от японской! Тогда в стране почти никто не умел делать такие батареи, всё шло на экспорт. Мы тогда загребли львиную долю заказов. Годовая выручка перевалила за сто миллионов! И это были реальные, живые деньги!
Сто миллионов выручки в те годы – сумма астрономическая. Теперь понятно, откуда у отца эта аура власти. Это была уверенность человека, выжившего в мясорубке рынка. Жаль только, что время никого не щадит.
一 Эх, было да сплыло, 一 вздохнул дядя Чэнь. 一 Последние пару лет заводов развелось как грибов. Все демпингуют как сумасшедшие. Заказы уходят, а те, что остаются, почти не приносят прибыли.
Юйтен кивнул. Всё логично: в отраслях без высокого технологического порога всё неизбежно скатывается к ценовым войнам, пока все не вылетят в трубу.
Они зашли в конференц-зал на третьем этаже. За длинным овальным столом сидели человек восемь. При его появлении все синхронно встали. Во главе стола стоял мужчина лет пятидесяти с лоснящимися волосами и солидным пивным животом – Ван Дэфа, вице-директор завода.
Правая рука отца, ответственный за продажи и заказы. Именно он рулил делами, пока Ма Голян лежал в больнице.
一 Молодой гендиректор Ма пришел! Прошу, присаживайтесь, 一 Ван Дэфа расплылся в улыбке и услужливо отодвинул кресло во главе стола.
Юйтен не сел. Он обвел взглядом присутствующих. Старая гвардия, костяк завода. В их вежливых улыбках читалось плохо скрываемое пренебрежение. Что смыслит в деле этот сопливый выпускник?
一 Садитесь, я просто послушаю, 一 Юйтен занял место где-то сбоку.
Ван Дэфа на секунду замер, но, решив, что парень просто «знает свое место», довольно уселся обратно.
一 Что ж, продолжим. Молодой гендиректор Ма пока входит в курс дела.
Совещание потекло своим чередом. Начальник производства докладывал о мощностях, начальник отдела продаж – о заказах. У всех всё было гладко, все проблемы объявлялись «временными трудностями рынка». Виноваты были все вокруг, кроме них самих. Внутренние огрехи замалчивались.
Внимание Юйтена привлек руководитель отдела разработок. Гао Сян, мужчина лет тридцати с небольшим, в очках, с типичным видом замкнутого технаря. Магистр престижного вуза, которого отец с трудом переманил из госсектора. Когда дошла очередь до него, он сухо отчитался о мелких доработках существующих никель-кадмиевых батарей, а потом замялся, явно желая добавить что-то еще.
Ван Дэфа бросил на него тяжелый взгляд. Гао Сян тут же сник и проглотил слова.
Юйтен про себя усмехнулся.
一 Вице-директор Ван, 一 внезапно перебил он поток красноречия замдиректора.
В комнате мгновенно стало тихо. Все взгляды скрестились на нем.
一 На сегодня закончим, 一 Юйтен встал. 一 Я хочу зайти в бухгалтерию. Мне нужны отчеты за последние три года и основные контракты с поставщиками.
Улыбка Ван Дэфа застыла. Он не ожидал такого хода. Вместо того чтобы прохлаждаться в кабинете или расспрашивать их, этот юнец первым делом полез в бухгалтерию.
一 Молодой гендиректор, там кипа бумаг. Может, я велю бухгалтеру подготовить для вас краткую сводку? 一 Ван Дэфа попытался уйти от прямого требования.
一 Не нужно. Я посмотрю первичку, 一 отрезал Юйтен и направился к выходу.
Лицо Ван Дэфа сменило несколько оттенков, но он был вынужден пойти следом.
В бухгалтерии их встретила Ян Шань, женщина лет сорока пяти. Заметив Ван Дэфа за спиной Юйтена, она всё поняла. Но в отличие от многих, она не стала заискивать перед вице-директором – её стаж и положение на заводе позволяли ей иметь свое мнение, к тому же Ван Дэфа ей никогда не нравился.
Она быстро достала из железного шкафа несколько толстых папок.
一 Молодой гендиректор Ма, здесь все основные приходы и расходы за последние годы.
Компьютеры тогда еще были редкостью, вся бухгалтерия велась вручную. Юйтен даже не сел – он стоял у стола и просто перелистывал страницы. Его пальцы мелькали, он читал по диагонали, страница за страницей. Благодаря аномальной памяти и способности к вычислениям, он в реальном времени строил в голове динамическую модель данных. Со стороны казалось, что он просто бесцельно листает книгу.
Но Юйтен видел правду. Цифры складывались в четкий график. Рентабельность. Со звездных тридцати процентов она катилась в бездну. Двадцать пять… двадцать… пятнадцать… В этом году она упала ниже десяти процентов.
Сердце Юйтена екнуло. Завод на тысячу человек, обороты на десятки миллионов, а маржа меньше десяти процентов? С учетом износа оборудования и банковских процентов это работа в убыток.
Его палец замер на одном из контрактов. Поставка для компании «Хуацян Электроникс». Цена была на десять процентов ниже рыночной – фактически на грани себестоимости. И подпись под документом принадлежала Ван Дэфа.
Он пролистал дальше и нашел еще несколько таких же «пустых» сделок.
Юйтен медленно закрыл папку. Раздался негромкий, но отчетливый хлопок. Он поднял глаза на Ван Дэфа, который сохранял олимпийское спокойствие.
一 Вице-директор Ван, эти контракты… Вы их лично подписывали?
Обновлено: 20.02.2026