– …Хисун. Спасибо. Но я всё равно думаю, что стоило бы убедиться тогда.
– Да?
– Угу. Честно сказать, когда я встретила отца Ли Бомджина, у меня возникло нехорошее предчувствие. Если бы я убедилась, может, мы бы не расстались… Наша Хисун с детства была бы с отцом… Маме кажется, что она сделала что-то плохое для своей дочери.
– Не думай о всяком разном. Прошлого не вернуть. Минуло уже 19 лет.
Я смело продолжаю.
– Хорошо иметь папу, но мне нравилось жить с мамой вдвоём. Вряд ли я была бы счастливее будь папа. Так что не думай о том, что сделала что-то плохое. Ведь мамина дочурка очень счастлива!
– ….
Мама в итоге расплакалась.
Мне тоже захотелось плакать, но я сдержала слёзы и обняла маму.
***
– Хисунъ!
– Охотник Бесконечности-ним!
– Наша Хисунъ! Кьяа, пресс-конференция была просто потрясной!
– Взяла да изгнала его! Вот это по-нашему!
– Но разве американский Охотник не красавчик?
– Он ведь старик, нет?
Друзья, которых я пригласила на ужин, закричали и обняли меня, как только увидели, и начали болтать во время еды.
– 23 года, нет, 24 года, если по корейскому возрасту. В каком месте 24-летний мужчина – старик?
– Он старше меня на 5 лет, а значит старик!
– Эй! Это распространяется на возраст на 10 лет!
– Ну ты и псих! Если на 10 лет, то сейчас тебе 9 лет!
– Ха, верно. Это наш самый юный возраст, юху!!! Всего 10 лет!
– Тебе 10 лет! Мне столько же лет! Однозначно ровесники!
– Откуда такая конкретика? Неужели…?
– Ч-что?
– Эй, возьмите её за руки.
– Нет! Ребята, пустите!
– Вау, а это не парное кольцо у тебя на шее?
– Ты часом не встречаешься с тем горячим парнем из учебной комнаты?
– Ого! Арабён, у тебя есть парень!
– Эй! Как далеко вы зашли? Чмок? Или поцелуй?
– Дура!
– Гляньте-ка, как покраснела! Сто процентов поцелуй!
– Чха Гаын! Убейся!!!
– Не нравится? Кьяхахахахахаха!!!
Как обычно, я смотрю на своих друзей и думаю.
«Шумные.»
Но мне очень нравилось наше знакомство.
Как будто напряжение, которое накопилось за это время, спало.
– Хисунъ-я, ты теперь будешь жить здесь? Дом довольно хороший.
Спросила меня Чхэ Асиль, пока я щёлкала языком, глядя на бегающих друг за дружкой Пак Ара и Чха Гаын в большой столовой (здесь есть отдельная столовая!).
Чхэ Асиль – моя подруга, которая в групповом чате использует ник «Король Квангэтхо», она мечтает стать историком, как её мать.
В школе она была президентом студсовета и училась лучше меня.
Она планирует поступить на исторический факультет корейского университета с полной стипендией.
– До поры до времени.
– Не будешь покупать новый? Или гильдия уже присмотрела для тебя вариант? Я слышала, что гильдия покупает дома для высокоранговых охотников.
– Нет. Это па… То есть, это дом Министра Департамента по способностям. Новый дом. В старом небезопасно, поэтому я остаюсь здесь.
– Это дворец нашего Лучника!
Закричала Ван Синхи, большая поклонница моего отца, её глаза сияли подобно солнцу.
– Я видела его в фан-клубе. Наш Лучник-ним говорил, что готовит новый дом, чтобы переехать. Наверное, это и есть тот самый дом.
– У Министра есть фан-клуб?
– Само собой, есть! Хей, и у тебя! Я создала его в Nex Bar Café!
А потом и «Я хочу быть охотником» – ник Юн Кёнгэ в групповом чате, которая теперь «Друг-охотник» – крикнула.
Я удивилась.
– Что ты создала?
– Твой фан-клуб! У всех высокоранговых охотников есть фан-клуб, верно? Только так можно управлять общественным мнением. Благодаря этому, слухов стало намного меньше.
– И всё же, фан-клуб немного…
Я потерла мурашки на руке.
Дети смеялись, как будто я была забавной.
– Хисунъ! Ты уже определилась с гильдией?
Спросила Юн Кёнгэ, сверкая глазами.
– Нет. Пока нет.
– Ты не вступила в гильдию Бомхо? Наш Лучник оттуда. Я думала, что ты пойдёшь к ним. Лучник-ним не предлагал?
То были слова Ван Синхи.
– Не думаю.
– Хм. Выходит, слухи правдивы? Говорят, что после того, как Лучник-ним передал место главы гильдии Ветру, заму главы, они сильно поссорились.
– Не знаешь, почему?
– Не-а. После этого они даже в глаза друг друга не видели.
– Ясно.
Если у главы гильдии плохие отношения с папой, то я не хочу идти туда, будь там хоть в разы хорошо.
«Придётся выбрать другую гильдию.»
– Кэнгэ, ты прекрасно осведомлена. Посоветуешь хорошую гильдию?
И стоило мне спросить, как Юн Кёнгэ завопила.
– Драгоценность!!! Обожаю гильдию Драгоценность!!! Хисунъ, если не хочешь идти в Бомхо, то иди в Драгоценность! Я обеспечу тебе наилучшие условия!
– Юн Кёнгэ, ты даже не состоишь в гильдии Драгоценность, так почему ты говоришь об условиях… стоп.
Чхэ Асиль, которая всегда была медленной, но меткой, сузила глаза и сказала следующее.
– Ты и охотники-близнецы из гильдии Драгоценность родственники? У меня и раньше были подозрения.
– Угх.
Вот и ответ на все реакции Юн Кёнгэ.
– Правда?
– Унг… Ну… Они мои старшие сестры…
Как и другие, я была удивлена.
Юн Боэ и Юн Сокэ – пара охотников-близнецов, которых называют «Драгоценные сёстры-охотницы».
Поэтому и название гильдии, которой они управляли, было «Драгоценность».
Обе А-класса: старшая сестра Юн Боэ волшебник, а младшая Юн Сокэ – целитель.
Они прославились на весь мир не только своим талантом, но и красотой.
«Они известны своим скверным характером. Особенно младшая сестра Юн Сокэ.»
Какой бы она ни была, я благодарна за такого человека, как Юн Сокэ.
А всё потому, что на пресс-конференции она сделала всё возможное, чтобы исцелить папу, даже потеряла сознание.
Хотя это и не особо помогло, я всё равно чувствую благодарность.
– Так вот почему тебе многое известно об Охотнике.
– Унг. Верно, мои сестры такие крутые, что я тоже захотела стать Охотником, поэтому и изучала. Но, увы, охотником я не стала. По статистике, бывают случаи, когда в одном доме больше двух охотников…
Будучи подавленной, Юн Кёнгэ вздохнула.
– Но почему ты нам не сказала?
Хван Ын, лучшая подруга Юн Кэнгэ, выглядела сердитой.
– …Я в разы хуже своих сестёр. Я не такая красивая…
Хван Ын стало её жаль, словно она никогда и не сердилась.
Чха Гаын с криком подскочила и уперла руки в бока.
– Юн Кёнгэ, у тебя есть кое-что особенное, чего нет у твоих старших сестёр!
– И что же это?
– Это–
Чха Гаын изобразила руками цветок под подбородком.
– Я!
– …..
Атмосфера была ледяной.
Чха Гаын в отчаяние крикнула.
– Хэлп!
Чхэ Асиль щёлкнула языком, а Чха Гаын подошла к ней сбоку и точно также сделала руками цветок под подбородком.
– ….
Хван Ын вздохнула, после чего велела ей отодвинуться, и та послушно отступила.
Пэк Ёнсун сделала это деликатно, а Ван Синхи покачала головой, но тоже присоединилась.
Потом их взгляд остановился на единственном оставшемся человека – на мне.
И через не хочу, я последовала за остальными.
– ….
Юн Кёнгэ выглядела так, будто вот-вот расплачется.
Но вскоре она заулыбалась, достала телефон и сфотографировала нас.
Словно хотела запомнить этот момент надолго.
Чха Гаын воскликнула.
– Эй, давай сфоткаемся вместе!
– Да-да! Ты тоже делай цветок!
– Одна ты осталась! Давайте сделаем все вместе!
– …Ладно!
Мы хихикали и фотографировались в позе цветочной чашки.
После чего Ван Синхи вдруг стала очень серьёзной и подошла ко мне.
– Милашка Хисун-я.
Для неё это было странно, поэтому у меня побежали мурашки.
– Что?
– Хочу спросить тебя кое о чём, ради нашей дружбы, ответишь честно?
Страшно.
– Не спрашивай.
– Нет! Я спрошу!
Ван Синхи крепко сжала мои плечи и с огоньком в глазах спросила.
– Ты встречаешься с нашим Лучником?
Говорят, что если случается что-то абсурдное, разум становится пустым, именно это сейчас и произошло.
Я не могла даже думать, да и вообще пошевелиться.
– Бог ты мой, посмотрите на эту реакцию.
– Серьёзно? Ты правда встречаешься с Лучником-ним?
Странно, но моя лучшая подруга «Пэксуни», Пэк Ёнсун, которая сегодня была какая-то молчаливая, спросила, словно крича.
Я просто моргнула.
Хван Ын, которая лучше всех среди нас умеет поливать грязью, начала ругаться.
– Реально? Ты правда встречаешься с Лучником-ним? Он что, рехнулся? Ему 39! А ты мало того, что меньше в два раза, так и моложе на столько же! Вот извращенец!
– Папа.
– Что?
– Лучник-ним. Ли Бомджин – мой отец. Биологический отец.
На секунду все застыли.
Затем, со сморщенным лицом, Хван Ын, которая только что говорила об извращенце, ярко улыбнулась.
– Ух ты, папа нашей Хисун такой крутой!
– ….
– Невероятно красивый, талантливый, да к тому же герой нашей страны! Вау!
– …Так вот как «переобуваются»*.
[П/П: *обозначает ситуацию, когда кто-то изменил свою позицию на прямо противоположную.]
Прошептала Чха Гаын, и Хван Ын впилась в неё взглядом.
Я снова моргнула и рассмеялась.
Другие тоже засмеялись, но не Хван Ын.
– Прости! Правда прости!
Начала извиняться Хван Ын.
– Не страшно. Ты ведь не знала.
– Но Министр в самом деле твой отец? Нет, серьёзно. Обалдеть, значит, твой отец–
– Ты держала это в секрете из-за обстоятельств?
Спросила Юн Кёнгэ.
– Нет. Я просто узнала об этом.
Я кратко рассказала обо всём своим любопытным друзьям.
Мы впервые встретились во время теста на способности, а потом узнали, что мы отец и дочь.
А произошло всё это потому, что 19 лет назад папин отец создал недопонимание между мамой и папой, из-за чего они расстались.
– Х и правда плохой человек.
Подытожила Чха Гаын.
– Ай, прости, обругала твоего дедушку.
– Не страшно. Можешь смело ругать. Я даже не похожа на своего деда. Буду называть его папиным отцом.
Ван Синхи, большая поклонница папы, вздохнула и сказала.
– А мне нравился дедушка премьер-министр… Он отец нашего Лучника-нима, цветочный дедушка… Хотя ходят слухи, что он не в лучших отношениях с Лучником-ним.
– Есть такие слухи?
– Ага. Слышала, он не любит находиться в одном месте с дедушкой премьер-министром. Поэтому их совместных фотографий очень мало. Я однажды видела одну, и лицо ну прям не очень. Он смотрел на него, как на босса подземелья.
– Понятно. Тогда, какие у него отношения со старшей сестрой? У него ведь ещё старшая сестра.
– Думаю, у него хорошие отношения с членом собрания Ли Чонджин. Они не проводили совместных мероприятий, но он открыто говорил, что у неё всё получится. Во время праздников он обедает с семьей депутата Ли Чонджин. Видела пару фотографий.
– Ясно.
– Ого-ого, моя подруга – дочь Лучника-ним!!!
Сверкала глазами Ван Синхи, но затем нахмурилась.
– Но разве ты не собираешься раскрыть, что вы отец и дочь?
– Я собираюсь раскрыть, но– позже. Пока ещё шумно.
– Да даже если и шумно, ты должна раскрыть это сейчас. Так будет лучше.
Юн Кёнгэ говорила серьёзно, но что-то казалось странным.
– Что случилось? Ты что-то слышала?
Обновлено: 15.02.2026