«Не думаю, что это правильно — действовать вот так, ничего не объяснив. Вы ведете себя довольно грубо по отношению ко мне».
Детектив поправил свои жесткие, словно щетина, волосы и тяжело вздохнул.
Он двигался вяло и медленно, точь-в-точь как ленивец.
Однако в его реакции не было раздражения.
Как бы это сказать...
Это был бесстрастный вздох человека, имеющего дело с чем-то незначительным и досадным.
«Конечно. Нельзя. Ни в коем случае нельзя. В наши дни подобные ошибки могут обернуться большими неприятностями. Да. Я едва не совершил серьезную оплошность».
«Вот именно. Нельзя так безрассудно использовать государственную власть».
«Да-да. Я же только что сказал, что нельзя. Полностью согласен с вашими словами, Директор».
Этот человек. Он ведь издевается, да?
Сион, задетая его преувеличенно покорным тоном, скрестила руки на груди.
Она не понимала, зачем её вообще сюда вызвали, но её раздражение росло, и терпеть это дальше было невозможно.
Если подумать, зачем она так послушно пошла за ним в полицейский участок?
Стоило, как в дорамах или фильмах, потребовать ордер.
Хотя, с другой стороны, такие вопросы задают те, кто в чем-то виноват, а Сион была просто добропорядочной гражданкой.
Всего лишь представительница малого бизнеса, которая каждый день усердно трудится...
«Почему я, как дура, просто пошла за ним?»
И даже лавку вот так запросто оставила на клиента.
«Всё ли там в порядке? А что, если придут другие посетители...»
Пусть в последнее время клиентов почти нет, но я точно сошла с ума.
«Рада, что вы это понимаете, господин детектив. Могу я теперь идти?»
«Нет. Я бы и сам рад вас отпустить, но не могу. Вы должны кое-что подтвердить».
Он, сидя сгорбившись, притянул к себе компьютерную мышь.
Даже это движение было настолько полным скуки, что Сион начала сомневаться в профессиональных качествах этого человека.
«Вам нужно проверить что-то ещё? По-моему, уже и так достаточно».
«Хм... Послушайте, Директор. Не хочу говорить банальности, но для начала утихомирьте свой пыл».
Слова, которые он произнес вполголоса, не были приказными, но в них чувствовалась сила.
Угрожающая и зловещая, словно ночь перед сокрушительным штормом.
Сион, подавленная его напором, глубоко вздохнула.
«Или, может, еще чашечку кофе? На этот раз сока?»
«...Не нужно».
«А ведь ничто так не поднимает настроение, как что-нибудь сладкое».
Как ни посмотри, детектив был ветераном.
Не каким-нибудь новичком, которому во что бы то ни стало нужно раскрыть хоть одно дело.
Поэтому главным вопросом оставалась точная причина, по которой такой опытный детектив привел её сюда.
«Послушайте, господин детектив. Как я могу не нервничать, если вы даже не называете причину и только грубо расспрашиваете обо всём подряд? Сейчас я не могу работать, потому что нахожусь здесь. Не думаю, что от одной сладости моё настроение улучшится. Просто переходите уже к делу».
«А, вот как? Тогда скажу прямо. Возможно, мы найдем первого подозреваемого по делу об убийстве в заброшенном здании Района А».
«Ой! Правда?»
Если так, то это отличная новость.
Значит, они всё-таки работают...
Оглядывая помещение, где не было слышно ни звуков допроса, ни даже стука клавиш, Сион подумала:
То, что они спустя столько месяцев наконец-то хоть что-то выяснили, — событие достойное поздравления, но...
«Зачем рассказывать это именно мне?..»
Мужчина перевел взгляд с монитора, стоявшего к ней спиной, на Сион, а затем медленно продолжил:
«Да. Причина, по которой я пригласил вас сюда, Директор, — это, конечно, лишь мое предположение, но...»
Слова, сорвавшиеся с его губ, были не просто удивительными — они были до нелепости абсурдными.
«Что касается первого подозреваемого. Возможно, им станете вы».
В кафе после ухода Сион стало тихо.
И уныло.
«Что это сейчас было?»
«Ну... Я тоже не разглядел как следует, но не похоже, что этот человек пришел с добрыми намерениями...»
Двое мужчин, сидя рядом, смотрели в одну точку и переговаривались.
Туда, где еще недавно, у раковины, стояла Сион.
«Странно. Чтобы она вот так оставила место и послушно ушла за ним... Такого просто не могло быть».
Она же меня ни черта не слушает.
О Джэ не стал комментировать последнюю фразу и, поправив позу, переспросил:
«Но, господин Бог-Тигр. Кажется, тот человек нас не видел? То, что он не заметил меня, — это естественно, но как он мог пройти мимо и не увидеть вас?»
Почему бы не спросить прямо: «Откуда у вас осталось столько божественной силы?»
Хоёль цокнул языком и ответил:
«А мне что, нужно постоянно маячить у людей перед глазами? От этого будут одни неприятности. Зачем спрашиваешь, если и так знаешь? Ведь тебя интересует совсем не это, верно?»
В ответ посыпались лишь колкие упреки, но О Джэ действительно было любопытно, откуда взялся внезапный прилив божественной силы.
Ведь Сион явно не была приручена...
«У вас всё еще остались силы, чтобы скрывать свой облик? Как это...»
Ну и дела, с ума сойти можно.
Прямо как будто меня поймали на измене...
«Дожили, меня допрашивает какой-то Чангви...»
Похоже, даже неосведомленный О Джэ видел, что всё идет как-то странно.
Впрочем, еще вчера у него действительно не было такой божественной силы.
«Эй, ты. Ты уверен, что передал Клеймо? Ты точно всё сделал правильно?»
«...Да. Совершенно точно передал. Я видел, как госпожа Сион потеряла сознание, да и Клеймо на её руке вы, господин Бог-Тигр, тоже видели».
Это верно.
Яркий шрам, покрывавший её белоснежное запястье.
Это был неоспоримый знак того, что она стала рабом бога.
«Прошлой ночью Клеймо засветилось».
О Джэ удивленно посмотрел на Хоёля.
«Засветилось?! Значит, вы восполнили запасы божественной силы?»
Хоёль действительно получил её.
Тот прозрачный, сияющий свет, хлынувший из Клейма Сион.
После этого, пусть и не в прежнем объеме, он смог легко использовать способность скрываться от человеческих глаз.
И именно это озадачило О Джэ.
«Черт, но возникла одна проблема...»
«О какой проблеме вы говорите?»
«Это... увидел тот человек».
Он не успел толком объясниться с Сион, которая была в шаге от обморока.
«А-а, вы говорили, что госпожа Сион не должна знать о том, что я стал Чангви?»
«Да. Проклятье, это всё из-за тебя! Думаешь, я держу тебя подле себя, потому что ты мне нравишься?»
Под грозным окриком Хоёля О Джэ низко склонил голову.
Тот злился по несколько раз на дню, и О Джэ каждый раз приходилось буквально прикидываться мертвым.
Ну еще бы, ведь речь шла не о ком-то другом.
О Джэ сжался так сильно, будто пытался заползти под стол.
В глазах Хоёля, смотревшего на него сверху вниз, читалась глубокая тревога.
«Посмотри на это. Он так напуган, но нет никакой реакции».
Раньше бы пламя не просто вспыхнуло, а разгорелось бы вовсю.
Тогда он черпал божественную силу в страхе О Джэ.
Но сейчас — никакой реакции.
«Ума не приложу, как это всё устроено...»
«Мне очень жаль, господин Бог-Тигр... Если вы дадите мне еще один шанс, я готов посвятить вам всю свою жизнь...»
«С Ю Сион этот номер всё равно не пройдет».
А что делать с тобой — это уже другой вопрос.
«...Э-э, но госпожа Сион что-то слишком долго не возвращается... Вдруг что-то случилось?»
В этот момент
Ж-ж-ж — ж-ж-ж —
Звук неизвестного происхождения эхом разнесся по кафе.
Напуганный О Джэ заозирался по сторонам, а Хоёль с невозмутимым видом достал мобильный телефон.
«Господин Бог... Тигр?»
В ответ на нелепо разинутый рот раба он бросил с издевкой:
«Чего уставился? Телефонов никогда не видел?»
Нет такого человека, который бы хоть раз в жизни не столкнулся с несправедливостью.
Особенно это касалось Сион, у которой не было достойного защитника.
Но даже с учетом этого, нынешняя ситуация была за гранью...
«Что вы только что сказали? Подозреваемая?»
Услышав это слово, которое ей даже произносить было неловко, Сион вскочила с места.
Бам-бам!
«Сядьте».
Детектив попытался заставить её сесть, дважды властно ударив ладонью по столу.
«Вы уверены, что проводите всё это в рамках законной процедуры?»
Фраза, которую часто выкрикивают в кино или дорамах.
Ей хотелось спросить: «У вас есть ордер?»
Но тут же промелькнула мысль: «А что, если есть...»
В голове у неё замелькали всевозможные случаи несправедливости и печальных инцидентов.
«А, ну, это ведь не так-то просто выдается... Простите за недавнее. Я человек, который каждый день имеет дело с опасными преступниками... Вот привычка и вырвалась сама собой».
Несмотря на его извинение — искреннее оно было или нет, — гнев Сион не утихал.
Подозреваемая. Надо же.
«Не понимаю, на каком основании вы записали меня в подозреваемые».
«Основание? Как раз оно у нас есть».
Основание есть?
У Сион подкосились ноги, и она снова опустилась на стул.
«Вы когда-нибудь слышали такое выражение?»
Преступник всегда возвращается на место преступления.
«И что? Какое это имеет отношение ко мне...»
«Вы ведь знаете о заброшенном здании, которое недавно закрыли? В курсе, что там произошло убийство? Ах, даже если знаете, вряд ли признаетесь, верно?»
...Неужели из-за того, что случилось вчера?
«Послушайте. Я живу и содержу лавку здесь, в Районе А. Та дорога... Ну, конечно, вы всё перекрыли и запретили там ходить, но для местных жителей это путь, по которому мы ходим каждый день».
Впрочем, тот факт, что она нарушила запрет, был налицо.
Голос её невольно стал тише.
«Вполне возможно. И для того чтобы однозначно признать вас подозреваемой, Директор, у нас недостаточно улик».
«Вот именно! Сами ведь понимаете».
Детектив откинулся на спинку стула, потирая рукой заросший колючей щетиной подбородок.
А затем впился в Сион пронзительным взглядом.
«Жертва дела об убийстве была лишена жизни именно в том здании. С ней расправились с особой жестокостью, вскрытие уже завершено. По закону в случае насильственной смерти вводится такая мера, как сохранение места преступления. Однако на том самом месте были обнаружены следы постороннего вмешательства».
«Какое это имеет отношение ко мне...»
А! Господин О Джэ. Может, это из-за него?
Из-за того, что все люди, бывшие там вчера, собрались в кафе?
Но почему они прицепились именно ко мне?
В любом случае, сначала нужно было развеять подозрения в отношении друзей.
«Послушайте, вы, кажется, что-то путаете. Эти люди...»
«...Эти люди?»
«Я имею в виду моих друзей, которые были со мной вчера. Они не живут здесь и их даже не было поблизости, когда произошло то убийство».
То есть они — добропорядочные люди, которых нет ни единого повода подозревать.
Когда Сион закончила, детектив неестественно высоко вздернул бровь.
Словно он слушал бред сумасшедшего.
«...Я не понимаю, о чем вы говорите, Директор».
«Они и не думали портить место преступления. Просто... тот человек болен...»
И то правда, О Джэ несколько раз пересекал черту, где была натянута полицейская лента.
Если за это и полагается наказание, то деваться некуда, и если его назовут подозреваемым, то и возразить будет нечего.
«Даже мне это показалось подозрительным...»
Но, судя по тому, что Сион узнала об О Джэ, он не был таким человеком.
Пусть он и вел себя странно, но он не был настолько злым, чтобы совершить убийство.
«Вы имеете в виду, что больны вы сами? Если так, то дело принимает иной оборот».
«Я же сказала, что я не больна! Почему вы заладили одно и то же? В любом случае, я готова нести ответственность только за то, в чем действительно виновата».
«В данной ситуации, если очень нужно, я могу состряпать вам сколько угодно обвинений... Но я не стану этого делать. Сначала я хочу выслушать вас. Вы ведь знаете, что неподалеку установлены камеры видеонаблюдения, за которыми следит участок?»
Знала, конечно. Те самые, что прикреплены к вечно неработающим фонарям.
Но при чем тут это?
«Один из констеблей доложил, что на месте преступления были следы вмешательства, и я решил проверить записи. Оказалось, Директор, что вы наведывались на то место трижды».
Обновлено: 20.02.2026