Он остался единственным выжившим — а лабиринт назвал это победой. Виктор Кельман сжимает в руках мёртвое тело брата, пока голос свыше зачитывает ему награду за чужие жизни. Вместо силы система вручает жуткий подарок — навык, стирающий все эмоции без остатка, чтобы боль никогда больше не мешала выживать. Он клянётся тем, кто наблюдает сверху за этой бойней: каждая капля крови будет отомщена. Сколько этажей лабиринта ещё ждут его — и останется ли в нём хоть что-то человеческое?

Он остался единственным выжившим — а лабиринт назвал это победой. Виктор Кельман сжимает в руках мёртвое тело брата, пока голос свыше зачитывает ему награду за чужие жизни. Вместо силы система вручает жуткий подарок — навык, стирающий все эмоции без остатка, чтобы боль никогда больше не мешала выживать. Он клянётся тем, кто наблюдает сверху за этой бойней: каждая капля крови будет отомщена. Сколько этажей лабиринта ещё ждут его — и останется ли в нём хоть что-то человеческое?