Глава 126

Глава 126. Фирентия и Ферес ушли на другую сторону банкетного зала. Убедившись, что никто не находится достаточно близко, чтобы услышать наш разговор, я похлопала Фереса по плечу: – Хорошая работа, Ферес. На мои слова Ферес растянул губы в слабой улыбке: – Тия, ты выглядела так, словно попала в беду. – Ты быстро понял это. В следующем году Крени тоже поступит в академию. Надеюсь, он будет учиться так же хорошо, как и ты. – Крени? А, тот маленький… – Он уже не маленький. Он выше меня? Он так взволнован, что может сегодня встретиться с тобой. Должно быть, он хочет расспросить тебя об академии, – пока Тия говорила это, Ферес, не отрываясь, смотрел на неё. – Почему ты так смотришь? – …Тия, похоже, совсем не изменилась. – Это комплимент или упрёк? Вместо ответа Ферес мягко улыбнулся. – В любом случае благодаря тебе, Ферес, я ощущаю себя по-настоящему обновлённой спустя долгое время. Хех, приятное ощущение. – О чём ты говорила с императрицей? Ты не выглядела довольной. – А, это. Внезапно она начала говорить странные вещи, словно собирается найти мне мужа. В месте, где каждый может услышать это. Да, я была немного раздражена этим. Теперь, когда Фирентия вышла из этой ситуации, она немного успокоилась. – …Что ты сказала? – спросил ей Ферес. Девушка понимала, что он спросил явно не потому, что плохо расслышал её слова. Всё из-за того, что Ферес смотрел в сторону императрицы с ледяным выражением лица. Тия сильнее понизила голос: – Это новый трюк императрицы-матери. Поддерживать влияние в глазах светского мира. Речь идёт об установлении прочных связей между двумя семьями путём соединения двух нужных людей. «Брак по расчёту не редкость. Однако следует признать, что этот метод явно эффективен.» – Но не волнуйся слишком сильно. Брак принца требует разрешения Его Величества императора. Она даже не будет пытаться дотянуться до тебя. «Мне следует быть осторожнее и избегать с ней встреч какое-то время. Императрица Лабини не из тех, кто легко сдаётся. К сожалению, я не знаю, что сказать, если мы вдруг встретимся на каком-то другом банкете.» – Я не буду посещать банкеты некоторое время… Ферес? Ферес был немного странным. Его лицо было более невыразительным, чем обычно, но почему-то, глядя на него, хотелось сказать, что от юноши веяло холодом. Тия нежно погладила Фереса по лбу, чтобы успокоить его: – Не волнуйся слишком сильно. Даже первый принц ещё не решился на женитьбу. Поэтому они никак не смогут связать тебя с какой-либо женщиной. – Тия, – позвав девушку, Ферес взял её руку, лежащую на его плече, и опустил. Однако в его мозолистых ладонях, державших руку Фирентии, чувствовалась сила. – Что такое, Ферес? – Если императрица когда-нибудь снова предложит что-то подобное, скажи мне. «Ах, я ошиблась. Ферес беспокоился не о себе, а обо мне,» – Тия ощутила желание рассмеяться, но постаралась сдержать смех. – Сказать? Как ты сможешь мне помочь? – …Как-нибудь, – Ферес был искренен. Это можно было понять по его глубокому взгляду. «Если я попрошу его о помощи, Ферес будет честен и сделает всё возможное, чтобы помочь мне,» – как только Фирентия ощутила это, ей стало легче и немного грустно. – Когда ты стал таким большим… – девушка тут же подняла руку, которую держал Ферес, и попыталась, как обычно, погладить его по голове, но одёрнула себя. «Всем известно, что в детстве я была товарищем Фереса по играм и что он внёс значительный вклад в лечение болезни моего папы. Однако какими бы близкими мы ни выглядели, гладить принца по голове во многих смыслах опасно. Кстати.» Ферес снова взял руку Фирентии в свою. И его красные глаза встретились с её зелёными. Красивое лицо, даже без улыбки, ставшее теперь взрослее, бросилось в глаза девушке. Температура тела Фереса, который держал её за руку, была особенно высокой. Тудум, – спокойное сердце Фирентии вдруг бешено застучало. «Что это?» – Тия, – в этот момент девушку позвал голос, полный гнева. – Дедушка! Рулак, переполненный гневом, подошёл к ним, а в его глазах словно пылал огонь: – Я только что услышал о произошедшем. Я услышал, что императрица сказала тебе что-то бесполезное. «Похоже, пока мы болтали здесь, дедушка услышал новость и бросился ко мне. Если посмотреть, его ранее аккуратно причёсанные волосы сейчас в лёгком беспорядке.» – Не волнуйся, дедушка. Я не ответила, ускользнув от этой темы. – Да, это моя внучка… – взгляд Рулака упал на руку внучки, которую держал Ферес. – Второй принц, – он в полголоса позвал Фереса. – Что делает Ваша рука? Прежде чем её дедушка неправильно понял, Тия быстро ответила: – Он утешал меня, дедушка. – …Утешал? – один уголок губ Рулака скривился. – Хорошо. Теперь, когда леди утешена, как насчёт того, чтобы отпустить эту руку? Ферес посмотрел на Тию один раз и отпустил её руку. На его лбу тут же появилась небольшая морщинка. Рулак и Ферес смотрели друг на друга, не делая ни шагу. «Странно. Хоть дедушке мало кто нравится, но я не понимаю, почему он так сильно настроен против Фереса. Возможно ли, что без моего ведома у них произошёл конфликт? У Фереса не должно быть плохих мыслей о Ромбарди.» После короткой, но напряжённой игры в гляделки Рулак заговорил низким голосом: – У меня есть новость, которой я хочу поделиться с моей внучкой. Принцу следует вернуться на банкет. Это был очевидный, пусть и завуалированный, приказ. Хотя сейчас они находились в особняке Ромбарди, и Ферес являлся их гостем. Да и единственным человеком, который мог сказать подобное принцу империи, был его отец, император. – Если ты пойдёшь туда, то увидишь близнецов и Крени, – сказала Фирентия другу, указывая в том направлении, где ранее исчезли близнецы и Крени. – Ты можешь сходить и поговорить с ними. – …Хорошо, – Ферес в последний раз молча поклонился Рулаку и ушёл в указанном девушкой направлении. – Ха, – Рулак недовольно посмотрел на Фереса и повёл внучку на ближайшую тихую террасу. Это было место, где они могли спокойно побеседовать, поскольку вход закрывала плотная и длинная занавеска. Спустя несколько мгновений слуга особняка принёс на подносе два бокала вина и бутылку. Рулак взял бокалы и протянул один Фирентии: – Теперь, когда ты взрослая, ты можешь выпить бокал со своим дедушкой. У него была широкая улыбка, по которой легко можно было понять искренность его чувств. Фирентия с благодарностью взяла бокал и понюхала. Однако глубина аромата была довольно необычной, поэтому она непроизвольно проверила этикетку бутылки с вином. – Вау, «Винтажный Марс»? Вино с глубоким вкусом и долгим послевкусием. «Сколько стоит эта бутылка?» – Спасибо, что открыл такую невероятную бутылку в мой день рождения… Она узнала эту бутылку из-за привычки употреблять алкоголь в прошлой жизни. – …Ты очень хорошо разбираешься в алкоголе, Тия, – сказал Рулак, наблюдавший за внучкой. – … «Вот дерьмо. Я ведь только что стала взрослой.» – …Я видела её в книге, дедушка. На её ответ Рулак чуть прищурился, с подозрением смотря на Фирентию: – Хорошо. Если это так, то всё в порядке. – Ха-ха-ха… Рулак вновь улыбнулся и слегка ударил своим бокалом о бокал, который держала его внучка. Звонкий звук эхом отразился в тихом ночном воздухе террасы. Тия сделала глоток вина и посмотрела на Рулака. «Как и ожидалось от дорогого вина. Несмотря на то, что оно крепкое, вино достаточно вкусное, чтобы захотеть выпить весь бокал сразу.» Пока Тия смотрела на вино и пробовала его, Рулак обратился к ней с вопросом: – Я ещё не сделал тебе подарок на день рождения. Есть ли что-то, что ты хотела получить? Свет из банкетного зала создавал глубокий контраст на лице Рулака. – Если есть что-то, что ты хочешь, то скажи. Это были не просто слова. Дедушка Фирентии являлся главой рода Ромбарди. Он был тем, у кого была возможность действительно дать Фирентии всё, что она захочет. По этой причине на лице Рулака появилось предвкушение, которое не могла скрыть даже насыщенная тень. «Что мне сказать?» – в одно мгновение у Фирентии возникла плохая идея. «Может, мне попросить сундук золотых слитков? Или я должна попросить небольшой участок земли среди поместий Ромбарди для жизни? Что бы я ни сказала, дедушка, вероятно, исполнит это. Но я не хочу подобных мелочей. Если дело в деньгах, то у меня их уже достаточно, а если в земле, то у папы уже есть своё имение. Есть только одна вещь, которой я хочу обладать. Лишь Ромбарди. Кроме того, дедушка, вероятно, будет разочарован, если я попрошу в подарок на день рождения мелкую и обычную вещь. Об этом говорит его любопытный взгляд, которым он сейчас наблюдает за мной. Если это так, то я должна оправдать это ожидание. Потому что я хорошая внучка.» Сделав ещё один глоток вина, Фирентия спросила дедушку: – Дедушка, с сегодняшнего дня я взрослая? – Правильно. Тебе восемнадцать лет, – лицо Рулака, кивнувшего головой, было расслабленным. Пока его внучка не сказала следующее. – Тогда мои права вступают в силу прямо сейчас. – …Права? – Да. Право наследника прямой линии Ромбарди – выходить за рамки ответственного лица и заниматься бизнесом Ромбарди. «И тётя Шананет, и Виедзи начинали одинаково. Говорили о праве прямой линии Ромбарди и делали первый шаг в поле своего интереса и уверенности. Так они добивались хороших результатов и показывали свои способности. Это способ Ромбарди раскрыть себя миру.» – … – глаза Рулака, смотрящего на Фирентию, слегка дрогнули. – Мне больше ничего не нужно. «Я хочу Ромбарди. Самый большой и прекрасный род в истории. Поэтому…» – Только один раз. Пожалуйста, поддержи меня, чтобы я могла воспользоваться своими правами, дедушка, – со спокойной улыбкой сказала Тия своему дедушке. . . . – Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –