Глава 53 — Глава 53. Северо-западный ветер

Е Цзянь стоял перед комнатой Е Бо, удивленно глядя на запертую дверь. Слегка нахмурившись, он пробормотал: — А-Бо не остался в комнате учить уроки? Или, может, ушел в лекционный зал? После короткого размышления он направился в другую сторону. Академия Гоцзыцзянь не была для него чужой — в юности он провел здесь почти восемь лет. Даже спустя годы он помнил ее внутренние маршруты. Огибая внутренний дворик возле комнаты Е Бо, он шел по широкой дороге в сторону лекционного зала академии. Проходя мимо ворот столовой, он замедлил шаг, услышав знакомый голос изнутри. — Они пошли на поле для куджу? — мужской голос был слегка прохладным, и Е Цзянь понял, что это, скорее всего, сын старшей принцессы Чжаонин. Затем раздался женский голос: — Учительница сказала, что пойдет учить студента Е играть в куджу, предупредила об этом здесь и сразу же ушла с ним. Е Цзянь приподнял брови. Насколько он знал, не так много влиятельных чиновников носили фамилию Е, и лишь немногие их сыновья, подходящие по возрасту, учились в академии Гоцзыцзянь. Сегодня был выходной день, и большинство студентов либо отправились домой, чтобы провести время с семьей, либо ушли развлекаться с друзьями. Оставшийся в академии студент Е… Скорее всего, был его собственным сыном. Осмыслив слова девушки, он был поражен еще больше. Получается, его сын не вернулся домой, чтобы остаться здесь и учиться играть в куджу? Когда Е Бо успел так измениться? Неужели ему действительно захотелось поиграть в куджу, но вместо того чтобы обратиться к отцу, он выбрал кого-то другого? Ведь собственные навыки Е Цзянь перенял от своей сестры, и в Чанъане он считался одним из лучших игроков! Пока Е Цзянь размышлял над этим, из ворот столовой появился Се Цинчжан в светлой повседневной одежде. Закончив разговор с А-Лань и узнав, куда направились Мэн Сан и Е Бо, он как раз вышел из дворика и заметил стоящего неподалеку Е Цзяня. Се Цинчжан замер на мгновение, затем сложил руки и поприветствовал его: — Приветствую вас, господин Е. Е Цзянь ответил на приветствие и, не скрывая, что невольно услышал разговор, с улыбкой сказал: — Благодарю, теперь, благодаря Сююаню, я наконец-то знаю, куда подевался мой сын. Се Цинчжан слегка кивнул и спокойно сказал: — Я как раз собираюсь найти их, не хотите ли, господин Е, присоединиться ко мне на поле для куджу? — Конечно, — с готовностью ответил Е Цзянь, следуя за ним и ненавязчиво спрашивая, — Получается, Сююань знаком с тем, кто учит А-Бо куджу? Се Цинчжан с неизменным спокойствием пояснил: — Это одна из поварих в столовой. Очень живая и энергичная, и, похоже, подружилась с вашим сыном. Услышав, что Е Бо завел себе друга в академии, Е Цзянь был вне себя от радости и даже не смутился тем, что его новый товарищ — повар. С улыбкой он продолжал расспрашивать Се Цинчжана о ней. Се Цинчжан, зная, что Мэн Сан предпочитает не афишировать свою личную жизнь, рассказывал о ней кратко, упоминая лишь, что ее кулинарные способности привлекли внимание старшей принцессы Чжаонин. Чем больше Е Цзянь слушал, тем больше радовался, но при этом и немного волновался. Неужели его сын вдруг воспылал юношеской симпатией к этой юной поварихе? К тому же она немного старше его… Вот так поворот! А он и не догадывался, что его мальчишка предпочитает девушек постарше! Под легким осенним ветерком они, весело беседуя, добрались до поля для куджу, где услышали звучный голос Е Бо, полный возмущения: — Сан-Сан! Ты же сказала, что будешь учить меня, а сама снова играешь одна? Е Цзянь слегка вздрогнул, услышав знакомый голос сына, только почему-то с необычным звучанием. Затем послышался веселый женский голос: — Ну, дай мне хотя бы еще разок! Еще один удар, и все… В этот момент Е Цзянь и Се Цинчжан как раз подошли к полю и увидели следующее: стройная девушка с яркими абрикосовыми глазами ловко отбивала мяч ногами, прежде чем мощно подбросить его вверх. Когда мяч резко пошел вниз, она с точностью прицелилась и нанесла сильный удар. Е Цзянь почувствовал вспыхнувший азарт и не сдержался: — Отличный удар! Мяч взлетел еще выше, попав прямо в цель, и, пролетев сквозь обруч, полетел прямо к Е Цзяню и Се Цинчжану. Не теряя ни секунды, Е Цзянь бросился вперед, умело подхватил мяч ногами и ловко перехватил его рукой, зажав его под мышкой. На поле Мэн Сан заметила Се Цинчжана с незнакомым мужчиной и почувствовала легкое любопытство. Е Бо, стоявший рядом с ней, на мгновение слегка растерялся, затем в его глазах мелькнуло чувство неловкости, и он стал украдкой поглядывать на приближающихся Е Цзяня и его спутника. Поколебавшись на мгновение, он принял решительный вид, склонил голову и, сложив руки, почтительно приветствовал Се Цинчжана: — Студент Е приветствует Се-сие. Затем, повернувшись к Е Цзяню, тихо произнес: — Отец. Услышав это обращение, Мэн Сан внезапно осознала, кто был этот зрелый мужчина с легкой улыбкой, стоявший рядом с Се Цинчжаном. Приемный сын министра Е, ее номинальный дядя, — помощник министра в Министерстве исполнения наказаний Е Цзянь. Пока они не подошли совсем близко, Мэн Сан скрыла все мелькавшие в ее глазах эмоции, сохранила невозмутимое выражение лица и сложила руки для поклона: — Приветствую помощника министра Е и Се-сие. Зная, что это единственный друг его сына, Е Цзянь отбросил всякую чиновничью строгость и был предельно вежлив: — Маленькая леди, поднимитесь, я еще не поблагодарил вас за вашу заботу об А-Бо и за то, что вы научили его играть в куджу. Мэн Сан одарила его вежливой улыбкой и выпрямилась. Е Цзянь приподнял брови, посмотрел на сына, чья неловкость была очевидна, и, делая строгий вид, с нарочитой суровостью проворчал: — А-Бо, ты осознал свою ошибку? Мэн Сан слегка нахмурилась, чувствуя легкое недовольство, но предпочла сдержаться. Е Бо невольно вздрогнул, опустил маленькие брови и послушно извинился: — Это А-Бо виноват, не следовало увлекаться играми и пренебрегать учебой... Он не успел договорить, как его прервал Е Цзянь. Широко раскрыв глаза, он воскликнул: — А-Бо, разве это ошибка? Если ты хочешь выйти погулять, я только рад! С этими словами Е Цзянь подошел к ошеломленному сыну, присел перед ним и, не стесняясь, схватил его за щеки, все еще по-детски пухлые, и «грозно» пожурил его. — Твоя ошибка в том, что ты не сказал правду своему отцу, — укорил его Е Цзянь, поднимая длинные брови и уверенно продолжая, — Иначе отец бы точно заранее приготовил тебе одежду для игры в куджу, и тебе не пришлось бы надевать эту неудобную официальную мантию, в которой и шага не сделаешь! — И еще, если хочешь научиться играть в куджу, почему не пришел к своему отцу? Ты, что, не уважаешь мое мастерство? — Е Цзянь многозначительно добавил, — Если ты и вправду так думаешь, то отец будет очень расстроен! Не только Е Бо застыл от удивления, но и Мэн Сан с Се Цинчжаном оказались ошарашены. Этот строгий и решительный помощник министра вдруг оказался весьма... забавным в кругу семьи. Е Бо стоял с открытым ртом, лишь боковым зрением заметив реакцию Мэн Сан и Се Цинчжана, и тут внезапно осознал происходящее, лицо его залила краска. Охваченный стыдом, он торопливо шагнул вперед, закрыв болтливый рот своего отца рукой: — Отец, о чем ты говоришь?! Увидев, как сын чуть ли не подпрыгивает от волнения, Е Цзянь наконец удовлетворенно поднялся, вновь приняв уверенный и спокойный вид высокопоставленного чиновника в алых одеждах, и с улыбкой повернулся к Мэн Сан и Се Цинчжану: — Обычные отцовские забавы, прошу прощения, если смутили вас. Мэн Сан и Се Цинчжан переглянулись, оба улыбнулись и слегка кивнули в знак понимания, их движения были удивительно синхронны. Замечая это, Е Цзянь почувствовал себя еще более непринужденно, наклонился и похлопал сына по плечу: — А-Бо, ты почему не сообщил, что у тебя выпал зуб? Е Бо все еще кипел от досады из-за отцовских поддразниваний, и даже его давно подавляемое недовольство неожиданно вырвалось наружу: он отвернулся, надув губы в легкой обиде. Отец просто… просто невозможен! — Ах ты, ворчун, ты решил сердиться на своего отца, — Е Цзянь с легкой усмешкой хлопнул его по плечу и обернулся к Мэн Сан, — Я тоже немного умею играть в куджу, не против, если вместе будем учить его? Наблюдая их непринужденное общение, Мэн Сан прониклась симпатией к своему формальному дяде и с улыбкой ответила: — Конечно, но прошу вас подождать немного. С этими словами она обернулась к Се Цинчжану: — Я еще не успела спросить, по какому делу вы меня искали, Се-сие? Се Цинчжан мягко улыбнулся, в его взгляде мелькнули теплые нотки: — Ничего срочного, сперва научите юного господина Е играть в куджу. Мэн Сан, не задавая лишних вопросов, с улыбкой согласилась: — Хорошо. И вместе с Е Цзянем они отправились с Е Бо к центру площадки. Надутый Е Бо сначала глянул влево и увидел, как Е Цзянь терпеливо демонстрирует технику игры в куджу, а затем повернул голову направо и заметил, как Мэн Сан подробно объясняет движения для ударов по мячу. Постепенно его лицо засияло от восторга, и он ощутил, что сегодня — самый счастливый день в его жизни. Если бы только мама могла сейчас быть рядом и увидеть это, она бы наверняка тоже очень обрадовалась. Подумав об этом, Е Бо твердо решил не сердиться больше на своего «вредного» отца! Через несколько мгновений Е Бо, скрывая эмоции, стоял возле Се Цинчжана, испытывая легкое негодование. Обещали учить его играть в куджу, а что в итоге? Оказалось, что они начали соревноваться, кто лучше владеет мастерством куджу! Сан-Сан и отец действительно перешли все границы! За пределами площадки один взрослый и один маленький зритель стояли рядом, тихо наблюдая за игрой. На поле же Мэн Сан и Е Цзянь вовсю состязались в куджу, игра шла на равных. С тех пор как Е Цзянь вступил на государственную службу, он нечасто мог позволить себе насладиться игрой в куджу. Встреча с Мэн Сан стала встречей двух равных соперников, что пробудило в нем былую страсть к игре. Охваченный этим порывом, он совершенно забыл о первоначальном намерении обучать Е Бо и вызвал Мэн Сан на матч. В этот момент Е Цзянь контролировал мяч, намереваясь использовать свое самое сильное движение, чтобы прорваться сквозь плотную оборону Мэн Сан. Однако, когда они прошли мимо друг друга, Мэн Сан, казалось, готовая устремиться на его правую сторону, неожиданно изменила тактику. В тот миг, когда мяч оказался у Е Цзяня под левой ногой, она молниеносно изменила направление и, словно тень, выскользнула слева от него, вытянув ногу и ловко перехватив мяч. В одно мгновение игра на поле внезапно изменилась. Для зрителей со стороны казалось, что Мэн Сан мастерски использовала свой точный шаг, умело обыграв Е Цзяня, воспользовавшись его малейшей уязвимостью. Ее техника была филигранной и смелой. Но для Е Цзяня это движение оказалось до боли знакомым, будто вновь погружало его в бесчисленные матчи, сыгранные более двадцати лет назад. Это был словно порыв ветра, распахнувший дверь его воспоминаний и окативший его лицо пылью прошлого. Ему казалось, будто электрический разряд прошел сквозь его тело от макушки до пят, заставив застыть на месте и невольно наблюдать за каждым движением Мэн Сан, ошеломленный до глубины души. Завладев мячом, Мэн Сан, не позволяя себе расслабиться, развернулась, установила мяч на удобную позицию и мощным движением ноги отправила его прямо в «ворота». Со стороны раздался восторженный возглас Е Бо и аплодисменты Се Цинчжана. — Сан-Сан, ты такая молодец! Этот радостный возглас вернул Е Цзяня к реальности. Разобрав слова сына, его взгляд вдруг стал необычайно сложным, эмоции буквально переполняли его. Не «Са-са», а… «Сан-Сан»*? (ПП: сначала ему послышалось слово 飒飒 – «саса», свист ветра. А потом он понял, что это 桑桑 – Сан-Сан – «шелковица») Вдруг все встало на свои места: это было имя, которое он с таким трудом выспросил из уст старшей принцессы Чжаонин, — имя дочери его названной сестры, ее родной дочери. Сан, как в «桑葚» (саншэнь) — шелковица. Мэн Сан. Мэн Сан успокоила учащенное сердцебиение, спокойно повернулась к Е Цзяню и с улыбкой сказала: — Помощник министра Е, похоже, в этом раунде я… Но, встретившись с его взглядом, она внезапно ощутила необъяснимое чувство, которое заставило ее замолчать на полуслове. На поле воцарилась тишина, и лишь осенний ветер пронесся мимо, слегка развевая пряди их волос. Е Цзянь пристально смотрел на молодую девушку перед собой, тщетно пытаясь отыскать в ее чертах тени прошлого. Его губы сжались, руки непроизвольно задрожали, все его тело словно застыло от напряжения. Прошло несколько мгновений, пока даже Е Бо на краю поля не почувствовал что-то неладное. И только тогда, с трудом, Е Цзянь заговорил: — Скажите, юная леди, знаете ли вы женщину по имени Е Цинцинь? Мэн Сань чуть опустила веки, скрывая все те чувства, что бурлили в ее душе, и мягко ответила: — Помощник министра Е, мне знакома лишь Пэй Цинцинь, но я не знаю Е Цинцинь. Ее слова заставили Е Цзяня отступить на полшага назад. Он сдерживал в груди вихрь чувств — шок, радость, трепет, — и, наконец, встретив ее твердый взгляд, неожиданно улыбнулся. — Ты права… ее должны звать… Пэй Цинцинь. Е Цзянь глубоко вздохнул и, повернувшись к краю поля, громко произнес: —Се-сие, прошу, прогуляйтесь с А-Бо, у меня есть важный разговор с мисс Мэн. Се Цинчжан, стоявший на краю поля, ушел не сразу, сначала бросив взгляд на Мэн Сан. Убедившись, что она едва заметно кивнула, он мягко обратился к Е Бо и, увлекая его в сторону, покинул площадку. Когда пара — один взрослый и один маленький — скрылась вдали, Е Цзянь, совладав со своими чувствами, мягко произнес: — Судя по реакции Се-сие, похоже, ты узнала от старшей принцессы Чжаонин обо всех этих давних событиях. Не волнуйся, я понял, что ты не хочешь признавать связь. Я не расскажу об этом никому из семьи Е. Мэн Сан удивленно подняла глаза, наткнувшись на теплый, полный заботы и нежности взгляд: — Вы… Е Цзянь, подмигнув ей, добавил: — Теперь ты могла бы рассказать мне о том, как вы с матерью поживаете? Мэн Сан улыбнулась и, слегка кивая, ответила: — Хорошо. Когда Се Цинчжан вернулся с Е Бо, их беседа уже подошла к концу. Глядя на приближающихся, Е Цзянь тихо проговорил: — Оставим в стороне связи семьи Е, у меня есть друзья и вне ее. Поиски твоей матери и отца я обсужу напрямую со старшей принцессой Чжаонин, не тревожа семью Е. То, что ты решила не возвращаться к Е, — верное решение, не забивай этим голову. — Ты - юная леди, совсем одна в городе, так что тебе нужно быть осторожной. Если будут трудности, всегда можешь прийти ко мне, поняла? У Мэн Сан в горле встал комок, и, слегка кивнув, она тихо промолвила: — Поняла. Пока Е Бо еще не подошел, Е Цзянь еще раз внимательно посмотрел на нее и неожиданно вздохнул: — Эх, как же быстро ты выросла… так и не смог увидеть тебя ребенком, на сердце от этого горько... Услышав его слова, Мэн Сань послушно улыбнулась ему. В этот момент Е Бо, следуя за Се Цинчжаном, подошел поближе и, увидев выражения на лицах Мэн Сан и Е Цзяня, слегка наклонил голову в недоумении: — О чем это вы говорите? Е Цзянь, притворно пугая его, ответил: — Отец попросил юную леди Мэн подкармливать тебя морковью! Е Бо сморщил нос и возмущенно уставился на своего «вредного» отца. Удовлетворенный его реакцией, Е Цзянь, делая серьезное лицо, сказал Мэн Сан: — Передаю заботу о моркови на попечение повара Мэн. Мэн Сан, подыгрывая, с серьезным видом кивнула: — Обещаю исполнить поручение помощника министра Е. С этого обмена репликами Е Бо чувствовал себя все более подавленным, что вызвало улыбки у троих взрослых. Когда они, наконец, вдоволь наигрались в куджу и все разговоры были завершены, Е Цзянь попрощался с Мэн Сан и Се Цинчжаном, забрав с собой сына. Перед уходом он вдруг бросил суровый взгляд на Се Цинчжана, словно тот чем-то раздражал его, и только после нетерпеливого подталкивания Е Бо они ушли. Пройдя какое-то расстояние, шаги Е Бо начали замедляться. Е Цзянь остановился и присел: — Давай, отец понесет тебя обратно в общежитие. Е Бо, ощущая себя взрослым, попытался отступить на шаг: — Отец, я могу сам дойти. Но, не успев пошевелиться, он оказался на спине у отца, который ловким движением подхватил его и поднялся: — Какой там сам! Ты идешь так, словно тебя восемьсот буйволов тянут назад. Ты еще совсем юный, зачем церемониться с отцом? Силы Е Бо явно не хватало, чтобы вырваться, и, смирившись, он обхватил отца за шею. Под убаюкивающие шаги его постепенно начала одолевать сонливость, и он, привалившись к спине Е Цзяня, начал засыпать. Слушая ровное дыхание сына, Е Цзянь тихо сказал: — А-Бо, ты всегда можешь сказать отцу, что хочешь поиграть, не обязательно скрывать это. Полусонный Е Бо, все еще сонно кивая, пробормотал: — Нельзя говорить отцу, иначе… иначе, если дедушка увидит, что отец меня развлекает, снова его накажет. Если это только мое желание… и дедушка узнает, тогда он накажет только меня, а отец не пострадает… Всегда улыбающийся помощник министра Е вдруг посерьезнел, и в его глазах промелькнула грусть, а к носу подступила легкая горечь: — Глупыш, сколько лет прошло, а ты все помнишь. Он тяжело вздохнул: — Оставаться в семье Е — это было мое решение, но я не думал, что это причинит тебе вред. Это моя вина. Едва услышав эти слова, сонный Е Бо, словно получив толчок, вдруг громко возразил: — Ты не можешь говорить о моем отце плохо! Е Цзянь рассмеялся, стряхивая мрачные мысли, и с улыбкой хлопнул сына по мягкому месту: — Глупый мальчишка, отец сейчас пойдет с тобой за новой одеждой для игры в куджу, выберем лучшие ткани — у отца денег полно! Е Бо, проснувшись от неожиданного хлопка, с удивлением спросил: — Отец, разве деньги не у мамы? Е Цзянь на мгновение опешил, не находя, что ответить. Маленький сорванец на его спине тут же догадался и с уверенностью в голосе заявил: — Так вот, значит, ты прячешь от мамы заначку! — Глупый мальчишка, тише, тише... Между тем Мэн Сан и Се Цинчжан молча наблюдали, как отец и сын уходят. Вскоре их взгляды пересеклись, и, заметив выражение лица Се Цинчжана, Мэн Сан поняла, что объяснений не требуется. Они обменялись улыбками, понимая друг друга без слов. Перекидывая мяч для куджу в руках, Мэн Сан с любопытством спросила: — Так зачем вы меня искали? Се Цинчжан спокойно ответил: — На самом деле, просто проходил мимо столовой, не увидел ни вас, ни маленького господина Е, и вскользь поинтересовался. Не думал, что встречу помощника министра Е и что вы с ним случайно столкнетесь, поэтому решил подойти, чтобы при необходимости помочь. — Спасибо за заботу, — ответила Мэн Сань с улыбкой, поднимая мяч. — Я давно не играла в куджу, не до конца успела насладиться. Присоединитесь? Она лукаво приподняла бровь: — И не пытайтесь сказать, что не умеете. Когда вы пришли с помощником министра Е, я видела, как вы хотели поймать мяч ногой, но не успели, так как он вас опередил. Се Цинчжан рассмеялся и кивнул: — Да, я умею играть в куджу. Спустя несколько мгновений, запыхавшаяся, но сосредоточенная Мэн Сан преградила ему путь. Она ожидала, что он может немного знать игру и, возможно, потребуется немного поддаваться ему. Но кто бы мог подумать, что он, как и студент Сюй, умело скрывал свои навыки, притворяясь свиньей, чтобы съесть тигра*! (ПП: идиома, означает притворяться слабым и хрупким, но на самом деле быть сильным и способным причинить вред) Мэн Сан, закрывая все пути для Се Цинчжана, запыхавшись, с усмешкой сказала: — Ну вот, я уж думала, что не найду достойного соперника для куджу, а теперь знаю, к кому обращаться! В следующий раз сразу позову вас, Се-сие! Се Цинчжан тоже изрядно запыхался, одежда его покрылась пылью, а пот стекал по его четкой линии подбородка, падая на землю. Он слегка наклонил голову, и вся его фигура излучала уверенность и юношескую дерзость. Даже обычно мягкий голос звучал с оттенком вызова. — А почему бы вам сначала не преградить путь мячу? Мэн Сан, догадавшись о его замысле, снова встала на пути и, усмехнувшись, сказала: — Се-сие, вы ведь отстаете от меня на два очка! Постарайтесь не отстать еще больше! Се Цинчжан приподнял бровь, выбрал удобный момент и, ловко управляя мячом, проскользнул мимо нее. Они сражались на равных, не уступая друг другу, но в конце концов Мэн Сан вырвала победу с разницей всего в одно очко. В тот миг, когда мяч прошел через «ворота» и победа стала ее, лицо Мэн Сан осветила сияющая, как солнечный свет, улыбка. Се Цинчжан, застигнутый ее радостью врасплох, на мгновение замер, а затем, вытирая пот с виска, с улыбкой сказал: — Сегодня я проиграл, но в следующий раз мы сыграем снова. Сдерживая учащенное от недавней игры сердцебиение, Мэн Сан с улыбкой ответила: — Кто знает, может, я опять выиграю. Как бы мне тогда не пришлось краснеть! Хм, может, в следующий раз поставим на кон что-то повесомее? Се Цинчжан, покачав головой, вздохнул: — Проигрыш и выигрыш — это все потом. Главное, сыграть честно. Мэн Сан с радостью кивнула, почесав затылок, и побежала за мячом, лежавшим неподалеку. Подняв его, она весело помахала мячом в сторону Се Цинчжана и вернулась к нему легким бегом. Осеннее солнце, мягко освещавшее ее лицо, подчеркивало выразительные черты и слегка растрепанные пряди, игравшие в лучах света. На фоне увядающей листвы, уносимой ветром, молодая девушка, крепко прижавшая мяч к груди и бегущая к нему, излучала энергию и жизненную силу. Каждый ее шаг эхом отдавался в сердце молодого господина. И в этот миг его сердце, будто бы вопреки логике, но совершенно естественно, забилось быстрее.