Том 1 Глава 57

— Но где же Карлайл?» — Ах ... Карлайл и Хелен в безопасном месте. И не нужно беспокоиться о том человеке в зале суда, Люмон — свой». — Элли». — Что?» — Я настаиваю, чтоб ты немедленно бежала из империи. Конечно, у тебя теперь в руках большая сила... Но, если ты завяжешь здесь борьбу за трон, всё полетит по ветру». Изначально я подумывала уйти сразу после оглашения приговора. Но… после увиденного сегодня я ныне считаю это невозможным. Моему отцу было бы в тягость управиться с заговорщиками в одиночку. В отличие от моего отца, маркиз Сиос не побрезгует никакими методами. — … Я ещё побуду здесь немного». — Что, если Карлайла найдут?» — Даже если так, я уже приняла кое-какие меры. Так что, папа, не беспокойся обо мне и выздоравливай». Мой отец, глубоко вздохнув, выглянул в окно и сказал: — … А ведь императору уже доложили, что ты здесь». — И может быть… он скоро появится у нас на пороге». К этой минуте ты уже всё узнал от маркиза Парена. — Его Величество искал тебя почти 7 лет. Он...» Мой отец вдруг застыл, но вскоре снова открыл рот. — Элли, я надеюсь, ты знаешь свой путь к счастью». — Конечно». В тот момент, когда я улыбнулась своему встревоженному отцу, я увидела, как наши ворота открываются. К особняку нёсся мужчина на черном коне. — … Рэймонд». Я пошла в вестибюль одна. И как только я спустилась, черный конь Рэймонда остановился перед дверьми. В своей бешеной спешке он спрыгнул с лошади и метнулся внутрь. Он ворвался в комнату с перепутанными волосами и зияющим тревогой лицом. Когда я встретила его, как к тому обязывает протокол, все его импульсы на мгновение остановились. Ещё на корабле я волновалась, что, если снова его встречу, мое сердце будет потрясено. После того я случайно встретила его дважды, но сердце моё бесконечно колотилось лишь от страха быть пойманной. Однако сейчас, когда я смотрела на него, над сердцем властвовал покой. — Приветствую Его Величество Императора, Солнце Империи». Мой голос раздался в вестибюле. — Вставай». Когда я подняла глаза и посмотрела на него, я ощутила в нём тоску, смешанную с тревогой. Надо же. Раньше я всегда смотрела на него таким взглядом. — Элли…» Он обнял меня, произнеся моё имя дрожащим голосом. Это было нежное объятие, как будто он никогда даже не хотел меня отпускать. Он повис на мне, но я просто не могла ответить ему взаимностью. Я с силой оттолкнула его. Такой резкий жест ошеломил его. Он глупо уставился в мою сторону всё ещё дрожащими глазами. Я же лишь смотрела на него без чувств. — Сир. Такое внезапное проявление привязанности выглядит странно. Пожалуйста, держите себя в руках». — Элли». — Сир». Ему не терпелось многое сказать. Его темные глаза, смотрящие на меня, заключали глубокую тоску и радость, когда он, наконец, встретил человека, к которому так стремился. Ты искал меня 6 лет. Наверное, оно того стоило. Я не могла понять, почему он искал меня шесть лет, но сейчас, стоя передо мной, он выглядел, как счастливый ребёнок. Причины этого мне не были явны. В отличие от меня, кто провёл чёткую границу после того, как мы расстались, он относился ко мне с сентиментальностью. Как будто мы всё равно могли бы стать друзьями. Но я не хотела этим заниматься. Я просто хотела поскорее закончить эту встречу. Его красивое лицо и обсидиановые глаза казались намного глубже и холоднее, чем шесть лет назад. В прошлом мои глаза разбегались, когда я смотрела на него. Как будто я была одержима его красивым лицом, и сердце моё колотилось молотом. Но теперь мне было лишь немного неудобно в его присутствии. Особенно, когда эти глаза маниакально смотрели на меня. Это глубоко запрятанное чувство тоски и внутреннего беспорядка. Чего ты так на меня смотришь? Я хотела бы спросить его. Впрочем, я не хочу знать, зачем он это делает. Все последние шесть лет я знала, что он ищет меня, и даже если мне было интересно узнать причину, я отметала эту загадку, как бесполезные мысли. Какой бы ни была причина, это исключительно его проблемы. Я уставилась в темные глаза Рэймонда, и открыла губы. Никаких колебаний. — Я только что вернулась с суда. Процесс был нервным, и я устала. Так что, если вам больше нечего сказать, не могли бы вы исчезнуть». Его глаза сильно задрожали, когда он понял, что я высказала своё нежелание что-либо слушать. Его красные губы были неподвижны. Он явно хотел много чего сказать, но не мог решиться. Чужие могли такого не замечать, но зато я отлично знаю, каково это. Некогда и мне приходилось мириться с тем, что я хотела многое высказать, но не могла. И в этот раз он сомкнул свои сладкие губы, подавляя то, что ещё секунду назад хотело вырваться наружу. — Да, ты устала за сегодня. Раз уж ты вернулась … Приходи завтра во дворец». Когда я получила такое приглашение, я слегка прищурилась. Доселе я думала, что задержусь в Империи на какое-то время, но я явно не хотела связываться с Рэймондом. И когда я попыталась передать тому свой отказ, он выдумал предлог: — Ты сегодня привела в суд свидетеля. Мне нужно лично услышать всю историю. И мне есть что рассказать о герцоге, так что приходи во дворец». — … Хорошо, ваше величество. Пожалуйста, ступайте. Хорошего дня». Я не могла этого больше выносить, потому что мне было неудобно стоять рядом с тем, кто пялился на меня глазами фанатика. Безжалостный и равнодушный взгляд был мне куда более привычен. Я поднялась по лестнице еще до того, как он ушел. Было грубо уходить первой еще до того, как гость вышел за дверь, но смотреть в эти глаза больше не было моих сил. Я боялась, что он схватит меня силой, но Рэймонд не стал. Он просто смотрел на меня, пока я поднималась по лестнице. Также как когда-то я оглядывалась на него, уходящего. Он смотрел на лестницу, пока Элли полностью не исчезла из его поля зрения, и, наконец, он молча повернул во дворец. Что сказать ей, когда увижу её 6 лет спустя? Я думал об этом сотни раз, но ничего путного так и не вышло. Её глаза были так холодны. Нет, я бы молил о прощении и цеплялся за неё, будь этот холод от негодования и порицания. Однако пурпурные глаза Элли были просто бесчувственны. Она полностью выбросила его из головы за эти шесть лет. Тогда как он был тем, кто упустил её и пострадал. В разговоре этом не было смысла. Все сказанное им неизбежно будет проигнорировано. Кто знает, если я и дальше буду навязываться ей, её равнодушие сменится хотя бы презрением? Он даже представить себе не мог, к чему ещё его подтолкнёт эта одержимость. Быть может, я даже выйду из себя, возьму герцога в заложники, попробую вернуть тебя? Бредовая идея, но моё сердце и без того уж настрадалось от разлуки.