Глава 26: Одно условие – тысяча жизней
Бум! Бум! Бум! На улицах Ламоса Каменный Скорпион, затерявшийся в ревущей толпе, то и дело натыкался на мечущихся людей. Страх перед драконом, сжигающим город, лишил большинство жителей остатков рассудка. Обезумев от ужаса, они бежали куда глаза глядят, а некоторые, потеряв ориентацию в дыму, бросались прямо в пасть разрастающегося пламени.
Скорпион долго пробивался сквозь человеческий затор, но спустя вечность обнаружил, что едва ли продвинулся на десяток шагов. Он задрал голову к небу. Изумрудный дракон, кружащий над городом против часовой стрелки, скоро должен был вновь оказаться над этим кварталом. — Так не пойдет! — Прошипел он сквозь зубы.
Ассасин больше не заботился о том, что его нынешнее обличье – лишь хрупкая женщина. Резко выхватив кинжал, он принялся разить всякого, кто преграждал ему путь, и неистово закричал:
— Дракон уже здесь! Если не хотите сдохнуть – идите за мной вглубь города!
В моменты слепой паники толпа легко поддается воле того, кто сохранил голос. Один за другим простолюдины начали сбиваться вокруг Скорпиона, безжалостно расчищая путь и втаптывая в грязь тех, кто бежал навстречу. Чем больше становился их отряд, тем меньше находилось смельчаков, готовых встать на пути этой живой волны. Они прорубали себе кровавую просеку в живом лесу.
Хлоп, хлоп! Сзади донесся тяжелый шум драконьих крыльев. Мгновение спустя поток оранжево-красного пламени превратил улицу, где они стояли всего минуту назад, в пылающий ад. Грохот обрушивающихся зданий сотрясал землю. Деревянные лачуги вспыхивали как хворост, а каменные дома под ударами дракариса рушились, словно детские башни из кубиков. Раненые, не успевшие убежать, и те, кого прикончили люди Скорпиона, оказались погребены под дымящимися обломками.
Если бы кто-то посмотрел на Ламос с высоты, он бы увидел, что Изумрудный дракон, используя восточный и западный порты как ориентиры, планомерно выжигал город кольцами, загоняя тысячи выживших к центральной площади. Когда третья волна пламени стихла, половина Ламоса уже лежала в руинах. Те, кто не осознал систему во время второго налета, поняли её теперь. Все уцелевшие, охваченные безумием, устремились к центру. Даже если им суждено было сгореть, каждый хотел оказаться тем, кто умрет последним.
Хлоп, хлоп! Наводящий ужас Изумрудный дракон опустился на площадь Ламоса, хлопая могучими крыльями. Но на этот раз он не стал изрыгать огонь.
— У меня есть золото! Я отдам половину… нет, все! Умоляю, пощадите! — Вопил какой-то богатей.
— Моему дитя всего год, господин, будьте милосердны! — Рыдала женщина.
— Пощады, милорд! Я силен, я буду вашим рабом, только не убивайте! — Кричали из толпы.
Когда люди разглядели в драконьем седле фигуру в вороненой стали, тысячи несчастных рухнули на колени. Раздался оглушительный скрежет и рев. Вермакс приземлился на крыши двух каменных зданий, и, вытянув длинную шею, издал яростный клич. Не было лучшего способа заставить толпу замолкнуть: на площади и прилегающих улицах мгновенно воцарилась гробовая тишина.
Джекейрис Веларион с бесстрастным лицом взирал на черное море коленопреклоненных людей. Он прокричал:
— Те, кто знает общий язык и низкий валирийский – выйти вперед! Будете моими глашатаями!
В портовом городе переводчиков хватало. Слова Джекейриса быстро разнеслись по рядам, и около трех сотен человек, толкая друг друга, выбежали к дракону. Когда они выстроились, Джекейрис холодно произнес:
— Я знаю, что тебя не так просто убить, и признаю – в этой толпе мне тебя не отыскать. Здесь осталось… ну, скажем, тысячи четыре душ. Если ты не выйдешь, я продолжу жечь, пока не истреблю всех до последнего! Вы, – он указал на глашатаев, – прокричите мои слова на обоих языках. Трижды!
Люди-рупоры быстро переглянулись, согласовали порядок и во всю мощь легких проорали ультиматум шесть раз. Площадь замерла. Четыре тысячи горожан принялись испуганно озираться, надеясь, что тот, кто навлек на них эту беду, обнаружит себя. Но Каменному Скорпиону было плевать на их жизни.
Джекейрис не рассердился, когда Безликий не вышел сразу. Он ожидал этого. Угроза смерти действует на простых людей, ибо для них смерть – величайший страх. Но для ассасинов Черно-белого дома смерть – лишь дар Многоликого Бога. Однако эти убийцы не боги, а лишь люди с фанатичной верой. А у людей всегда есть слабости. Если вера крепка – нужно ударить по вере.
— Я клянусь всеми богами в небесах: если выйдешь сам, я не трону тебя пальцем! — Закричал Джекейрис. — Более того, за каждый ответ на мой вопрос ты спасешь тысячу жизней. Все эти невинные могли бы жить. Но если из-за твоего выбора они подохнут, это будет означать, что ты отнял жизни, принадлежащие Многоликому, не заплатив за них никакой цены. Что ждет тебя после смерти: дар твоего бога или его кара?
Далеко не все Безликие обладали мудростью Якена Хгара. Среди них было много тех, кто стоял на низших ступенях посвящения. Услышав слова Джекейриса, Скорпион дрогнул. Он не боялся смерти, но боялся, что Многоликий не примет его в свои объятия. В это время толпа, словно почувствовав его колебания, начала биться лбами о камни, со слезами моля неведомого убийцу выйти и спасти их.
Ассасин тяжело вздохнул и шагнул из толпы. Джекейрис слегка приподнял бровь. Искусство Безликих действительно было пугающим: как этот человек смог превратиться из рослого и плечистого сира Рикарда в миниатюрную женщину? Но когда черты лица вновь начали меняться, возвращая облик Рикарда Торна, принц не стал тратить время на расспросы и жестом приказал ему подняться.
Как только Скорпион взобрался на крышу здания, ледяные вертикальные зрачки Вермакса зафиксировались на нем, а пасть приоткрылась, готовясь в любой миг выпустить струю огня.
— Первый вопрос: имя заказчика. — Произнес Джекейрис.
— Архонт Пачек и принц Кворен Мартелл, – без колебаний ответил Скорпион. Раз решение было принято, юлить не имело смысла.
— Второй вопрос: какой яд ты использовал?
— Яд каменного скорпиона. В Черно-белом доме Тироша есть противоядие.
Видя такую покладистость, Джекейрис отбросил мысли о пытках, которые готовил заранее.
— Что ж. Передавай привет Многоликому.
— Что? Но ты клялся не причинять мне вреда… — начал было ассасин.
Договорить он не успел. Поток оранжевого пламени из пасти Вермакса поглотил его целиком. Каким бы мастером перевоплощений ты ни был, перед лицом чистой мощи дракона ты – ничто.
— Я обещал, что я тебя не трону, — прошептал Джекейрис, глядя на обугливающиеся останки, — но я не обещал сдерживать его.
Принц повернулся к замершей площади. — Я держу свое слово. Ты ответил на два вопроса, и я дарую жизнь двум тысячам. Остальные же пусть сослужат свою последнюю службу. Час расплаты настал. Кровь за кровь.
Обновлено: 23.01.2026