Как бы ни было обидно, но это переходило все границы.
На душе было так горько, что из глаз в любой момент готовы были хлынуть слёзы. Кто бы мог подумать, что можно стать преступником, не совершив никакого преступления.
Сион в глубине души сокрушалась.
Она частично признавала, что в её поведении были подозрительные моменты.
— Этой дорогой я хожу каждый день. И я не то чтобы специально туда пришла, я просто проходила мимо, и на камерах видеонаблюдения это должно быть запечатлено, разве нет?
— И вы решили пойти именно той дорогой, которая сейчас перекрыта из-за того, что там произошло дело об убийстве? Вчера вы довольно долго находились поблизости... И каждый раз, когда вы попадали в объектив камер, вы очень внимательно смотрели на место происшествия.
— Ну, это же естественно. Здание, где всегда было полно людей, в один миг закрыли — разве найдётся хоть один человек, которому не было бы любопытно?
— Я принимаю этот аргумент. Но тут есть кое-что иное. Вы изрядно повредили место происшествия... Хотя решающие доказательства криминалисты уже успели собрать, так что следствию это не нанесло особого вреда, но всё же.
— Повредила место...?! Ах, это...!
— Довольно. Сначала посмотрите видео, а потом поговорим.
Она, кажется, понимала, о чём думает детектив, но всё было совсем не так.
Видимо, и вправду нельзя делать то, что запрещено. В любом случае, пытаться идти против того, что запрещает государство и его власть, — это всё равно что сказать:
«Я добровольно делегирую стране право не оставлять меня в покое».
Сион винила себя за то, что поддалась привычке и не смогла соблюсти даже элементарные правила. В то же время она боялась, как бы это не навредило Хоёлю или О Джэ. С другой стороны, её посещали мысли о том, как она вообще умудрилась впутаться во всё это с этими ходячими неприятностями.
— Детектив, мне правда очень жаль, я раскаиваюсь. Вы меня неправильно поняли. Я из тех людей, кто и муравья не обидит.
— Я тоже на это надеюсь. Но я же сказал, давайте сначала вместе посмотрим записи с камер, а потом побеседуем.
— Хорошо. Я признаю, что расхаживала там. Я знаю это, даже не глядя.
— Есть моменты, которые я никак не могу понять... Собственно, из-за этого я и пригласил сюда директора.
— И всё же, неужели можно вот так просто допрашивать ни в чём не повинного гражданина?
— Ну, если быть точным, то вам грозит либо статья за порчу общественного имущества, либо препятствование исполнению служебных обязанностей. Вы не только повредили полицейскую ленту, но и вторглись в зону ограниченного доступа, так что официально дела обстоят так. А неофициальная причина...
Он не закончил фразу.
И слава богу. Если бы из уст детектива вылетело то самое слово, Сион, возможно, по-настоящему разрыдалась бы...
Подозреваемая.
Если подумать, повод для подозрений действительно был. Распластанный на земле мужчина ростом под метр девяносто, пятидесятилетний мужчина, выскочивший из оцепленного здания, и она сама, борющаяся с ними обоими.
«Со стороны это явно не выглядело нормальным...»
Но это вовсе не значило, что она подозреваемая в убийстве!
Пока детектив что-то искал в мониторе...
Ж-ж-жи-и-инг...
Телефон Сион тихо завибрировал.
— Извините, я могу ответить на звонок?
Детектив бросил на неё подозрительный взгляд, но вскоре разрешил, кивнув головой. При этом он добавил:
— Только не выходите за среднюю дверь.
Детектив указал на решётчатую промежуточную дверь.
[Ю Си...о...н]
«А, получилось».
Его пальцы, касающиеся кнопок, выглядели крайне неловко. О Джэ был в оцепенении, видя бога, увлёкшегося благами современной цивилизации. Тот, кто ненавидел даже свет вывесок, не говоря уже о машинах, и предпочитал отсиживаться в пещере, теперь держит в руках мобильный телефон?
— Бог-Тигр?
— Эй, с этого момента называй меня лучше Хоёлем. Этот твой «Бог-Тигр»...
«...Если не называть Бога-Тигра Богом-Тигром, то как его тогда называть...»
О Джэ кивнул в знак согласия и продолжил наблюдать за Хоёлем, который всё ещё проигрывал в схватке с плодами прогресса. Видя, как тот что-то неуклюже набирает, он не выдержал.
— Бог Ти... то есть, господин Хоёль. Мне кажется, нужно нажать вот сюда. Вы ведь хотите сейчас позвонить?
Он всего лишь дал совет тому, кто лихорадочно листал список контактов.
— Не смей трогать мой телефон.
Бог-Тигр вёл себя как пятилетний ребёнок. Это было настолько нелепо и забавно, что О Джэ невольно усмехнулся. И тут же подумал:
«Если так подумать, я уже давно не смеялся благодаря Богу-Тигру...»
Тот, кто всегда заставлял его чувствовать либо страх, либо обиду, теперь заставил его улыбнуться — до чего же удивительна жизнь.
— Почему это... Куда нажимать?
Ну конечно.
Судя по списку вызовов, это был его первый звонок. О Джэ осторожно нажал на кнопку вызова, и из динамика послышались гудки. Разговор не продлился долго. Потому что...
— Что? Где это место?!
Хоёль начал неистово заводиться. Не прошло и десяти секунд, как разговор закончился, и Хоёль с О Джэ вышли из кафе.
— Приходилось ли нам раньше иметь дело с человеческой полицией?
Хоёль задал вопрос, шагая по пустой улице. О Джэ не мог поверить, что идёт вот так, плечом к плечу с ним. Более того, они находились в мире людей, не скрывая своего облика. О Джэ с тоской вспомнил былые времена.
— Полиция? Ах... да. Однажды я ходил к ним из-за одного предсказания.
— Это хорошо.
«В чём же дело?» — О Джэ недоуменно наклонил голову, и в этот момент Хоёль сунул ему что-то в руку. Это был тот самый телефон, который он так бережно хранил.
— Изучи, как вытащить человека, которого несправедливо затащили в полицейский участок.
— ...Разве такое возможно? Если человека забрали несправедливо, разве не достаточно просто раскрыть правду?
Вспышка.
Вот теперь он узнаёт Бога-Тигра. О Джэ склонил голову под его полным жажды крови взглядом и молча начал копаться в телефоне. Всё же О Джэ справится с этим лучше, чем сам Хоёль. Он ведь когда-то был человеком и часто занимался мирскими делами вместо Хоёля, так что во всём этом ориентировался привычно и умело.
Вводя различные запросы в поисковую строку, он подумал:
«Надо же, он идёт совсем как человек».
Раньше ему достаточно было лишь подумать, чтобы оказаться в нужном месте. Или он мог превратиться в тигра размером с дом и нестись вперёд, посадив О Джэ на спину. Но того Бога-Тигра больше не было. Вместо него был тот, кто вопреки своей натуре изрыгал искреннее беспокойство о человеке.
— Неужели эта полиция так важна? Настолько, что они могут хватать кого угодно?
— В человеческом мире полиция если и не великая сила, то обладает немалым влиянием. Особенно на людей, у которых нет никакой особой власти.
— Эй, у Ю Сион нет особой власти? А как же я?
О Джэ чуть не выронил телефон. Поведение Хоёля заставило его погрузиться в воспоминания о далёком прошлом. Когда он, разорившись, скрылся в горах и случайно встретил Бога-Тигра, тот был невыносимо суров. Он либо был в ярости, либо находился на грани ярости, либо только что из неё вышел.
То, что такой Хоёль беспокоится о человеке и из-за этого сам пришёл в движение, было чем-то из ряда вон выходящим. О Джэ, почувствовав необъяснимую грусть, побрёл следом.
— Ты сказал, почему ты тогда там оказался?
— Тогда?
— Когда ты впервые встретил меня в горах.
«Неужели он прочитал мои мысли?» — О Джэ вздрогнул.
— ...За мной гнались кредиторы... Но почему вы вдруг об этом спрашиваете?
— Просто стало интересно. Подумал, не связано ли это с тем делом.
«Я имею в виду причину, по которой клеймо на твоей руке не исчезает».
Пока О Джэ ломал голову над загадочными словами Хоёля, они наконец добрались до полицейского участка. Хоёль и О Джэ попытались войти в помещение, где находилась третья группа детективного отдела.
— По какому вы вопросу?
— Здесь мой друг.
Их, что называется, «развернули на входе». Перед решётчатой дверью Хоёлю и О Джэ оставалось только смотреть в спину маленькой фигурке Сион. И без того хрупкая, она сжалась в комок, отчего казалась ещё меньше.
Хоёль, ощущая, как внутри закипает необъяснимый гнев, обратился к мужчине, преградившему им путь:
— Эта женщина, что там сидит... Во всём мире не сыскать никого добродетельнее неё. Если выяснится, что с моим другом обошлись несправедливо, я этого так не ос...—
О Джэ осторожно перебил Бога-Тигра, который уже начал терять самообладание. Это было равносильно тому, чтобы подставить шею под удар. Как он посмел прервать речь Бога-Тигра! Однако, если бы он позволил ему продолжать, дело могло принять скверный оборот, так что в конечном счёте это был правильный поступок.
— Ах... та леди — наша знакомая, она попросила нас принести ей кое-какие вещи.
Мужчина, смотревший на них с подозрением, наконец направился к столу, за которым сидела Сион.
— Эй, ты с ума сошёл? Кого ты перебиваешь?
— Господин Хоёль. Если вы будете так себя вести, у Сион-сси возникнет ещё больше проблем. Наверняка даже в Небесном царстве сказали бы, что с полицией нужно быть осторожнее. Какими бы ничтожными ни были люди, у них есть свои законы, и не стоит их нарушать, вам не кажется?
— О как!
— Ты ещё поучи меня. Думаешь, я сам не знаю? Посмотри на Ю Сион, она сидит там, словно кролик, подставивший шею под нож.
«Хотя не мне об этом говорить. До чего я докатился — переживаю за кролика. Неужели нехватка божественной силы так на меня влияет?» — Хоёль покачал головой.
— Простите...?
— Нет, ну правда! Если с Ю Сион что-то случится, Ёмла нас просто аннигилирует. Понимаешь? Это даже для меня закончится Загробным судом.
О Джэ с трудом сглотнул слюну. Великий князь Ёмла... Он никогда его не видел, но если это был начальник Бога-Тигра, который мог помыкать Хоёлем как хотел, то всё было ясно и без слов. Богиня, управляющая Преисподней. Слухи о ней доходили даже до О Джэ, обычной человеческой души.
— Вы друзья Ю Сион?
Вопреки их ожиданиям, к ним вышел не детектив, сидевший напротив Сион, а другой человек. Это был тот самый мужчина, который недавно приходил в кафе. Хоёль, чьё настроение окончательно испортилось, хотел было вставить слово, но О Джэ снова выступил вперёд.
— Мы бы хотели поговорить не с вами, детектив, а с Ю Сион. Нам нужно передать ей вещь, содержащую личную информацию.
— Ну, можете передать через меня.
— ...Нет. Мы хотим отдать лично. А как ваше имя, детектив...?
О Джэ внимательно изучил служебное удостоверение на шее седовласого полицейского.
«Сержант Кон Джэхёк...»
— А, сержант Кон Джэхёк. Сержант, моя подруга, должно быть, сильно напугана, прошу вас.
«Пожилой мужчина и совсем молодая девушка — друзья?»
Детектив с сомнением оглядел О Джэ, а затем с безразличным видом небрежно кивнул.
— Что ж, я позову её.
Бывают разные виды походки. Первый шаг, семенящий шаг, быстрый шаг и так далее. Но такую походку О Джэ видел впервые. Детектив направлялся к Сион медленно, словно сам процесс ходьбы был ему невыносимо скучен и в тягость. Казалось, он идёт лишь потому, что у него есть ноги и деваться некуда.
Только после того как детектив бросил ей пару слов, Сион встала со своего места и направилась к ним.
— Господин Хоёль, дядя О Джэ! Зачем вы сюда пришли...!
Она втянула голову в плечи и говорила шепотом, её лицо казалось осунувшимся.
— Эй, этот человек тебя обижает? А?
— Пожалуйста, тише. Здесь нельзя так шуметь. Дядя О Джэ, кажется, произошло какое-то недоразумение.
В этот момент в глазах Сион, которая пыталась спокойно объяснить ситуацию, начали скапливаться прозрачные капли. Прежде чем О Джэ успел что-то спросить, длинная рука просунулась сквозь прутья решётки.
— Что они тебе наговорили, раз ты в таком состоянии?
Его огромные ладони обхватили щеки Сион. От этого тепла ей стало ещё обиднее, и слёзы градом покатились из её глаз.
— ...Чёрт возьми.
Крупные ладони, закрывавшие её маленькое лицо, мелко задрожали, и в ту же секунду...
— ...А? Господин Хоёль... Это... это же!
На запястье Сион снова вспыхнул свет. Из шрама, словно солнечные лучи, начал неистово пробиваться яркий свет. Но никто в полицейском участке этого не заметил. Даже сама Сион.
Хоёль изо всех сил прикрывал это место, чтобы люди ничего не увидели. Свет, начавшийся на тонком запястье Сион, проникал сквозь решётку в самое сердце стоявшего напротив неё Хоёля. Бог-Тигр, с трудом сдерживая готовый вырваться стон, выдавливал из себя каждое слово:
— Я знаю, что тебе сейчас обидно. Я помогу тебе. Так что не плачь.
Хоёль произнёс это низким голосом, не сводя своих пылающих золотистых глаз с Сион.
Обновлено: 20.02.2026