[Сможет ли он взлететь и так?]
Абель с лучезарной улыбкой подбросил в небо ястреба со сломанным крылом. Когда ястреб, пошатываясь, не смог взлететь и рухнул на землю,
[Вот же. Недостаточно старался.]
— хихикнул он и сломал ему второе крыло. Ястреб так и не смог взлететь и был вынужден ползать по земле.
[Бесполезный.]
Абель, не разбирая, швырял камни, пока не размозжил ястребу голову, а затем камнями превратил его бездыханное тело в месиво.
Увидев труп ястреба, Диего пришёл в ярость и в то же время осознал необычайную жестокость Абеля.
— Труп этого несчастного ястреба до сих пор стоит у меня перед глазами! — выкрикнул Диего, словно выплёвывая слова.
В столовой были только они вдвоём, так что, похоже, чужое мнение его нисколько не заботило.
«Да разве только это».
Я постарался, чтобы моё равнодушное выражение не отразилось на лице.
Ведь о злодеяниях Абеля, что последовали за этим, и говорить было тошно.
Убить беременную суку на сносях, чтобы проверить, живы ли щенки. Изводить слуг по пустякам, пока его личный слуга в конце концов не исчез, и так далее.
— Ты, для кого пролить чужую кровь — дело более обыденное, чем приём пищи.
Диего с трудом перевёл сбившееся дыхание.
— И такой, как ты, смеет учиться владеть мечом?
Его глаза снова начали закипать. Спокойная лава теперь превратилась в извергающуюся магму.
— Ясно как день, что произойдёт! Ты лишь упьёшься силой, будешь убивать невинных и без зазрения совести пачкать руки в чужой крови!
«Этим я и так уже занимаюсь», — подумал я, сохраняя улыбку.
— Тот, кто берёт в руки меч, должен нести величайшую ответственность! Он должен знать цену жизни и всегда подходить к этому с благоговением!
— ...
— Так как же я могу позволить тебе владеть мечом?!
Выплеснув остатки гнева, Диего тяжело выдохнул. Он сверлил меня пылающим взглядом.
— Немедленно брось меч.
Он говорил не о «Реквиеме», который я получил.
Он имел в виду, чтобы я забыл всё, чему научился, и никогда больше не брал в руки меч. Но и этот приказ я не мог исполнить.
— А если не хочу?
Я усмехнулся.
— С какой стати я должен слушать отца?
— Ах ты, щенок!
Громоподобный рёв обрушился на меня.
— Немного научился владеть мечом и уже ничего перед собой не видишь?!
Грохот!
Он резко оттолкнул стул и вскочил.
— Я так и знал. Знал, что ты станешь таким самонадеянным, если научишься владеть мечом!
Рука Диего уже лежала на поясе.
Вжик!
Он выхватил меч прямо в ножнах. И тут же бросился на меня.
«Вот псих!»
Я в ужасе вскочил на ноги.
Свист!
Прежде чем я успел что-либо сказать, меч Диего уже летел к моему плечу.
«Чёрт, слишком быстро!»
В спешке я схватился за нижнюю часть стола и рывком поднял его.
Дзынь!
Стоявшая на нём посуда посыпалась на пол.
— Хм.
Диего быстро отвёл меч и отступил назад. Выиграв немного времени, я спешно огляделся.
В поисках чего-нибудь, что можно использовать как оружие.
Пол был усеян разбитыми тарелками и столовыми приборами. Там я заметил нож, которым пользовался ранее.
«Не пойдёт».
Этим маленьким столовым прибором не отразить тяжёлый удар Диего. Он разлетится на куски при первом же столкновении.
«Реквием тоже нельзя».
Мало того что я был без перчатки, так ещё и Диего взбесился бы, увидев его.
— Опрокидывать стол — какая дурная привычка.
Тем временем Диего неторопливо приближался ко мне. Вопреки его поведению, глаза его зловеще блестели.
«Хотя нет, он и так уже взбешён».
Видимо, как бы я его ни провоцировал, он не должен был заходить так далеко. Похоже, вид моей зловещей ауры от «Реквиема» его не на шутку разозлил.
Свист!
Когда Диего взмахнул мечом, раздался устрашающий звук.
— Кх!
Я уклонился от его меча, едва ли не перекатившись по полу. Каждый удар был настолько силён, что, казалось, разрывал сам воздух.
«Даже скользящий удар — и перелом обеспечен».
И это меч, не извлечённый из ножен. Мурашки пробежали по коже при мысли о том, что будет, если он обнажит клинок.
В любом случае я не мог вечно уклоняться. Но и пытаться заговорить с ним, казалось, было бесполезно.
Диего был готов сломать мне руку, лишь бы сломить мою волю.
«Может, стоило просто согласиться и отделаться от него?»
Но это лишь отсрочило бы неизбежное.
Мой противник — человек, которого называют сильнейшим мечником империи. Дешёвая ложь быстро раскроется.
«Он ведь на том уровне, когда может видеть ауру других».
В конце концов он бы понял, что я солгал. Так что с этим моментом мне всё равно пришлось бы столкнуться.
— Абель!
Меч Диего снова с яростью обрушился на меня.
Вжух!
Максимально низко пригнувшись, я увернулся и отпрыгнул в сторону.
«Чёрт, хоть какое-нибудь оружие!..»
Мой взгляд, лихорадочно метавшийся по сторонам, остановился на одном месте.
«Вот оно!»
В старинном замке Оберст был обычай развешивать на стенах мечи, чтобы их можно было использовать в любой момент.
В этом было два смысла.
Первый — если монстры с границы прорвутся, взять этот меч и выйти сражаться.
Второй — если граница падёт и надежды не останется, перерезать себе горло.
«Когда ещё его использовать, если не сейчас!»
Когда прямо передо мной разъярённый монстр. Нет, человек похуже монстра.
Хвать!
Я схватил висевший на стене меч и постарался успокоить сбившееся дыхание.
«Ощущается в руке так себе».
Объективно это был хороший меч, но по сравнению с «Реквиемом» — ничто.
Но нужно было привыкать.
Ведь пока я действую как Абель, «Реквием» использовать нельзя, и не только сейчас.
— ...Фух.
Я сжал меч обеими руками, будто он был мне тяжеловат.
На самом деле я мог бы легко держать его одной рукой. Но не было нужды раскрывать всю свою силу.
Шаг.
И, расставив ноги на ширине плеч, я принял знакомую стойку. Я был готов к бою.
— ...
Диего молча смотрел на меня.
— Стойка неплохая, — пробормотал он едва слышно, а затем другой рукой взялся за ножны.
Дзинь!
Его любимый меч, «Эбони», с чистым звоном вышел из ножен. К слову, Эбони — это имя матери Абеля и жены Диего.
— Как ты смеешь направлять меч на отца, — сказал Диего, любящий муж, назвавший меч именем своей жены, строгим тоном. — Ты и впрямь спятил.
«А не вы ли первым направили на сына меч?»
Хотелось съязвить в ответ, но времени на это не было.
Топ, топ.
Диего сделал несколько шагов, занимая позицию.
Столовая по своей форме была узкой и длинной, так что для двух стоящих друг против друга людей места было достаточно.
Она была настолько просторной, что казалось, будто её специально так спроектировали, чтобы после еды можно было устроить спарринг для пищеварения.
— Нападай, — ледяным тоном приказал Диего. — Я покажу тебе, что ты недостоин держать в руках меч.
— А, да.
Когда дела пошли наперекосяк, слышать одно и то же снова и снова стало раздражать. Но больше всего мне не нравилось то, что я начинал робеть перед ним.
— Я тронут, — ответил я нарочито спокойным тоном, чтобы и его разозлить, и себя приободрить. — Это ведь первый урок, который отец мне даёт.
Это был укол в сторону Диего, который бросил Абеля в замке и вечно был занят сражениями на границе.
— ...
Уголок глаза Диего дёрнулся.
Рывок!
В следующее мгновение он без слов оттолкнулся от пола и бросился на меня. Это было совсем не то начало, как у Лиама, который любезно предупреждал об атаке.
Он выглядел полным решимости меня прикончить.
— ...Ха.
Скривившись в усмешке, я напряг всё тело. С мечом в руке я почувствовал себя немного спокойнее, чем раньше.
«Справа!»
Хоть он и был намного быстрее Лиама, я всё же мог разглядеть движения Диего.
«Смогу заблокировать...»
Я широко раскрыл глаза.
Я отчётливо видел траекторию меча и то, куда он попадёт. Значит, нужно было лишь выставить свой меч и заблокировать.
Но странным образом инстинкт подсказывал, что это не сработает.
«Неужели?»
В следующий миг меч изогнулся под невероятным углом.
Дзынь!
Резкий звук разорвал воздух.
— Угх!
Сквозь стиснутые зубы вырвался стон.
Я отразил удар, но это была скорее инстинктивная защита. Это было не так, как с Лиамом, когда я всё предвидел и просчитывал.
— !
В глазах Диего на мгновение промелькнуло удивление, словно он не ожидал, что я действительно смогу отразить удар. Он тут же отвёл меч и отступил на шаг.
— Неплохо.
От этой короткой фразы у меня всё внутри перевернулось.
Я прикусил губу и впился в него взглядом.
«Та же техника, что и у Лиама, но...»
Она была другой. Совершенно другой.
Движения Диего были намного точнее, стабильнее и тяжелее, чем у Лиама.
Монстры не атакуют по заранее оговорённым правилам, как на спарринге мечников. Они ищут слабые места, впиваются в них и безжалостно теснят противника.
Сражаясь с такими монстрами, Диего пришёл к выводу, что их не победить, полагаясь лишь на классическое фехтование.
Поэтому фехтование Оберстов эволюционировало, став непредсказуемым и многогранным.
«Движения медведя, хитрость змеи и опыт лисы».
Так в народе называли фехтование Оберстов.
И то, чему меня научил Лиам, было меньше половины от половины этого.
«Я влип».
Я в волнении прикусил губу.
«Мне не победить».
Шансов не было никаких.
Я понял это, всего лишь раз скрестив с ним меч.
Физические данные у нас были схожи, но у него был богатый опыт и отточенная техника, которых у меня не было.
Это была огромная пропасть, которую невозможно было преодолеть за несколько недель тренировок.
К тому же было немыслимо, чтобы физический уровень мужчины в возрасте моего отца был сравним с моим, получившим «Реквием» в гораздо более молодом возрасте.
Это, должно быть, результат врождённого таланта, помноженного на изнурительные тренировки и отчаянную жажду крови.
«Вот же монстр, а не мужик».
Воистину сильнейший персонаж вселенной.
Опыт, накопленный с двадцати лет, когда его бросили в экстремальные условия, где он выживал, балансируя на грани жизни и смерти, был нешуточным.
Что, если бы «Реквием» получил не Абель, а Диего? И если бы он поддался его влиянию?
«Тогда империя бы пала».
Это была бы катастрофа, которую не смог бы предотвратить даже главный герой оригинального произведения, Каин.
Нет, катастрофа уже была прямо передо мной.
Грохот!
Меч Диего, словно молния, устремился ко мне.
Обновлено: 18.01.2026