Глава 24. Генеральша, часть 2
Старшая принцесса Юннин фыркнула, взяла чашку, сделала небольшой глоток и закрыла глаза.
–Так или иначе, в прошлом была известной красавицей в столице, и в двадцать семь лет сохранила красивую внешность, какого мужчину не могла бы пожелать? Ему двадцать или уже тридцать? Ждет ли он повторного брака или никогда не был женат? Чтобы ты не хотела, я найду это для тебя. Но не найти никого лучше чиновника пятого ранга – я не вынесу такого позора!
–...
Проведя здесь так много времени, Лу Цзиньси впервые испытала на себе ощущение, когда бросает в холодный пот.
Сидя слева от принцессы, она чувствовала себя совершенно окостеневшей, губы словно слиплись, из-за чего ей было трудно даже открыть рот:
–Это… племянница полагает, что все же не нужно торопиться…
–Если не нужно торопиться, в таком случае зачем тебе Сун Чжиянь?
Старшая принцесса Юннин не могла вынести её вида, бросила на неё косой взгляд, но на самом деле её настроение было довольно хорошим: если сердце уже склонилось к мирским желаниям, то повторный брак – дело решенное, не так ли?
Она рассмеялась:
–Не вини меня за то, что я не предупредила, но госпожа Чэнь тоже будет сегодня в резиденции на банкете по случаю дня рождения тайши. Если тебе не повезёт, то ты окажешься рядом с ней…
Лу Цзиньси показалось, что ее голова просто взорвалась, еще немного, и ее бы запугали окончательно.
Однако, встретившись с хитрым взглядом старшей принцессы Юннин, она быстро взяла себя в руки и сказала:
–Вам, старшей принцессе, не к лицу так запугивать племянницу, еще немного, и я бы задохнулась.
–Кто велел тебе действовать за моей спиной?
Старшая принцесса Юннин говорила очень уверенно.
Госпожа Чэнь, жена Сун Чжияня, действительно будет присутствовать на праздничном банкете, но ей практически невозможно было встретиться с Лу Цзиньси.
Насколько строго соблюдался этикет в таком месте, как резиденция тайши?
Лу Цзиньси была знатной дамой первого ранга, и, даже войдя во дворец, она оказалась бы на равных с женами высокопоставленных чиновников, таких как госпожа Тан, жена тайши Гу, и госпожа Дун, жена тайши Вэя.
Несмотря на юный возраст, её статус был неоспорим.
Тан-ши, много лет управлявшая внутренним двором в резиденции тайши, никогда не осмелилась плохо обращаться с Лу Цзиньси, тем более она не осмелилась бы ее посадить рядом с женой низкорангового чиновника пятого ранга.
Старшая принцесса Юннин, подумав о Тан-ши, а затем о Гу Цзюэфэе, местонахождение которого было неизвестно, решила про себя: «Самое интересное начнется потом», однако вместо этих слов стала разговаривать с Лу Цзиньси о чем-то заурядном.
–Тебе не нужно смущаться в присутствии этой.
–Решение императора выдать тебя замуж за Сюэ Куана было целиком его собственным, но кто бы мог подумать, что это причинит тебе вред?
–Император тогда был на троне всего два года, а Сюэ Куан был опорой своей семьи. Он не смел противостоять императору и в конце концов не имел другого выбора, кроме как согласиться.
–В этих ваших несчастливых отношениях он вовсе не виноват.
–Всё это дело рук императорской семьи. Даже сейчас император часто вздыхает, когда упоминает об этом.
–Если ты действительно найдешь кого-то, кто тебе понравится, кого-то подходящего именно тебе, сообщи мне об этом как можно скорее, чтобы я могла все уладить.
Старшая принцесса Юннин говорила медленно, каждое ее слово было обдуманным.
В ее голове одна за другой промелькнули обиды прошлого, политическая ситуация при дворе. Закончив говорить, она глубоко вздохнула, в ее голосе ощущались все случившиеся с ней жизненные невзгоды.
Лу Цзиньси молча слушала, чувствуя, что старшая принцесса Юннин, казалось, была погружена в свои мысли. Не смея её беспокоить, она просто взяла белую нефритовую чашку и обхватила ее ладонями.
Экипаж продолжал свой путь.
Стук копыт и грохот колёс эхом разносились по улицам.
Снаружи торговцы предлагали свои товары, люди болтали и смеялись, шум проезжающих повозок и лошадей смешивался с редким звоном верблюжьих колокольчиков.
Лу Цзиньси выглянула сквозь развевающиеся занавески и увидела нескольких торговцев в экзотических нарядах, ведущих двух больших верблюдов с колокольчиками на шеях.
Каждый шаг сопровождался звуком.
Древняя дорога, пролегающая по желтым пескам, экзотическая атмосфера – все это сразу вспомнилось ей.
Столица обладала неповторимым очарованием, присутствующим по всем.
Семья Гу занимала видное положение ещё со времён предыдущей династии, поэтому, в отличие от других знатных семей, проживавших на востоке города, они занимали уникальное место на юге, рядом с резиденциями чиновников более низкого статуса.
Из года в год земля в южной части города становилась всё более дорогой.
Экипаж двигался с востока на юг города. Поскольку всё происходило в центре города, поездка была недолгой, обычно она занимала всего три-четыре четверти большого часа.
Однако сейчас была не совсем обычная ситуация.
На самом деле из-за этого праздничного банкета людей было так много, что улицы возле резиденции тайфу были полностью забиты экипажами и лошадьми.
Там были и старые, и молодые.
Присутствовали мужчины и женщины.
Присутствовали как гражданские, так и военные чиновники.
……
Было похоже, что большая половина императорского двора и простого народа собралась там.
Чем ближе они подъезжали к резиденции тайфу, тем громче становился шум.
Когда экипаж уже подъезжал, кто-то снаружи внезапно громко крикнул:
–Девять городских ворот внутреннего города как раз сменяются! Даже будь вы небесным царем, вы не могли бы проехать! Кем вы считаете себя, твари? Ждите на той стороне улицы!
Голос был невероятно громким, глубоким, хриплым, явно принадлежащим военному человеку.
Лу Цзиньси удивилась.
Экипаж резко остановился.
Погруженная в размышления, старшая принцесса Юннин подняла бровь, в ее глазах мелькнуло недовольство.
–Что происходит снаружи?
–Докладываю старшей принцессе, мы на улице Чаншунь, – доложил кучер в черном, стоявший около дышла повозки. – Во время смены караула у городских ворот пехотные батальоны «Тигр» и «Дракон» заняли всю улицу. Командующий Лю объявил, что проход запрещен, и в настоящий момент все скандалят.
–Опять этот грубиян!
Старшая принцесса Юннин, разъяренная, ударила рукой по маленькому чайному столику, отчего чашки накренились и чуть не упали.
Ее глаза вспыхнули резким светом, и она, стиснув зубы, сказала:
–Почему они сменили караул именно сейчас, во время банкета в честь дня рождения тайфу Гу? Эти военные перешли все границы!
Увидев ее гнев, Лу Цзиньси уже была испугана, а теперь, услышав её ругательства, смутно почувствовала, что за этим кроется нечто большее.
Казалось, что время ротации войск было выбрано спонтанно.
И…
Командующий Лю?
Имя показалось знакомым.
Лу Цзиньси не смела заговорить.
Экипаж застрял у въезда на улицу Чаншунь, не двигаясь ни вперед, ни назад.
Старшая принцесса Юннин ждала целую вечность, но карета не двигалась с места, был слышен только нарастающий гул голосов снаружи.
–Неужели не позволят никому уйти?
–Эта толпа грубиянов! Разве они не затаили обиду из-за того, что некоторое время назад обвинили в служебном проступке этого маленького ублюдка Фан Шаосина?
–Они все в сговоре!
–Безобразие, бессмыслица какая-то!
……
–Кто ругается?!
Грубый голос снова раздался.
–Давай ещё раз прокляни меня! Сейчас, мать твою, прошла только половина большого часа! Разве банкет по случаю дня рождения не в полдень?
–На хрена вы так паникуете!
–Еще большой час, и я закончу ротацию!
–Ты из батальона «Дракон», твою мать, с тобой разговаривают! Поторопись! Не видишь всех этих высокопоставленных и знатных, которые ждут?
Лу Цзиньси слушала, сердце её колотилось от страха.
Снаружи был именно тот, кого она упоминала Пань Цюаньэру, когда поручала пригласить Гуйшу Чжана, как «чиновника, управляющего девятью воротами столицы, господина Лю», бывшего подчиненного Сюэ Куана, ныне он был чиновником первого ранга, командовал охраной и контролем доступа к девяти вратам внутреннего города.
Но эта ситуация…
Пожалуй, все не будет так уже хорошо.
Как и ожидалось, старшая принцесса Юннин, находясь в экипаже, становилась всё мрачнее по мере того, как шум снаружи становился всё более абсурдным. Наконец она резко подняла занавеску и вышла.
Улица Чаншунь, соединяющая центр и окраины города, была единственным путем к резиденции тайфу.
Они были всего в нескольких шагах, но в этот момент целых два батальона элитной пехоты, облаченные в доспехи и вооруженные копьями и мечами, полностью заняли улицу!
Лю Цзинь, командующий Девятью Вратами, был крепким мужчиной лет тридцати.
Крепкий мужчина, широкоплечий и с широкой талией, с густой бородой, как у разбойника, грабившего на большой дороге, в тяжелых доспехах он ехал на высоком гнедом коне, переругиваясь с несколькими чиновниками в экипажах рядом.
Неподалеку, на другой лошади, сидел красивый молодой человек.
В серебряном гуане, одетый в простую белую одежду, за спиной обычный стальной меч, он наблюдал за происходящим с самодовольной ухмылкой.
Видно, что он был не прочь усугубить ситуацию.
Увидев, как Лю Цзинь обижает гражданских чиновников, он вопреки всему не пытался его отговорить!
Кем же еще он мог быть, как не Фан Шаосином, тот кто имел четвертый ранг Юньхуэй, которого несколько дней назад отстранили от должности гражданские чиновники императорского двора?
Увидев его, лицо старшей принцессы Юннин мгновенно помрачнело, её охватила волна гнева.
В прошлом он был всего лишь рядовым адъютантом Сюэ Куана, который, благодаря стечению обстоятельств, приобрел некоторые навыки и последние несколько лет создавал проблемы в столице.
Несколько дней назад ему предъявили обвинение, а сегодня произошел этот инцидент с перекрытием улицы во время ротации батальонов.
Старшая принцесса Юннин не поверила бы увиденному – тому, что все они объединились, чтобы заступиться за него, и намеренно устроили беспорядки!
Но в пределах столицы, прямо под носом у императора, разве можно было так безрассудно себя вести?
Стоя на подножке экипажа императорского выезда, она наконец не выдержала и закричала:
–Господину Лю все еще недостаточно скандала?!
Лю Цзинь только что закончил отчитывать старика из Академии Ханьлинь, когда услышал этот крик. Обернувшись, он увидел старшую принцессу Юннин, стоящую на подножке экипажа, с лицом, искаженным гневом.
Он остался на коне, невозмутимый, и от души рассмеялся.
Он не спешил спешиваться, а, оставшись также в отдалении от нее, сложил руки в малом поклоне
–Подчиненный приветствует старшую принцессу. Никто не скандалит, на самом деле всего лишь ротация гарнизона девяти ворот городской стены столицы, с этим ничего не поделаешь, прошу простить нас!
–Простить?
Старшую принцессу Юннин чуть не вырвало кровью от гнева, когда она услышала это высокопарное заявление!
–Когда происходит ротация внутри города, посторонние могут и не знать, но как не может знать эта? Господин Лю, вы делаете это без разрешения – разве вас не беспокоит последующее наказание?!
–Этот является чиновником, управляющим девятью воротами столицы! Сам император сказал, что я решаю, как защищать девять врат!
Лю Цзинь отличался скверным характером. Как только старшая принцесса Юннин заговорила об императоре Цинъане, он тут же перестал проявлять к ней какое-либо уважение и начал обращаться к ней, называя себя на «я».
Одним словом…
–Мне всё равно, кто вы! Даже если сам Небесный царь придёт, ему придётся подождать, пока я закончу свою смену, прежде чем он сможет проехать!
–Хорошо, хорошо, хорошо! Даже если бы сам Небесный царь пришёл, ему бы не позволили пройти…
Старшая принцесса Юннин, возможно, от ярости, трижды подряд воскликнула: «Хорошо!»
Всё её тело дрожало, веки подергивались, виски пульсировали.
Все взгляды были прикованы к ней, затаив дыхание, ожидая, что сейчас старшая принцесса Юннин взорвется от ярости. Но, к всеобщему удивлению, она обернулась, резко распахнула занавес экипажа и повернулась внутрь.
Лу Цзиньси, сначала сидевшая ближе к краю, уделяя пристальное внимание событиям, развивающимся снаружи, съехала еще немного наружу.
В этот момент принцесса Юннин протянула руку и схватила её!
Лу Цзиньси вздрогнула и чуть не закричала.
В мгновение ока ослепительный солнечный свет за окном окутал её своим сиянием, и она оказалась перед бесчисленным множеством людей, рядом со старшей принцессой Юннин, высоко на облучке экипажа.
Старшая принцесса Юннин презрительно рассмеялась, величественно стоя лицом к улице, и холодным голосом спросила:
–Даже если бы сам Небесный царь пришёл, вы бы не уступили. А теперь, когда она здесь, вы уступите или нет?!
Каждое слово, произнесенное с намеренной паузой, было подобно выстрелу стрелы – мощному и леденящему душу!
Всё ещё верхом на лошади, Лю Цзинь бросил взгляд…
Фигура, стоявшая рядом со старшей принцессой Юннин, была подобна лотосу, появившемуся из воды – кожа гладкая, как нефрит, губы подобно сандалу, осанка элегантная и утонченная, и сама она как яркая луна на небе.
Несмотря на то, что они были незнакомы лично, он отчетливо помнил эти черты!
Все дружно ахнули и вскрикнули от удивления:
–Эта… жена главнокомандующего!
Свирепое выражение на его лице мгновенно исчезло, даже у такого грубого человека, так похожего на разбойника с большой дороге, и полностью пропало у всех на глазах..
Натянув поводья, Лю Цзинь с хлопком спрыгнул на землю с коня!
Одетый в тяжелые доспехи, он с силой ударил длинным мечом по кирпичной дороге…
Без колебаний он опустился на одно колено и поклонился Лу Цзиньси:
–Этот генерал, Лю Цзинь, выражает почтение жене главнокомандующего!
Каждое слово, произнесенное мощно и убедительно, казалось, горело кровью верных душ!
Несчетное количество рядовых пехотинцев и их командиров, стоявших по периферии, услышали эти слова.
Эти слова, словно выгравированные на их костях и бывших в их крови, обладали некой силой, способной заставить их пройти через огонь и воду!
В тот же миг по всей улице Чаншунь бесчисленные бронированные солдаты, независимо от звания или принадлежности к батальонам “Дракон” или “Тигр”, одновременно вытянули вперед свое оружие!
С грохотом отвесили поклон!
Чешуйки пластинчатых доспехов сталкивалась друг с другом при каждом движении, издавая звук холоднее, чем скрежет мечей.
Со всех сторон поднялась пыль!
От одного конца длинной улицы до другого все преклонили колени!
Все в унисон склонили головы и опустились на одно колено…
–Приветствуем жену главнокомандующего!
–Приветствуем жену главнокомандующего!
–Приветствуем жену главнокомандующего!
Зычные голоса, наполненные железом и кровью, взмыли в небеса!
Лу Цзиньси, стоявшая на облучки экипажа, видела лишь сверкающие холодным блеском железные доспехи, на разнообразном оружии словно тысячи жалящих острий, и ледяной свет блестел на них под холодном ветром и небом столицы.
Обновлено: 16.02.2026