— Эмма Вальд, курсант третьего уровня, тройка «Тень». Запись от 19 числа месяца Четвёртой Лиги.
Он другой. Инструктор Самойлов. Не просто жёсткий — честный, как наждак по коже. Сначала я думала, что он ломает нас. Но теперь… он как кузнец. Он ищет металл, который выдержит огонь.
Когда он смотрит — будто видит тебя насквозь. Знает, когда ты врёшь. Когда боишься. Когда прячешься за фразами.
С Хеей работать тяжело, но она прикрывает спину молча. Доверие — как шаг в туман. Если не сделаешь — утонешь.
Запись окончена.
— Лир Фовальд, курсант второго уровня, тройка «Пики». Личный дневник, неофициально.
Я не понимаю, почему этот чертов Дасс всех цепляет. Он ничего не говорит, только смотрит, как будто знает, кто сдохнет первым. Он не дерзит, не спорит, не делает ошибок — бесит.
Но я видел, как он двигался сегодня. Его тройка работает так, как будто у них с рождения один мозг на троих. Я попытался сделать то же самое — и завалил бой. Ярик бросил в лицо: «Ты не командир. Ты крик».
А я хочу быть первым. Хочу, чтобы Самойлов увидел во мне не шутника, не сына барона, а воина.
Запомни: завтра — меньше слов. Больше дела.
— Хея Салм, курсантка третьего уровня, тройка «Тень».
Когда Самойлов говорит, во рту становится сухо. Потому что он прав. Даже когда хочется ударить в ответ — всё равно знаешь: он не издевается. Он учит. Как хищник, учит тебя выживать в стае.
Эмма прикрывает меня, а я её. Мы не подруги, мы — зеркало друг друга. Когда она промедлила на повороте — я сбилась. И мы обе это поняли в ту же секунду. Это уже не просто тренировка. Это инстинкт.
И да… я видела, как Самойлов задержался на секунду, когда мы отработали условную зачистку без потерь. Он не хвалил. Но он запомнил. А это — дороже слов.
— Руэл Дан, курсант. Новичок. Тройка «Око».
Дасс страшный. Не потому что сильный. Потому что спокойный. Как будто он уже знает, сколько людей умрёт — и просто живёт дальше. А я… я дрожу. Иногда не показываю, но внутри — дрожу.
Но когда он сказал: «Ты со мной», я не отказался. Не смог. Он не просил. Он назначил. И в бою я не думал. Я шёл, потому что знал: если отстану — подведу. Если упаду — он не поднимет. Не потому что бросит. Потому что мне самому нужно научиться вставать.
Я стал лучше за три дня, чем за год в приюте. Это значит что-то. Значит, я ещё не пустой.
— Ярик Толь, курсант второго уровня, тройка «Пики».
Лир бесит. Орёт, лезет вперёд, и всё делает так, будто ему заранее медаль обещали. Но, чёрт возьми, он старается. Иногда смотрю — и думаю: вот если бы он стал чуть тише… может, был бы хорошим командиром.
А Самойлов? Он — как нож. Острый, прямой и не даёт себе заржаветь. Он меня не любит. И правильно делает. Я ещё не заслужил.
Но я выживу. Чтобы он, чёрт побери, увидел, что я не просто балагур. Что я тоже могу.
— Неизвестный курсант, чёрновик, найден после выпускного боя. Без подписи.
Он научил нас видеть страх — и не бояться. Он учил не быть героями. А быть живыми.
И если мы выживем, то не потому что сильные. А потому что держались друг за друга, как за оружие. Не ради Империи. Не ради медалей.
А ради того, кто первым поверил, что мы — не мясо.
А сталь. И сталь закаляется болью.
Конец записи.
Обновлено: 19.01.2026